ПАЛЕОГРАФИЯ И ГРАФИКА РУКОПИСНОГО ПАМЯТНИКА XVIII ВЕКА «РАССУЖДЕНИЕ О ЯЗЫКЕ» - Студенческий научный форум

V Международная студенческая научная конференция Студенческий научный форум - 2013

ПАЛЕОГРАФИЯ И ГРАФИКА РУКОПИСНОГО ПАМЯТНИКА XVIII ВЕКА «РАССУЖДЕНИЕ О ЯЗЫКЕ»

Томалова О.А. 1
1Тобольская социально-педагогическая академия им. Д.И.Менделеева
 Комментарии
Текст работы размещён без изображений и формул.
Полная версия работы доступна во вкладке "Файлы работы" в формате PDF
Оглавление

Введение

Глава I. Вопросы палеографии и графики в научном освещении

I.1 Предмет, задачи и метод палеографии

I.2 Из истории развития палеографии

Глава II. Внешние признаки рукописных источников

XVIII–XIX веков

II.1 Понятие графики. Графическая система рукописных источников второй половины XVIII века

II.2. Материалы, орудия письма, чернила

II.3 Украшение рукописей. Водяные знаки как важный факт датировки документов

Глава III. Особенности палеографии и графики рукописного памятника «Рассуждения о языке»

III.1 Структура и содержание исследуемого памятника

III.2 Палеографическое описание памятника «Рассуждения о языке»

III.3 Анализ графики памятника второй половины XVIII века «Рассуждения о языке»

3.1 Начерки строчных букв

3.2 Начерки прописных букв

3.3 Начерки выносных букв

3.4 Связное написание букв

3.5 Графические дублеты

3.6 Сокращения слов

Заключение

Список использованной литературы

  1. Источники

  2. Список научной литературы

  3. Список словарей и справочной литературы

Приложения

Приложение № 1. Терминологический словарь

Приложение № 2. Начерки строчных букв памятника

Приложение № 3. Начерки прописных букв текста

Приложение № 4. Выносные буквы источника

Приложение № 5. Содержание памятника

Приложение № 6. Ксерокопии некоторых страниц памятника

Приложение № 7. Презентация к диплому

Приложение № 8. Конспект факультативного занятия «Палеографический анализ рукописных памятников» (8 класс)

Приложение № 9. Презентация урока

Приложение № 10. Ксерокопии публикаций по теме исследования

Введение

Будем надеяться, что любовь к изучению отечественной древности, все более распространяющаяся и все более вызывающая строгую требовательность в научных работах, поможет нашим успехам и в этом невидном, но важном круге исследования.

И.И.Срезневский (1885г.).

Памятники русской письменности периода формирования русского национального языка все больше привлекают внимание многих исследователей. Долгое время в языкознании этот период оставался малоизученным по причине скорописного характера этих источников. В последние десятилетия возрос интерес к изучению рукописных текстов, хранящихся в архивах и музеях - и это не случайно.

Тобольск в XVIII веке, являясь российской окраиной, был столицей огромной губернии, центром науки, торговли, культуры. Все письменные памятники данного периода характеризовались прежде всего тем, что они создавались в период интенсивного заселения края и большого роста города как первого города Сибири, столицы огромной территории от Урала до берегов Тихого океана. В край приезжали люди разных социальных групп и сословий. Купцы, ремесленники, врачи, градостроители вносили живой колорит в речь горожан. Многие светские люди привозили из-за Урала самое ценное – книги. Часть их сгорела в деревянном Тобольске, а другая, меньшая часть, осела нетронутым капиталом на полках архивов.

Актуальность настоящего исследования определяется неизученностью языка многих рукописных памятников, в том числе и исследуемого нами памятника «Рассуждения о языке». Подобных изданий немного, в нашем городе это один экземпляр. Он представляет собой своеобразный учебник по культуре речи, по риторике, стилистике, поэтому должен вызвать особый интерес как для лингвистов, так и для литераторов, культурологов и всех ценителей русского языка, русского этикета и культуры. Отсюда вытекает необходимость исследования этого источника.

Объектом исследования явился рукописный текст второй половины XVIII века «Рассуждения о языке» объемом 252 страницы, хранящийся в фондах библиотеки редкой книги при музее-заповеднике города Тобольска. Источник паспортизирован и имеет архивный номер хранения КП 12901.

Предмет исследования составили палеография и графика памятника.

Материалом исследования стал текст рукописного варианта «Рассуждения о языке», его палеографические приметы, а также многочисленные графические изображения одних и тех же букв.

Целью работы является выявление особенностей графики и изучение палеографии памятника «Рассуждения о языке».

В соответствии с поставленной целью определяются следующие задачи:

  1. изучить научную литературу по скорописи и сделать ее анализ в первой главе работы;

  2. дать описательную характеристику источника;

  3. рассмотреть палеографические особенности памятника;

  4. произвести подробный анализ графики и выявить особенности исследуемого текста;

  5. сделать вывод о месте и времени издания рукописи.

Рабочая гипотеза: рукописный памятник «Рассуждения о языке», хранящийся в фондах библиотеки редкой книги при музее-заповеднике города Тобольска, относится ко второй половине XVIII века, так как отражает особенности графики названного периода, а анализ палеографических особенностей будет подтверждать место написания текста.

Исходя из рабочей гипотезы, определим структуру работы.

Выпускная квалификационная работа состоит из введения, двух глав, заключения, списка использованной литературы, имеет ряд приложений, отражающих особенности графики.

Во введении обозначена актуальность темы, предмет, объект исследования, определены цели, задачи и структура работы.

В главе I «Вопросы палеографии и графики в научном освещении» освещаются теоретические вопросы по палеографии и графике: палеография рассматривается как вспомогательная дисциплина историко-филологического разряда, освещаются предмет, задачи и методы палеографии, а также рассматривается история возникновения палеографии.

В главе II «Внешние признаки рукописных источников XVIII – XIX веков» приводятся понятия графики из справочной и научной литературы, а также характеризуется графическая система рукописных источников второй половины XVIII века. Рассматриваются и другие внешние признаки палеографии, такие как: орудия письма, материал, чернила. Характеризуются украшения рукописей, водяные знаки и шрифт.

Глава III«» является практической. В ней дается общая палеографическая характеристика памятника: описание переплета, сохранности страниц рукописи, датировки, характерных черт бумаги (цвета, формата и т.д.), орудий письма и особенностей чернил. А также исследуется графика рукописи: состав алфавита, начерки букв и их связные написания, выносные буквы, дублетность букв и многовариативность их написания.

В заключении подводятся итоги по проделанной работе.

Список использованной литературы состоит из 66 источников. Все приведенные в работе цитаты отсылаются к этому списку.

В приложении даны иллюстрации начерков букв (заглавных, строчных, выносных), связных написаний, ксерокопии некоторых страниц текста, фотографии памятника, терминологический словарь, состоящий из 33 понятий, а также показана содержательная сторона источника.

При анализе скорописного текста в работе используются различные методы:

  1. палеографический – при определении датировки рукописи по совокупности палеографических примет;

  2. целенаправленной выборки – при анализе начерков букв;

  3. описательный – при описании наблюдений над палеографией и графикой;

  4. сопоставительный – при сопоставлении данных исследуемого нами текста с особенностями языка памятников других территорий.

В работе использованы следующие приемы исследования: наблюдение, описание, статистическая методика в её простейшей форме.

Теоретическая значимость работы определяется тем, что сопоставленные вопросы лингвистического источниковедения рассматриваются в аспекте становления норм литературного языка и роли в этом процессе неизученных скорописных памятников, что является одной из центральных проблем истории языка.

Практическая значимость работы заключается в следующем:

  1. исследованный и описанный памятник может служить материалом лингвистического исследования языковых единиц разных уровней;

  2. графические начертания скорописи второй половины ХVIII в. могут быть использованы в ходе архивно-диалектической практики студентами Тобольской государственной социально-педагогической академии им. Д.И. Менделеева филологического факультета;

  3. данные палеографии и графики, собранные в ходе исследования, могут служить основой для создания учебного пособия по чтению и датировке рукописей второй половины ХVIII в., а также для разработки тематики спецсеминаров по археографии;

  4. ксерокопии текста могут быть использованы в качестве наглядного пособия на факультативных занятиях по истории русского языка и лингвистического краеведения для учащихся средних школ города.

Апробация работы. Результаты работы апробированы в виде научных докладов на конференциях разного уровня, а именно:

  • на I Международной научно-практической конференции «Проблемы межкультурной коммуникации в современном образовательном пространстве» (декабрь 2008 г., г. Тобольск);

  • на XXXX Региональной межвузовской научно-практической конференции, молодых ученых, студентов и аспирантов «Менделеевские чтения» (27 февраля 2009 г., г. Тобольск);

  • на Всероссийской научно-практической конференции «Православие и русская культура: прошлое и современность» (21-23 мая 2009 г., г. Тобольск);

  • на Всероссийской с международным участием научно-практической конференции «Знаменские чтения» (23-24 октября 2009 г., г. Тобольск);

  • на Всероссийской с международным участием научно-практической конференции «Виноградовские чтения» (14-15 октября 2010 г., г. Тобольск);

  • на Международной конференции «Студенты вузов – школе и производству» (20-22 апреля 2011 г., г. Ишим).

Результативное участие по теме исследования на конкурсах научных работ разного уровня:

  •  
    • Конкурс научных работ ТГСПА им. Д.И. Менделеева (2010 г., 2011 г.);

    • Конкурс 2011 г. года на соискание медалей Российской академии наук с премиями для молодых ученых РАН, других учреждений, организации России и для студентов высших учебных заведений России за лучшие научные работы.

Участие в грантах разного уровня:

1. Реализация проекта 2010 г. гранта ТГСПА им. Д.И. Менделеева на участие в комплексной программе научно-исследовательских работ ТГСПА им. Д.И. Менделеева «Развитие научного потенциала вуза» 2010 года на тему: «Изучение западносибирских говоров в рамках регионального компонента федеральной программы подготовки учителя-словесника».

3. Подана заявка на участие в открытом конкурсе № НК-73П на выполнение поисковых научно-исследовательских работ по проекту (лоту): «Проведение поисковых научно-исследовательских работ по направлению «Филологические науки и искусствоведение» на тему «Стимулирование закрепления молодежи в сфере науки, образования и высоких технологий» федеральной целевой программы «Научные и научно-педагогические кадры инновационной России» на 2009-2013 годы на тему: «Духовно-культурное наследие населения западной Сибири на основе изучения источниковой базы XVII-XIX вв.» (г. Москва).

Глава I

Вопросы палеографии и графики в научном освещении I.1. Предмет, задачи и метод палеографии

Термин «палеография» составлен из двух греческих слов: palaios - «древний» и grapho - «пишу». «Палеография – вспомогательная историческая дисциплина, исследующая внешние признаки (приметы) рукописных и печатных источников в их историческом развитии» [Леонтьева 2000: 6].

Внешние признаки (приметы), изучаемые палеографией, включают:

  • знаки письменности;

  • особенности их графики;

  • почерки;

  • писчий материал;

  • краски, чернила;

  • водяные знаки или видимые на бумаге изображения клейм;

  • штемпеля или выдавленные прессом фабричные знаки;

  • имеющиеся в рукописях художественные украшения;

  • переплет;

  • формат.

Анализ внешних признаков помогает решить задачи палеографии: установить время, место, авторство, подлинность рукописей. Выявить подделки. “В простых случаях это не составляет особой задачи, но в черновиках, в текстах рукописных и скорописных в особенности, в местах испорченных – эта задача бывает и сложна, и ответственна” [Лихачев 1964: 19]. Датировка по палеографическим признакам порой приблизительна и может колебаться в радиусе от нескольких лет до столетия. Более точными являются палеографические выводы об авторстве, месте написания и подлинности письменных источников.

Палеография тесно связана с графикой. Знание палеографии и графики помогает отличить начертания одной буквы от другой, различить варианты разных выносных букв, раскрыть значение сокращенных слов, т.е. дает возможность прочитать древнюю рукопись и, в итоге, установить ее подлинность.

Уровень социально – экономического и культурного развития в любую эпоху накладывает свой отпечаток на состояние письменности. Определяет ее особенности и как бы «увязывает» между собой внешние признаки рукописей, служащие объектом изучения палеографии.

Это дает основание рассматривать палеографические признаки источников и методику их изучения в тесной связи с общепринятой периодизацией отечественной истории. В основе палеографического метода лежат наблюдения над совокупностью палеографических признаков (графикой букв, материалом для письма, украшениями, орудиями письма и др.) и выявления их соответствия друг другу для определенного периода времени.

Известный ученый В.Н. Щепкин при палеографических исследованиях использовал «собственный метод» палеографии. По его определению, этот метод состоит из индуктивных наблюдений над письменными знаками и другими внешними данными рукописей, имеющих дату своего возникновения, и из дедуктивных применений результатов наблюдения к рукописям, лишенным такой даты [Щепкин 1967: 2]. Таким образом, на основании графических и других внешних признаков источников, указывающих на время и место их написания, определяется паспортизация памятников разных территорий страны, не имеющих подобных указаний.

Технически это делается так: письменные памятники определенного времени (т.е. датированные) приводятся в хронологический порядок и признаки их изучаются в стадиях появления, изменения, исчезновения и замены другими признаками. При этом обнаруживается, что известные типы букв и других знаков, например, сокращений и т. п. в рукописи свойственны исключительно тому или иному времени и территории. Полученные таким образом палеографические приметы позволяют относить памятники недатированные, но с наличием аналогичных примет, к определенному времени и территории.

Неоднозначно решается вопрос о хронологических рамках палеографии. С.А. Рейсер раздвигает рамки палеографии до XX в. и в качестве орудий письма, в частности, рассматривает не только перо, карандаш, но и печатную машинку [Рейсер 1970]. Л.П.Жуковская крайней границей палеографии признает первую четверть XIX в., так как с этого времени выходит из оборота бумага с филигранями [Жуковская 1963: 103]. Действительно, до первой четверти XIX в. большая часть русской бумаги была с водяными знаками, но нельзя сказать, что со второй четверти XIX в. на всей бумаге российского производства отсутствуют филиграни: «Выпуск бумаги с водяными знаками постепенно сокращался и почти полностью прекратился к 1900 году, сохранившись на отдельных предприятиях, выпускавших специальные сорта бумаги ручного отлива в весьма ограниченных количествах» [Участкина 1972: 221]. С другой стороны, с 1817 г. на русской бумаге стал выдавливаться специальный фабричный знак слепого тиснения - штемпель, который с 30-х гг. XIX в. получает большое распространение [Черепнин 1956: 539].

По палеографическим признакам в зависимости от их обильности и характерности можно говорить о времени написания памятника иногда лишь в пределах двадцатипятилетия, а то и полустолетия или даже целого столетия.

Если палеографических признаков оказывается недостаточно для точного определения времени появления письменных памятников, то место их возникновения поддается уточнению еще с большим трудом. «Территориальные признаки не так многочисленны и безошибочны, как признаки хронологические, и изучены они значительно слабее» [Жуковская 1963: 21]. При определении места написания рукописи в палеографии часто используются данные языка, анализируются особенности различных говоров и диалектов, которые сравнительно с графическими показателями представляются более устойчивыми.

Профессор В.Н. Щепкин отмечал, что при наблюдении и анализе различных «примет» памятника письменности (графических и иных) палеограф устанавливает, что эти «приметы» или подтверждают друг друга, ограничивают друг друга, или же противоречат друг другу [Щепкин 1967: 7].

Например, в Древней Руси документы писались на пергаменте и уставом. Потребности экономического, политического и культурного развития середины XIV – XV вв. отразились на состоянии письменности и внешних признаков рукописных источников: медленное уставное письмо в делопроизводстве заменилось более ускоренным типом письма – полууставом, а пергамен как дорогой и дефицитный материал, который не был в состоянии удовлетворить возраставшие нужды делопроизводства, постепенно вытеснился бумагой. Развитию Русского государства XV – XVII вв. соответствовал более высокий уровень развития производственных сил и централизации. В этот период ведущим типом письма становиться скоропись, а материалом для письма – бумага. Такую же эволюцию претерпевают и другие признаки рукописных памятников, в том числе украшения, особенности которых зависят от внутренних условий культурного развития, интенсивности внешнеполитических связей, а следовательно, и взаимовлияния культур.

При взаимоограничении примет рукопись датируется наиболее точно. Противоречат друг другу пергамент и позднее скоропись, так как первый указывает на XI-XIV века, последняя – на XVI-XVIII века. Противоречия, по мнению профессора В.Н.Щепкина, должны быть примирены каким-либо «вероятным предположением», например, для приведенного выше случая тем, что пергамент употреблялся для грамот и в более позднее время [Щепкин 1967: 8].

Л.В. Черепнин считает, что диалектический метод исследования требует не простого сопоставления отдельных «примет», а их рассмотрения в тесной взаимосвязи и взаимозависимости объяснения их характера конкретно-историческими условиями того времени, когда был создан изучаемый памятник. Так же необходимо учитывать и содержание рукописей. Тогда и область «вероятных предположений» сузится, уступив место реальной исторической обстановке, выявляемой историком на основе анализа совокупности данных, рисующих происхождение памятника [Черепнин 1956: 25]. Так, например, употребление пергамента в XVI-XVII века для документов особой государственной важности объясняется теми политическими целями, которые преследовало правительство при составлении этих документов.

Говоря о соответствии, противоречии или взаимоограничении «примет», надо иметь в виду, что в области языка, а, следовательно, и его графического выражения, переход от одного качества к другому происходил медленно и постепенно. Отсюда перед палеографами и встает задача изучения тех качественных изменений, которые характеризуют развитие русской письменности.

Палеографическое исследование составляет первый этап изучения рукописи для историков, литературоведов и лингвистов, поэтому у ученых нет общего понимания отнесенности этой дисциплины к той или иной области науки. Историки называют палеографию «специальной исторической дисциплиной» [Тихомиров, Муравьев 1966: 3], филологи - лингвистической, в частности, Т.А.Амирова относит ее к области «графической лингвистики» [Амирова 1977: 53], В.Н. Щепкин считал палеографию «вспомогательной дисциплиной историко-филологического разряда» [Щепкин 1967: 1]. Мы полагаем, что это самая обоснованная позиция, поэтому она подробно рассмотрена нами в первом параграфе.

Необходимость включения палеографического анализа в лингвистическое исследование прошлого нередко объясняется отсутствием датировки памятника или возможной ошибкой в ее определении. Когда филолог изучает современный материал, он точно знает, где и когда тот создан (собран), и соответственно интерпретирует полученные данные, исходя из того, чья это речь (скажем, жителей определенного города, деревни), естественно, используя временные параметры, т.е. обозначает время, в которое собран материал (80-90-е гг. XX в.). Что же касается источников по истории языка, то здесь не всегда имеются четкие характеристики времени и места их создания. А если и имеются, то нуждаются в тщательной проверке, так как «случайности хитросплетения истории (ошибки в определении даты, описки в ее оформлении, подделки, позднейшие приписки и исправления и подобное) не увели в сторону от верной датировки» [Глинкина 2003: 29].

Таким образом, палеографический анализ текстов дает возможность проверить подлинность рукописей и правильность их датировки. Только после получения данных исследования палеографии можно приступать к лингвистическому анализу материалов, чтобы результаты последнего не вызывали сомнения в их достоверности.

Овладение методикой палеографического анализа требует учета совокупности всех палеографических признаков. Палеографический анализ источника должен сочетаться с внимательным изучением текста, уяснением его смысла, а также материалом, который дают другие вспомогательные исторические дисциплины.

Палеография тесно связана с целым рядом вспомогательных исторических дисциплин. Она связана с эпиграфикой, которая изучает надписи на камне, металле, дереве и других предметах. Некоторые называют ее также вещевой палеографией. Палеография тесно связана и с сфрагистикой, изучающей печати, и с нумизматикой, изучающей монеты. Близка к палеографии вспомогательная историческая дисциплина дипломатика, которая анализирует содержание и форму документов юридического характера. Поскольку палеография занимается вопросами датировки источников (по графическим и другим внешним признакам), ее задачи соприкасаются с задачами хронологии, дисциплиной, изучающей системы времяисчислений и календари. Изучение форматов рукописных книг и делопроизводственных документов в какой-то мере сближает палеографию с метрологией, занимающейся выяснением характера мер в различные периоды исторического развития.

Без палеографических знаний невозможно работать в области археографии, которая разрабатывает правила публикации источников и занимается их подготовкой к изданию. Знание палеографии необходимо для практической работы в архивах. По палеографическим признакам часто восстанавливаются разрозненные части архивных фондов и т.д. Палеография тесно связана с историей искусств (при изучении художественного оформления рукописей) и с историей литературы (при изучении состава рукописных литературных памятников). Их выводы палеограф использует для своих специальных практических целей. Он должен изучать эволюцию художественных стилей, так как по орнаменту памятников письменности возможны выводы о времени и месте их написания. Точно также литературный состав памятника (основной текст, последующие наслоения) важен для палеографа, так как о составе произведения, например, можно судить и по разновременным палеографическим особенностям рукописи (несколько разных почерков, разновременный орнамент и прочее). Мы видим, что задачи палеографии соприкасаются с задачами текстологии, разрабатывающей методы исследования истории создания литературных текстов.

Таким образом, палеография является вспомогательной исторической дисциплиной, и поэтому она может достигнуть значительных научных результатов в изучении эволюции внешних признаков письменности и использовать их в практических целях лишь в том случае, если это изучение будет поставлено в тесную связь с исследованием общего процесса исторического развития.

1.2. Из истории развития палеографии

Наиболее точно отражают значение палеографии слова И.Л.Сахарова: «Палеография есть достояние образованного народа, прожившего самостоятельною жизнию несколько эпох» [цит. по: Глинкина 2003: 27].

Первоначальные приметы, которыми пользуется палеография при анализе внешних признаков рукописей, зародились на Руси, возможно, уже в раннефеодальный период в связи с чисто практическими целями: написать и оформить документ, отличить подлинник от подделки. Как отмечал Л.В.Черепин, древние русские писцы в зачаточном виде применяли методы, которые много позже стали рассматриваться в соответствующей научной дисциплине.

В XVI – XVII вв. в области практической палеографии делается шаг вперед: появились специальные руководства для писцов-рисовальщиков, занимающихся художественным оформлением рукописей, а также азбуки – прописи, в которых давались наиболее типичные варианты графики скорописных букв.

Термин «палеография» введен в научный оборот в начале XVIII в. бенедиктинским монахом Б. Монфоконом, составившим первое научное описание собрания рукописей. В России переход палеографии от практической к научной дисциплине связан с развитием русской историографии, выявлением и публикацией исторических источников. Работы историков XVIII в. В.Н. Татищева, М.В. Ломоносова, Н.И. Новикова поставили на очередь дня вопрос о необходимости развития русской палеографии и наметили в общих чертах пути ее развития. В первой половине XIX в. Е. Болховитиновым, К.Ф. Калайдовичем, А.Х. Востоковым, П.М. Строевым и другими учеными была проведена работа по собиранию и изучению памятников письменности. «Созданные в XIX в. Археографическая комиссия, Общество истории и древностей Российских при Московском императорском университете, Русское археологическое общество и другие научные организации внесли ценнейший вклад в дело публикации документов» [С.А. Клепиков 1959:78].

Палеографы XIX–XX вв. оставили большое наследие. Но многие их работы в целом характеризовались формальным рассмотрением внешних признаков источников вне их связи с историческими явлениями и даже с содержанием документа.

Современная палеография характеризуется новыми методологическими подходами. Основным моментов методологического порядка явилось все большее проникновение историзма в область палеографии. Это значит, что палеографические выводы все больше помогают не только в решении вопросов внешней критики источников, но и в получении выводов, связанных с социально-экономической, политической и культурной историей.

«Усовершенствовались старые и появились новые методы и технические приемы (например, используются оптико-фотографические методы для прочтения водяных знаков). Вышли работы, способствующие более углубленному изучению отдельных разделов палеографии: миниатюр, орнамента, бумажных водяных знаков, штемпелей, клейм, графики отдельных типов письма, берестяных грамот» [А.В. Арциховский 1944:44].

Глубокий исторический подход положен в основу работы Л.В. Черепнина «Русская палеография», вышедшей в 1956 г. Показ эволюции письменности и других внешних признаков письменных источников дается на фоне исторической периодизации. В тесной связи с экономическим, политическим и культурным развитием страны.

«Большое значение для овладевания навыками чтения палеографических текстов и анализа особенностей их письма имеет издание пособий, содержащих образцы рукописной графики» [М.Н. Тихомиров 1983:45].

Хронологические рамки палеографии расширились. Сделаны попытки дать теоретические установки, касающиеся палеографического анализа рукописей второй половины XIX – начала XX вв. «Подчеркивается особое значение для данного периода палеографических наблюдений над индивидуальным подчерком» [С.А. Рейсер 1970:34]. Выделены признаки документов XX в., которые могут быть объектом изучения палеографии: почерки, материал для письма, машинописные тексты.

Таким образом, при изучении палеографии того или иного памятника, а также при его анализе необходимо четко знать и разграничивать исторические рамки возникновения палеографии, ее соотнесения с тем или иным периодом. Заниматься изучением научных вкладов в историю развития палеографии отечественных и зарубежных ученых, а также рассмотрением влияния экономической, политической и культурной жизни общества.

Глава II

Внешние признаки рукописных источников XVIII–XIX вв.

2.1 Понятие графики. Графическая система рукописных источников второй половины XVIII века

При палеографическом анализе рукописных памятников нельзя обойти стороной графику, она тесно связана с палеографией и является неотъемлемой частью при изучении палеографии.

Чтобы сделать вывод о том, что такое графика, мы посмотрим, как трактуется данное понятие в некоторых словарях и справочниках.

1. БСЭ, т. 7. В этом словаре приводится следующее определение термина «графика» - (греч. graphike. от grapho – пишу, черчу, рисую), вид изобразительного искусства, включающий рисунок и печатные художественные произведения, основывающиеся на искусстве рисунка, но обладающие собственными изобразительными средствами и выразительными возможностями. Термин графика первоначально употреблялся лишь применительно к письму и каллиграфии [БСЭ 1972:765].

2. ЛЭС под ред. В.Н.Ярцевой, дает следующую трактовку понятия «графика»:

1) совокупность начертательных средств того или иного письма, включающая графемы, знаки препинания, знак ударения и др;

2) раздел языкознания, исследующий соотношения между графемами и фонемами. Понятие «графика» применяют обычно к фонематическому (звука - буквенному) письму в котором различают 3 стороны: алфавит, графику и орфографию. В современном мире наиболее распространены национальные системы письма, построенные на основе латинского алфавита, кириллицы и арабского письма [Ярцева 1990: 118].

3. Современный словарь иностранных слов в понятие «графика» вкладывает несколько значений:

1) вид изобразительного искусства, основанный на на рисунке, выполненном штрихами и линиями, без красок, а также печатные художественные изображения, в основе которых лежит такой рисунок;

2) лингв. Часть учения о письме, исследующая соотношения между буквами и звуками [1992: 174].

4. В «Толковом словаре русского языка» Ожегова С.И. и Шведовой Н.Ю. в одно из значений понятия «графика» вкладывается следующее:

2) начертание письменных или печатных знаков, букв [Ожегов, Шведова 2000: 144].

5.В справочнике школьника под ред. В. Славкина читаем:

«Графика»- это совокупность особых знаков, с помощью которых устная речь передается на письме. Содержание речи на письме передается начертательными знаками [Славкин 1995: 41].

Таким образом, общим лексическим значением слова «графика» в названных словарях и справочниках является: «пишу», «черчу», «рисую». Но, если сравнивать несколько точек зрения некоторых лингвистов, то сделаем вывод, что в науке термин «графика» неоднозначен (подробнее эти точки зрения рассматриваются в 3 параграфе второй главы).

Графика документов – это очень важный вопрос для лингвиста. В русских рукописных книгах наблюдается три основных, последовательно сменявших друг друга, типа письма: устав, полуустав и скоропись. Устав в XVII в. был вытеснен полууставом, и сохранился в весьма ограниченном употреблении, как «письмо исключительно искусственное» [Чаев, Черепнин 1946: 131], каллиграфически выполненных в литературных памятниках. Затем – полуустав, в свою очередь, уступил свое место скорописи прежде всего в тех письменных памятниках, которые служили практическим целям.

Скоропись как вид письма характеризуется свободным начертанием, разнообразием вариантов и слитным написанием букв, наличием надстрочных «выносных» букв, сокращением слов под титлом.

Текст «Рассуждения о языке» написан скорописью. Подскорописьюпонимаем особый тип русского делового письма конца XV-XVIII веков, «предполагающий его ускорение посредством увеличения сокращений слов, распространения выносных букв, расширения многообразия в их начертании, наличия дублетных букв и некоторых других приемов» [Котков 1980: 112].

Скоропись как беглое письмо рассматривалась многими историками языка: Р.И. Аванесовым, А.И. Андреевым, И.С. Беляевым, А.А. Гераклитовым, Л.М. Городиловой, Е.Ф. Карским, С.А. Рейсером, П.А. Словцовым, М.Н. Тихомировым, О.В. Твороговым, Н.С. Чаевым, Л.В. Черепниным, В.Н. Щепкиным, которые находили особенности скорописного письма относительно разных территорий Российского государства.

В отличие от полуустава и устава, представляющих собой рисованное письмо, в скорописи появляется понятие почерка как индивидуального письма отдельного человека, между тем «особенностью почерка является его непосредственность» [Потапов 1940: 83].

Появление и распространение скорописи характеризует время, когда письмо не только обслуживает потребности культуры, но также преследует чисто деловые практические цели, например, служит орудием удовлетворения нужд гражданского правооборота, административно – правительственной и хозяйственной переписки, письменного оформления все растущих международных связей и дипломатических сношений Московского государства с другими странами. В скорописном письме главным стимулом становится стремление обеспечить быстрые темпы, добиться максимальной экономии времени и места.

Исследователи языка выделяют 3 основных вида почерков:

  1. Византийская скоропись «отличалась круглыми мелкими формами по той причине, что в основу ее были положены не свободные нажимы и взмахи пера, а мелкие округлые повторные действия вооруженных пером пальцев» [Чаев, Черепнин 1946: 135].

  2. В киевскую скоропись положен принцип округленного письма византийской скорописи.

3) Северо-восточная (московская скоропись) является третьей по времени типом почерков. В ней аббревиатура и выносные буквы достигли своего максимального развития и представляли собой наибольшие трудности при чтении. Считается что в ХVII – ХVIII вв. она явно господствовала, ведя упорную борьбу с полууставом.

Основными внешними признаками скорописи как разновидности письма XVIII в. являются выносные буквы, прямой либо с небольшим наклоном почерк, часто слова не отделялись друг от друга промежутками, особенно это касалось служебных частей речи в соседстве с самостоятельными. Все названные признаки скорописи наблюдаются в описываемом тексте. Непоследовательно употребляются заглавные буквы.

Скоропись второй половины XVIII в., рассчитанная на ускорение процесса письма, предоставляла большую свободу нажимов и взмахов, тем самым допускала безотрывное написание некоторых соседних букв и многочисленные сокращения. Это давало возможность писцу более свободно, чем устав или полуустав, распоряжаться графикой своего письма, вырабатывая, таким образом, индивидуальный почерк.

Графика скорописи испытала на себе влияние нескольких факторов. Главнейшим из них было введение в 1708 г. гражданского шрифта. Гражданский шрифт был более простым. Некоторые буквы – дубли, обозначавшие цифры, были из него выброшены. Форма литер (букв) гражданского алфавита была упрощена. Графика гражданского шрифта вызвала ориентированную на нее скоропись. Отразились на скорописи XVIII в. И коренное изменение делопроизводства, а также выработка у чиновников особого «писарского почерка». Громадное влияние на графику второй половины XVIII в. Оказало издание в 1755 г. «Грамматики» М.В. Ломоносова и появление, начиная с 80-х г. XVIII в. пособий по чистописанию.

«Для второй половины XVIII в. характерны упрощение графики, стандартизация и приближение к современному написанию подавляющего большинства строчных букв: а, б, д, е, з, к, л, м, р, т, у, ф, х, ы, ъ, ю, я. Одновременно с этим буквы: в, ж, с, ч, ъ могли иметь графическое разнообразие. Буквы: в, к, и могли сохранять графику XVII в. Резко сократилось число выносных букв» [М.Н. Тихомиров 1980:39].

При датировке текстов XVIII в. и более позднего времени следует учитывать и изменения, которые происходили в алфавите. Например, после введения гражданского шрифта в 1708 г. из скорописи стали постепенно исчезать юсы, иотованные буквы, а также графические буквы: кси, пси, фита, ижица. Последние могли использоваться в делопроизводстве духовного ведомства.

В Сибирской губернии скоропись сохраняется до XIX века, хотя ей все же свойственны приметы гражданского шрифта.

Рукописный памятник «Рассуждения о языке» написан одним красивым и четким почерком. Разница в наклонах, величине букв, а также в их написании, в употреблении дублетных, выносных букв, лигатур и взметов не наблюдается.

Таким образом, графика текста представляет собой один из интереснейших аспектов изучения. Графика второй половины XVIII в. является трудночитаемым типом письма, а значит, требует углубленного рассмотрения, изучения и анализа.

2.2. Материалы, орудия письма, чернила

Знакомство с материалами и орудиями письма необходимо уже потому, что и они подвергались сменам и таким образом содержат в себе данные относительно времени и места написания памятников.

В Византии с течением времени сменяются: папирусный сви­ток, пергаментная книга, бумажная книга. Папирусный свиток вытеснен пергаментной книгой окончательно в IV-V вв., т.е. с эпохи Константина и к эпохе первого расцвета Царьградской культуры (ранневизантийской). После перехода со свитка на книгу были существенно облегчены: цитата, ссылка, справка, компиляция; листание – источник более легкой ориентировки; отсюда – беглая начитанность и переработка предшественников и современников.

У православных славян рукописи писались в более древнюю эпоху на пергаменте, в более позднюю – на бумаге. Пергамент выделывался из кожи животных и всегда оставался ценным мате­риалом; вследствие этого в эпоху пергаментной письменности встречаются руко­писи, писанные по смытому или соскобленному более раннему письму. Такие рукописи называются палимпсестами (слово со­ставлено из греческого palin «опять» и psao «скоблю»). Переход от пергамента к бумаге наступил постепенно. Большинство дошедших сербских и болгарских рукописей выполнено на бумаге – с половины XIV в., боль­шинство русских – с начала XV в. Ранее этих дат господствует пергамент.

Бумага есть старое восточное изобретение, которое через испанских и южноиталийских арабов передалось Западной Европе еще в эпоху крестовых походов. Более подробные сведения о технике и истории писчебумажного дела приведены ниже, в материале о водяных знаках.

Из различных красок, употребляемых для письма (не для ми­ниатюр и орнамента) всего важнее красная, издавна употреб­ляемая для заголовков и различных указаний. От этого обычая красных заголовков ведут свое начало термины «рубрика» в смысле заголовка отдела (ср. латинское ruber – «красный») и «красная строка» в смысле начальной строки отдела, теперь отмечаемой «абзацем», т. е. небольшим пробелом в начале. Красные чернила были различного состава. В западной письменности господство­вал сурик (по-латыни – minium, откуда, с измененным значением, термин миниатюра). Сурик – свинцового состава, киноварь – ртутного и таким образом эти краски могут быть различены химическим анализом. В Византии пурпурные чернила (sacrum incaustum) употреблялись исключительно императорами для под­писей (эдикт 470 г.).

Золото (чаще) и серебро (гораздо реже) употреблялись для письма только в качестве роскоши, которая в России и Румынии входит в особую моду с эпохи нововизантийских и западных влияний (XV-XVI вв.). Золото и серебро могло употребляться или твореное (в виде краски) или листовое; последнее накладыва­лось на знаки, писанные клейким веществом. В России до конца XVI в. твореное золото было мало распространено.

Процесс и орудия письма изображаются в самих памятниках старой письменности, всего более – в евангелиях, с че­тырьмя миниатюрами пишущих евангелистов: это – сидящие фигуры, которые пишут, держа лист на колене, т.е. так, как происходил процесс письма в античном мире и отчасти происходит на современном Востоке (см. рис. 1 в приложении № 2).

Стол на миниатюрах служит лишь для письменных принадлежностей: на столах находим изображения чернильниц разного вида, сосудиков для краски, сухих красок в кусках, циркуля, ножей кривых и прямых, пе­нала, губки, песочницы с воткнутыми перьями, цепочки с остриями по концам, кистей. На высоком пюпитре лежит лист или свешивается развернутый свиток; в корзине стоят свернутые и перевязанные свитки, иногда между ними торчит нож или перо. Обилие принадлежностей находим только в византийских и древнейших русских миниатюрах, позднее по большей части изображаются только чернильница и перо.

Перья для письма у славян были гусиные, реже, в виде роскоши, – лебединые; однажды упоминается павье перо (Псковский апостол 1307 г.). Слово «карандаш» встречается с Петровского времени, но карандашные очерки найдены в недописанных миниатюрах русских рукописей XVI в. Кисть употреблялась в славяно-русской письменности для изображения письменных знаков только при письме твореным золотом и серебром, да иногда для киноварных строк высокой вязи. Ножи существовали особые для очинки перьев и особые для подчисток написанного; ошибочно написанное удалялось также пемзой или губкой или покрывалось слоем белила, по которому писалось вновь. Для разлиновки употребля­лись линейка, а равно циркуль и цепочка, размерявшие раму письма и расстояние строк и «шильце» (притупленное острие – металлическое или костяное), которым надавливались линии строк. В XVI-XVIII в., т.е. в эпоху, когда употреблялся и карандаш, упоминается карамса, или рамка с натянутыми нитями, служа­щая для разлиновки.

2.3 Украшение рукописей. Водяные знаки как важный факт датировки документа

Наиболее важной особенностью, отличающей старую бумагу, является филигрань. На российских бумажных мануфактурах клеймение продукции производилось на основании законов. Так, 18 октября 1778 г. был издан указ, по которому фабриканты были обязаны во всей произведенной ими бумаге помещать особые клейма и показывать год выделки бумаги [Лихачев 1891: 93].

Филигрань состоит, чаще всего, из двух частей: эмблемы и литерной части. Эмблема представляет собой личный герб владельца предприятия, или герб города, в котором находилась бумажная фабрика, или государственный герб страны производства бумаги. Литерная часть указывает на фамилию владельца, его титул, местонахождение бумажной мельницы, год отливки бумаги. Фамилия и адрес часто представлены в виде начальных букв [Клепиков 1978: 5]. К литерной части примыкают знаки, указывающие на сорт бумаги и мастера, изготовившего данный лист [Участкина 1972: 321].

Таким образом, филигрань имеет следующий набор отличительных черт:

1) эмблему,

2) фамилию, титул владельца,

3) местонахождение бумажной фабрики,

4) год изготовления бумаги,

5) знаки, указывающие на сорт,

6) метку мастера.

Первый и третий признаки помогают определить место изготовления бумаги, четвертый – время изготовления, второй и шестой – и место, и время при условии знания истории бумажных предприятий, пятый – качество бумаги. Как показывают наблюдения над архивными материалами, филиграни редко содержат все эти признаки, что может быть связано как с соблюдением фабрикантами указов о клеймении бумаги, так и с ее качеством.

В процессе изучения видов филиграней мы опирались на ряд палеографических исследований и теоретических работ И.С. Беляева, А.А. Гераклитова, С.А. Клепикова, Г.А. Леонтьевой, О.В. Малковой, А.В. Муравьева, С.А. Рейсера, М.Н. Тихомирова, Л.В. Черепнина и др. Водяные знаки подтверждают, что бумага была изготовлена в России; известно, что бумага отечественного производства часто имела изображение гербов городов, в которых находились бумажные фабрики. Так, на бумаге Ярославских фабрикантов было изображение медведя с протазаном как части герба Ярославля. Протазан – рогатина, широкое копье пешего войска [Даль 1989: 517].

В Ярославле действовало несколько бумажных фабрик. Гербы этих фабрик объединяло наличие рамки: овальной или прямоугольной, украшенной орнаментом, короной или лавровыми листочками. Такие филиграни описаны С.А. Клепиковым.

Для того чтобы отличить бумагу различных ярославских фабрик, на ней, помимо герба или вместо него, давались литеры, изображающие начальные буквы названия мануфактуры, или цифры, указывающие год выпуска продукции. Буквы ЯМСЯ указывают на принадлежность бумаги к Ярославской мануфактуре Саввы Яковлева.

Широко известна филигрань бумажной фабрики Афанасия Гончарова. На ней изображен человек в лодке с протазаном в руке.

Кроме того, существует филигрань с изображением двуглавого орла с буквами ТФМ или ФМ. Это герб бумажной фабрики Ивана Маслова Сенгилеевского уезда.

Значительная часть писчей бумаги все же направлялась в Тобольск из Москвы. В Москве также существовало несколько бумажных мануфактур. Об этом говорят соответствующие буквы МФ – Московская фабрика, РБФ - Российская бумажная фабрика.

Встречаются лигатуры других бумажных фабрик: ФВ, ТПС, ФМП, ГЗБ, ВКТ, ТС, ТФ и другие.

Российскую бумагу с конца XVIII века стали подкрашивать в сине-серые тона.

Таким образом, до середины XVIII века потребность Сибири в писчей бумаге удовлетворяла Европа. Писчебумажные мануфактуры сосредоточивались в центральной части страны – Ярославле, Угличе, Москве, Симбирске, Вологде. 14 июля 1744 года указом Мануфактур-коллегии было разрешено тобольским купцам Евсею, Антону и Ивану Медведевым, родственникам Корнильевых, основать бумажную “фабрику”. Им было позволено купить по 100 крепостных крестьян и нанимать для фабричных работ вольнонаемных людей с паспортами. Для обучения мастерству были посланы из Петербурга учителя, Мануфактура на 10 лет освобождалась от уплаты пошлин, подчиняясь непосредственно столичным властям, минуя губернские.

В 1761 г. Тобольская бумажная мануфактура купцов Медведевых выдала первую продукцию. Для ее производства использовали дешевое хлопчатобумажное и льняное сырье, т. е. обычное тряпье, собираемое у населения. Местная бумага была светлого цвета (в отличие от остальной) и имела водяные знаки необычных рисунков.

В России выпускалась бумага 22 сортов. В г. Тобольске производилась бумага четырех лучших сортов, в том числе и писчая, полуалександрийская, картузная. По объему продукции из 19 имеющихся фабрик-мануфактур медведевская находилась на 11 месте. Бумага продавалась во всех городах Сибири. К концу века монастырские писцы также стали использовать ее как материал для скорописного письма. Светлую бумагу с подобными филигранями можно увидеть в документах последней четверти XVIII века.

Помимо водяных знаков, рукописи разных периодов отличал орнамент и стиль. Сложившийся в XVII в. Орнамент «московское барокко» удерживается в рукописях и в XVIII в. На его основе складывается «поморский стиль», который находит широкое применение в книгописании старообрядцев Русского Севера. Во второй половине XVIII в. Появились украшения рукописей, выполненные в стиле Людовика XVI, содержание которого составляли цветы, преимущественно розы, вазы с цветами, корзины с фруктами, рога изобилия.

Большим разнообразием в XVIII в. отличалась миниатюра. Влияние станковой живописи сказалось на более реалистическом изображении людей, пейзажей, зданий. Появившаяся в XVIII в. книжная гравюра вытесняет миниатюру. Последняя сохраняется только в рукописных книгах старообрядцев.

Таким образом, палеографические данные памятника (материал, водяные знаки, орудия письма и др.) позволяют утверждать принадлежность текста к определенному периоду и более того позволяют с высокой точностью документально подтвердить паспортизацию материала.

Глава III Особенности палеографии и графики рукописного памятника «Рассуждения о языке»

В данной главе скорописный памятник анализируется с точки зрения палеографических и графических особенностей. Особое значение отводится графике скорописи второй половины XVIII века. Глава состоит из трех параграфов. В первом разделе описывается структура и содержание памятника, во втором анализируются палеографические особенности памятника, а в третьем - описывается графика рукописного текста.

Подобные археографические наблюдения помогают подтвердить датировку текста и его роль в формировании общерусской национальной языковой нормы на графическом и палеографическом уровне.

3.1. Структура и содержание исследуемого памятника

Весь текст памятника состоит из двух частей. Первая часть состоит из глав, объединяющих в себя ряд правил под общим названием. Каждое правило – своеобразное назидание, поучение, совет слушающему (читающему). Так, например, в первой части 70 глав, каждая глава содержит от 5 до 15 правил – назиданий, например:

Правило 11: Кто суеты и пустословия не имеет, тот обыкновенно мало говорит.

Правило 12: Так говори, чтоб твои слова разумели.

Правило 14: Язык, произносящей бесчестные слова значит поверженное и развращённое сердце.

Правило 17: Безмерное хваление открывает слабость ума и вредит славу того, которой не знает, что говорит и хвалит.

Названия глав называют тот объект, кому адресуется наставление:

Глава 2: ЯЗЫК НЕВОЗДЕРЖАННАГО;

Глава 3: ЯЗЫК МОЛЧАЛИВАГО;

Глава 11: ЯЗЫК ХВАЛЯЩЕГО;

Глава: 69: ЯЗЫК ШУТЛИВАГО.

Каждое правило может состоять из ряда рассуждений, которые также нумеруются. Например, Глава 3 ЯЗЫК МОЛЧАЛИВАГО состоит из нескольких правил, а те в свою очередь подразделяются на несколько рассуждений: Правило 1. На молчаливаго немного законов.

Разсуждение 1: Прежде с собою, а потом с другими говори;

Разсуждение 2: Из неприличного и не ко времени сказанного слова могут невозвратныя следствия произойти;

Разсуждение 3: Кто мало говорит, тот может мудрым показаться;

Разсуждение 4: Слово да будет подобно золоту, которое и в малой штуке великую цену имеет;

Разсуждение 5: Ежели самой простой человек умеет молчать, то онъ хитрого и умного обмануть может;

Разсуждение 6: Молчаливый в то время хвалы и почтения достоин, когда без причине не говорит.

3.2.Палеографическое описание памятника «Рассуждение о языке»

Скорописный памятник «Рассуждения о языке» второй половины XVIII века имеет только один рукописный список. Он никем не исследован и не опубликован. Поэтому целесообразным считаем первичную обработку источника начать с анализа палеографии и графики.

Внешне памятник представляет собой одинаковые по формату листы, сшитые в книгу объемом в 252 страницы, размером 170 х 210 мм. Страницы не пронумерованы. Размер листов стандартен. Полей сверху, снизу нет, а справа составляют 20 мм и слева – 10мм. Все листы по своей структуре очень плотные, благодаря чему книга очень хорошо сохранилась. Повреждены только первая и последняя страницы. Переплет у книги не сохранился, а также отсутствуют первые 12 страниц. Поэтому работниками библиотеки была изготовлена корочка из плотного картона розового цвета.

При определении датировки рукописи исследователь опирается на ряд показателей, первый из которых – бумага (время, место, качество и специфика ее изготовления). Российская бумага входит в обиход с 20-х годов XVIII века. Исследуемый памятник написан на бумаге отечественного производства, так как специальные филиграни и другие приметы, указывающие на бумагу иностранного производства, отсутствуют.

Бумага светло-коричневого цвета, листы имеют одинаковую плотность, т.е. они одинакового производства. Водяные знаки не просматриваются, поэтому трудно установить место изготовления бумаги на определенной бумажной мануфактуре.

Источник сохранился неплохо и вполне пригоден для чтения, хотя некоторые листы поточены древесным жуком и имеют неровные, осыпавшиеся края; изредка встречаются подгнившие нити крепления, но при этом тетради не распались на части.

Одним из важных датирующих признаков является орудие письма. Памятник, анализируемый нами, был написан гусиным пером. Это видно даже сегодня, по прошествии более двухсот лет: линии сверху влево вниз и снизу вправо вверх давались с особенным трудом и были шире остальных.

Письмо-скоропись выполнено черными и темно-коричневыми чернилами, очевидно, растительного производства (из коры дуба или грецкого ореха), которые почти не выцвели и даже сейчас доступны для чтения.

Подведем итоги палеографического исследования памятника, выделив палеографические приметы - внешние знаки, содержащие косвенное указание на время и место создания рукописей. Полагаем, что это существенно для чтения любого скорописного текста прошлого. Для нашего памятника приметами являются: светло – коричневый и зеленоватый оттенки бумаги, темные чернила, памятник написан гусиным пером и т.д. .

Выявлена также одна территориальная (указывающая на место хранения документа) палеографическая примета: наличие печати «Тобольскаго Губернскаго Музея» на 46 странице; остальные приметы определяют время возникновения памятников, т. е. являются только датирующими признаками.

3.3. Анализ графики памятника «Рассуждения о языке»

второй половины XVIII века

Анализ графики памятника хотелось бы начать со слов Макса Мюллера, которые с точностью охарактеризуют, проделанную нами работу по графике: «Что может казаться проще азбуки, а вместе с тем, что труднее, если захотеть исследовать ее во всей точности?» [Глинкина 2003: 43].

Термин “графика” понимается по-разному: в трактовке одних ученых (В.А.Трофимов, З.М.Шаляпина) графика выступает как система правил соотношения одной системы с другой или комплекс сведений о том, что могут означать буквы на звуковом уровне; в трактовке других исследователей (Й.Вахек, Л.Р.Зиндер, Бодуэн де Куртенэ) графика - самостоятельная система, не обязательно соотносимая с системой звуковой. Анализ разного понимания этого термина дан также в книге В.Ф.Ивановой [Иванова 1976: 41]. А.А.Волков включает графику в состав частной грамматологии [Волков 1974: 1], Т.А. Амирова – в состав графической лингвистики [Амирова 1977: 54 - 56].

В нашей работе графика считается самостоятельной системой, хотя, конечно, связанной и с палеографией, и с фонетикой, и с орфографией. Вслед за Б.И.Осиповым графика нами понимается как "набор способов обозначения того или иного явления звучащей речи" [Осипов 1979: 6], поэтому мы будем рассматривать дублетные буквы, начертания строчных, прописных и выносных букв и их связное написание, сокращения слов.

Исследуемый рукописный памятник «Рассуждения о языке» представляет собой разнообразную картину графики отдельных знаков. Памятник написан скорописью, об этом нам говорит: безотрывное написание, сокращения. Графика скорописи ровная, без большого наклона, буквы расположены близко друг к другу, графика памятника приближена к современному написанию большинства строчных букв, форма букв значительно упрощена, некоторые буквы – дубли были из него выброшены, все это говорит нам о влиянии гражданского шрифта на скоропись во второй половины XVIII в. Но в Сибири скоропись, все же сохраняет свои признаки вплоть до XIX века.

3.3.1 Начерки строчных букв

При анализе написания строчных букв обращаем внимание на палитру начерков каждых знаков. Графический спад многовариативности одной и той же буквы – отличительная особенность скорописи XVIII века.

Наглядно начерки каждой строчной буквы представлены в приложении № 2.

Буква А.

Начерки буквы А узнаваемы. Встречается А с высокой шейкой, с длинной шейкой, уходящей вниз, похожая на прописную д. Наблюдается написание А с шейкой в виде наклоненной влево прямой. В основном, буква имеет начертания, близкие к современной.

Буква Б.

Варианты написания буквы не имеют большого разнообразия. Появляется начерк буквы Б, похожей на Ь с перекладиной сверху.. Встречаются начерки данной буквы, напоминающую Ь.

Буква В.

Данная буква отличается большим разнообразием вариантов. Встречаются буквы, похожие на Ь, на Ч, на S с петлей внизу. Имеются начерки буквы, выходящей за строку сверху и снизу. В почерке писца отмечается 4 начерка данной буквы.

Буква Г.

В целом начерки буквы Г напоминают современную. Они мало изменились на протяжении всего ХVIII в., но росчерки крупные, выходящие за пределы строки. Отмечается сходство буквы Г с буквой Т. Встречается буква, похожая на современную заглавную букву, которая употребляется как в начале слова, так и в середине. Наряду с этими начерками в памятнике есть и привычная для нашего времени прописная буква Г, не выходящая за строку ни сверху, ни снизу. Иногда шейка буквы находится ниже, чем сама буква.

Буква Д.

Так же, как и буква В, имеет много разновидностей. Буква Д с одной или двумя петлями внизу. Постепенно буква становится фигурной, вычурной, что очень характерно для датировки рукописи ХVIII в. Иногда буква В похожа на О, иногда на Ъ, иногда представлена в виде маленького треугольника, поэтому нужно быть внимательным при прочтении памятника. Вместе с этими начерками появляются прописные буквы с различными петлями, написанные безотрывно, согласно требованию скорописи.

Буква Е.

Сильный наклон влево представляет Е, как лежащую. Часто встречается знак, выходящий за границу строки, а также в виде Ь, употребление которой наблюдается наравне с греческой. Появляется написание строчной буквы, идентичной букве в современном алфавите.

Буква Ж.

Основные типы напоминают ранние скорописные. Это перечеркнутое Х и лежащая восьмерка. Некоторые начерки напоминают перечеркнутую букву Л, некоторые – знак, образованный пересечением 3-х – 4-х линий. Встречается начерк в виде прописной буквы А, перечеркнутой сверху вправо вниз. Употребление знаков в тексте безразлично, однако для второй половины ХVIII в. характерно написание большого Ж, резко выходящего за строку.

Буква З.

Большинство начерков буквы З дается в виде тройки или с верхушкой в виде петли и увеличенным элементом нижней части. Встречается З с верхушкой, обращенной в обратную сторону, т. е. в виде “зело”, напоминающую греческую “сигму”.

Буква S “зело”.

Данная буква безразлично употребляется наряду с начертаниями буквы З. Явного изменения в написании не обнаружено - № 1, 2. Разграничение связано с передачей числового значения.

Буква И.

Во второй половине ХVIII в. буква И теряет многие разновидности, присущие ей в ХVI – ХVIII в. и в основном представлена буквой, близкой к современной И. Иногда встречаются начерки, сходные: с буквой Н, с буквой Х, с буквой П с точкой или запятой в правом верхнем углу . По размерам она подходила к заглавной и писалась, как правило, в именах и в начале слова.

Буква I.

Представляет собой наклоненную влево черточку или жирную запятую. Может иметь надстрочные знаки в виде “галочки”, употребляется в именах и в начале слова; в виде одной или двух точек. Буква I употребляется на протяжении всего исследуемого периода.

Буква К.

В скорописи памятника буква К утратила свое первоначальное полууставное написание (в пределах строки) и значительно выходит за строку вверх и вниз. Чаще всего в тексте буква К пишется в виде двух параллельных мачт или полудужек, в связи с этим нужно отметить сочетание буквы К с буквой С: три рядом стоящие мачты в тексте следует читать как СК, т. к. для обозначения КС чаще всего употребляли букву “кси”. В тексте встречается также начерк К в виде латинского R и К, похожую на современную букву К. Иногда размеры буквы выходят за рамки строки, что характерно для данного периода.

Буква Л.

Используется в тексте как знак малой величины, так и большой. Крупные начертания выходят за строку вверх и вниз высокими мачтами, прямыми или закругленными, повернутыми влево или вправо. Иногда мачта имеет своеобразный взмет. Наблюдаются начерки буквы Л, похожие на “альфу”, только почти без петли, написанную за один прием.

Буква М.

Рисунок буквы изменяется мало. Часто встречается изображение с петлей, выходящей за верхнюю границу строки, также употребляется и малая величина буквы М, имеющая различные способы начерков: иногда она пишется в 4 приема, иногда – в виде двух рядом стоящих элементов, похожих на букву “альфа” без крючка.

Буква Н.

Наряду с мелким изображением появляются крупные. Начерками больших размеров обычно начинали слово. Отмечено употребление в начале слова и латинской буквы N.

Буква О.

Чаще всего встречается изображение замкнутого кольца и полукольца, начерк которого использовался при написании строчной и выносной, либо при начерках связных написаний.

Буква П.

Распространенным во всем ХVIII в. представляется как П с “навесом” . В начале слова могла использоваться буква П большого размера, выходящая за строку. Иногда буква П была схожа с буквой И, но тоже с “навесом”. Форма “навеса” самая разнообразная: от прямого до закругленного, уходящего вниз за строку. Встречаются начерки буквы, похожие на современную П.

Буква Р.

В половине ХVIII в. Появляются различные варианты изображения крючков вверху и внизу. Встречаются буквы, похожие на современную строчную Д, только нижняя петля идет не справа, а слева. Требования скорописи превращают букву Р во всевозможные закорючки: от “галочки” - до изогнутой линии с петлей. Чаще это узнаваемая в тексте буква.

Буква С.

В написании этой буквы можно выделить два типа: С – малых размеров в пределах строки, напоминающая дужку, полукольцо; и С – большое, выходящее за строку, часто имеющий крючки и взметы. Употребляются как в середине, так и в начале слова на протяжении всего периода.

Буква Т.

Сохраняет начерки, идущие от полуустава: с одной или тремя ножками, к концу ХVIII в. наблюдается более частое применение начерка буквы Т с тремя ножками. Встречается буква Т, похожая на строчную букву Ш с верхней перекладиной, а также и на современную строчную букву Т.

Буква У.

Буква У похожа на Ч со средней и короткой ножкой. Встречается буква У с маленькой головкой и просто в виде волнистой линии разных размеров. С развитием скорописи появляется написание буквы У, похожей на современную строчную.

Буква Ф. Встречается в тексте несколько раз, обычно в имени собственном.

Буква Х.

Буква Х в тексте пишется единообразно. Обычно это крупный знак, выходящий за строку вверх и вниз.

Буква Ц.

Написание буквы Ц отличается разнообразием вариантов: это буквы с разной формой хвостов; буквы имеют прямые и загнутые столбики. Встречаются буквы, похожие на прописную букву У. Величина букв не зависит от места нахождения ее в слове.

Буква Ч.

В исследуемом тексте буква Ч пишется однообразно, чаще в пределах строки. Отмечены крупные написания, выходящие за строку вверх в виде чашечки на высокой ножке.

Буква Ш.

Можно выделить два типа написания этой буквы: без петли, похожую на современную печатную и строчную, а также с нижней перекладиной под одноуровневыми или разноуровневыми столбиками. Перекладина может быть прямой или изогнутой.

Буква Щ.

Особых вариантов в написании этой буквы в тексте не обнаружено. Есть разница в написании хвостиков: одни длиннее, другие короче. Имеют, как и буква Ш, одноуровневые и разноуровневые столбики.

Буква Ъ.

Имеет большое количество вариантов: часто трудноотличимые от буквы Ь, а иногда от Ю, и от У. Иногда начерки буквы напоминают букву В полууставную, иногда напоминает крючок.

Буква Ы.

Встречается написание, Ь со столбиком, но наиболее употребительна буква Ы, похожая на современную. Появляется змеевидное Ы, писавшееся в один прием без петли, похожее на букву З и в виде прямой вертикальной линии с крючком внизу. С развитием скорописи появляются начерки буквы, похожие на строчную У.

Буква Ь.

Имеет начертания, сходные с буквой Ъ, но отличается меньшими размерами.

Буква Ђ (ять).

Эта буква полностью взаимозаменяема буквой Е.

Буква Ю.

Буква Ю имеет вид буквы О с крючком вверху. Довольно часто можно встретить начерки буквы, похожие на современную с разницей в высоте ножки. Появляются и новые начерки буквы, но вполне узнаваемы в тексте.

Буква Я.

С нею, как и с буквой Ю, происходит ломка мачты и перекладины йотированной буквы А. Чаще всего употребляется как строчная, а с крючком вверх, или строчная Е с крючком. Наряду с этими начерками появляется буква Я, похожая на современную. Замечено написание буквы Я, похожую на букву Л с крючком вверху, близкая к написанию современной. Все виды этой буквы встречаются в тексте.

Буква З “кси”.

Употреблялась, в основном, в имени Алексей, (Алексеевич) и для обозначения цифры 60. Разновидностей начерков достаточно много, написание зависело от почерка писца.

Буква j “пси”. Служила для обозначения числа 700. Преимущественно употреблялась при написании дат.

Буква O “фита”.

В более поздних документах появляется необычный начерк, продиктованный беглостью письма.

Буква W “омега”.

В основном, буква мало менялась на всем протяжении письма. В зависи-мости от почерка, она была уменьшенного или увеличенного размеров, более широкой или вытянутой форм. Иногда имела хвостик в верхней части.

Буква “альфа” встречается и маленьких и больших размеров, безразлично употреб-ляется как в начале, так и в середине слова, не изменилась на всем протяжении данного периода. Полностью взаимозаменяема с буквой А.

В приложении № 2 представлены образцы начерков строчных букв.

3.3.2 Начерки прописных букв

Каждый исследователь, начинающий работать со скорописными документами XVIII в., обращает внимание на малое количество (или даже отсутствие) в текстах прописных букв. Прописные буквы так же, как и строчные, в рукописях этого времени употребляются непоследовательно и они менее вариативны, чем строчные буквы.

При анализе написания прописных букв обращаем внимание на палитру начерков каждых знаков. Графическая многовариативность одной и той же буквы – отличительная особенность скорописи XVIII века.

В приложении № 3 представлены образцы начерков прописных букв.

3.3.3 Начерки выносных букв

Одной из отличительных черт графического облика нашего памятника конца XVIII в. является широкое употребление выносных букв.

Выносными буквами в скорописи называются те, которые пишутся не в строке, а над ней (для экономии времени и бумаги); они могут иметь форму строчной буквы или специальный значок.

В исследуемом скорописном памятнике выносились:

  1. Конечная согласная буква слова: б, в, д, з, л, м, н, р, с, т, х:

у них, людям, своих, стыд, закон, наперед, фаворит.

  1. Согласная перед гласным в середине слова: б, в, з, л, н, р, с, т, х: предписано, трудно, воображены, соблазну, македонский,

Должны;

  1. Буквы з, д, т на конце предлогов и приставок:

от, беззаконным, отдавать, под , над, без остатку;

4. Из двух одинаковых согласных букв, стоящих рядом (вне зависимости от морфемного шва), всегда выносится первая:

презренные, сказанные, необыкновенным,склонности, пленниками, тленному, барабанного, совершенное;

Чаще всего двойными согласными, одна из которых выносная, бывают сонорные.

5. В середине слова перед гласным чаще выносится не одна буква, а две, причем второй является Ъ или Ь:

обявили, полза, удоволствие, менше

6. Выносных в слове может быть несколько:

отборонителных, доброжелателных, болтанием, отнюд, подобных

Иногда выносятся две буквы, стоящие рядом:

вследствие, препятствие, городской;

Итак, преобладание выносных букв в конце слова объясняет большую, по сравнению с другими буквами, частоту вынесения В, М, Т, X, это связано с тем, что в конце слов находятся падежные окончания и другие формообразующие аффиксы.

Выносные буквы в середине слова перед согласным часто находятся на границе морфем, в таком положении выносятся Б, В, Д, 3, Л, М, Н, Р, С, Т:

трудно, компании, усердно;

Употребление выносной на месте согласной с необозначенной на письме мягкостью вообще является частотным явлением: отпнюд, толко, весма. Употребление выносных букв в начале слова можно считать окказиональным.

Выносными могут быть не только буквы, но и слоги и частицы.

6. Часто выносными бывают частицы Ж, БЫ (Б):

то ж, что ж, сколко б, ежели б, чтоб, тоб;

7. Слоги выносились редко, в основном в конце слова или строки: -ми, -му, -ти, -ок, -ими, -ом, -ть:

по своему, честному, затверделому, всякому, ведать, члвком.

По нашим данным, есть некоторая зависимость между употреблением выносных букв и длиной слова: выносные буквы чаще употребляются в словах, содержащих в себе 6-17 букв.

Таким образом, графика скорописных памятников второй половины XVIII в. представляет широкий набор выносных букв.Факторами, способствующими вынесению буквы в письме XVIII в., являются позиция (конец слова, середина слова перед согласным), граница морфем и, возможно, длина слова.

В приложении к работе № 4 представлены образцы начерков выносных букв, встретившихся в памятнике.

3.4. Связное написание букв

Характерной чертой скорописи являются связные написания некоторых букв. В русском скорописном письме своеобразное связное написание соседних букв наблюдается с XVI в. В нашем тексте XVIII в. можно выделить три типа связи букв: I тип – строчная + строчная; II тип – строчная + выносная; III тип – выносная + выносная. Наибольшим количеством вариантов представлен II тип, в I типе – десять, во III типе – один -му.

В I типе большинство сочетаний является двухбуквенными бе, бы, ез, еб, аз, ск, ле, жь, ть, а также два – трехбуквенных сть, ску. Общий характер скорописи не размашистый, а принимает округлые формы – это благоприятствует связному написанию. Оно начинает развиваться лишь в конце XVIII в. под влиянием так называемой киевской скорописной графики. Сочетания связных написаний I типа широко распространяются в этот период.

II тип также начинает распространятся в это время. Практически мы имеем дело со своеобразной скорописной вязью, в которой применяются и взметы. “Взмет – буква, вынесенная над строкой и непосредственно связанная со строчкой” [Щепкин 1967: 41]. Как правило, такие буквы выносились в окончании слова. В частности, выносная буква т в конце слов и слогов писалась в большинстве случаев взметом. Часто взметом писались выносные з, р, х.

При чтении таких памятников необходимо читать текст как бы в двух уровнях, т. е. следить взором не только по самой строке, но и по верху этой строки, где показаны выносные буквы, которые при достаточном навыке облегчают чтение. В исследуемом памятнике очень много подобных начерков, т. к. эта группа связных написаний наиболее многочисленна,

III тип связных написаний: выносная + выносная представлен одним видом начерков букв слога му: самому, честному, всякому.Данный слог выносится обычно в конце прилагательных, местоимений. Представим графически связанные написания букв текста:

В приложениях к работе № 5 представлены начерки связных написаний букв «строчная + строчная» и «строчная + выносная».

3.5. Графические дублеты

Состав алфавита анализируемого памятника конца XVIII в. в основном соответствует общероссийскому алфавиту гражданского письма этого времени. Не употребляются отмененные реформой Петра I ω "омега", Ѕ "зело", K "кси". Введенная в состав алфавита Н.М.Карамзиным в 1797 г. буква "ё" была незнакома писцам, так как ни разу не встретилась, кроме упомянутых знаков, звук [' о] обозначался также соединением "ио": "вместо еио” или актора.

В алфавите XVIII в. есть буквы с одинаковым звуковым значением, т.е. графические дублеты. Среди дублетов Б.И.Осипов выделяет "дублетные буквы, дублетные начертания одной и той же буквы и начертательные варианты ее" [Осипов 1974: 20]. При этом под дублетными начертаниями одной и той же буквы понимаются прописной, строчный и надстрочный варианты буквы. Начертательные варианты буквы - ее конкретные начертания (начерки), зависящие от почерка пишущего.

Дублетными в нашем памятникеявляются буквыЗ-S, И-I, E-Ђ, Ф-θ, О-ω. Функции отдельных из них по сравнению с предыдущим периодом письменности существенно изменились. Так буквы S ("зело"), I ("и десятеричное"), – F ("фита"), W ("от"), K ("кси") в скорописи уже в XVII в. используются как дублеты букв 3 ("земля"), И ("иже", "и восьмеричное"), Ф ("ферт"), О ("он"), КС; буква Ψ ("пси") употреблялась очень редко, только в цифровом значении (= 700). Иногда А ("аз") заменялась греческой буквой α ("альфа"). В XVIII в. взаимозаменяемыми являлись 3 и S, I и И, У и U, причем U проявляла особенную подвижность, W была ограниченной в своем употреблении, Ф писалась в заимствованных словах.

В целом же буквы гражданского шрифта более употребительны, чем дублетные им пары, хотя старые кириллические буквы сохранялись, как бы демонстрируя сопротивление скорописи гражданскому шрифту.

Меньшая частотность Iпо сравнению с И объясняется тем, что Iупотребляется чаще в определенных позициях:

  • перед гласным ( намеренiе),

  • часто в суффиксе –ениj - (неименiем),

  • в начале слова (iз, iтого),

  • в роли сочинительного союза i, iлu.

Многие из подобных написаний были традицией, идущей от грамматики М. Смотрицкого [Тарабасова 1982: 262]. Правда, уже нет последовательного соблюдения этих правил, поэтому в анализируемом тексте мы встречаем и написания: мужские, всяких и т.д..

Буква h есть в официальном алфавите XVIII в., но практически нет в исследуемом нами тексте, что может быть связано с отражением на письме совпадения живого звучания [ĕ] и [ē], а также с невысоким уровнем грамотности писавших. Употребление же Ђ в других почерках имеет грамматическую (ко мнЂ)или лексическую закрепленность ( здЂшняго, мЂста). Во многих случаях вместо "h" пишется "E": апреля, белый.

Во второй половине XVIII века происходит уменьшение количества дублетных букв в связи с окончательным уходом из графики букв S и ω . Для описываемого памятника дублетными являются буквы И-I, E-Ђ (XVIII в.):

3.6.Сокращения слов

В русской рукописи часто встречаются сокращенные слова. О том, что слово сокращено, обычно говорит знак титла, поставленного над словом. Ставилось титло над словом, в котором были отпущены одна или несколько букв. Сокращения способствовали ускорению записи звучащей речи, а вместе с тем и чтения.

Хотя и считалось, что сокращению подлежали слова nomina sacra (имена священные), в скорописи нельзя отметить абсолютность этого правила. Очевидно, что сокращению подлежали слова, наиболее распространенные и часто встречающиеся в тексте. Сокращения были и в уставном и в полууставном письме, но в скорописи их количество значительно увеличилось. Например, слово глава писалось как гл˜ва.

Сокращения, используемые в тексте, были традиционными. Хотелось бы отметить, что сокращений в исследуемом нами памятнике не так много. Очевидно, это связано с неразвитостью типов сокращений, которые только начинали оформляться в языке, а также с тем, что писец переписывал текст старательно, не спеша.

Буква мягкий знак между согласными для обозначения мягкости согласного в исследуемом тексте могла не употребляться, т.е. мягкость специально не обозначалась. Подобные написания (сокращение слова по принципу стяжения) также встречаются в тексте: весма, столко и т.д.

В древности сокращались слова почти исключительно религиозной тематики, а уже в XVIII веке, когда истоки, быть может, были забыты и сокращаться начинают слова, обозначающие названия мер, временных отрезков, общепринятых слов, употребляющихся многократно. Об этом свидетельствуют сокращения в исследуемом тексте:

м̃сца – месяца; блго - благо; н˜для – неделя;

ч̃лвк – человекъ; бг - богу; млнцъ – младенец, црь – царь.

Данные примеры демонстрируют образцы сокращенных слов, которые встречаются в тексте несколько раз. В приложении № 6 представлены начерки сокращённых слов.

Таким образом, при исследовании графики и палеографии рукописного памятника второй половины XVIII века «Рассуждения о языке» можно сделать вывод, что памятник представляет собой текст того времени, написанный скорописью на это указывают следующие признаки: безотрывное написание, сокращения, выносные буквы и буквы дублеты. Графика скорописи ровная, без большого наклона, буквы расположены близко друг к другу, что позволяло писцу быстро записывать текст и определить свой индивидуальный шрифт. Говоря об индивидуальности написания графики в памятнике «Рассуждения о языке», можно выделить одну особенность, вероятно писец был не из Тобольской губернии и вряд ли вообще из Сибири, об этом нам говорят аккуратность написания букв, их форма, отступы между словами и абзацы.

При написании используются чернила, материал и орудия письма XVIII века: светло – коричневый и зеленоватый оттенки бумаги, темные чернила, памятник написан гусиным пером и т.д.

Выявлена также одна территориальная (указывающая на место хранения документа) палеографическая примета: наличие печати «Тобольскаго Губернскаго Музея» на 46 странице; остальные приметы определяют время возникновения памятников, т.е. являются только датирующими признаками.

Заключение

Подводя итоги анализа палеографии и графики рукописного памятника, мы пришли к следующим выводам:

1. Исследуемый рукописный памятник второй половины XVIII в. «Рассуждения о языке», хранящийся в единственном экземпляре в фондах библиотеки редкой книги при историко-архитектурном музее-заповеднике города Тобольска представляет собой типичный текст того времени, который по уровню археографической нормированности был общим в центре и на периферии.

2. Палеографические наблюдения над текстом подтвердили его датировку. Текст полностью отражает особенности скорописи второй половины XVIII в. При написании его используются присущие тому времени материал, чернила и орудия письма. Полагаем, что это существенно для чтения любого скорописного текста прошлого. Для нашего памятника приметами являются: светло – коричневый и зеленоватый оттенки бумаги (конца XVIII – начала XIX в.), темные чернила, орудие написания – гусиное перо.

3. Выявлена также одна территориальная (указывающая на место хранения документа) палеографическая примета: наличие печати «Тобольскаго Губернскаго Музея»; остальные приметы определяют время возникновения памятников, т.е. являются только датирующими признаками.

«Точность датировки должна быть основана на совокупности палеографических примет» [Щепкин, Щепкина 1956: 346]. Совокупность не противоречащих друг другу палеографических примет, полученных при анализе рукописи второй половины XVIII в., подтверждает ее подлинность и датировку, что дает возможность использовать этот материал для дальнейшего лингвистического исследования.

4. При разнообразии почерков, вариантов прописных, строчных и выносных букв, сокращений слов, существенных различий в графике документов, присущих именно данной территории, не отмечалось. В целом графика документов достаточно однородна. Основные черты ее являются нормой для языка второй половины XVIII в. Уровень писца-профессионала достаточно высок даже на периферии.

5. Рукописный текст выполнен одним писцом, что предполагает особенности почерка. В нем относительно мало выносных букв, по сравнению с графикой деловых документов этого же периода города Тобольска, написанных несколькими авторами-составителями.

6. Автор-писец или переписчик старательно, не торопясь, выводил буквы, поэтому в тексте мало сокращенных слов, что было характерным и распространенным для исследуемого периода. Очевидно, рукопись, утратившая в процессе использования свое исконное начало (текст начинается с 13 страницы) и обложку, была переписана с подлинника и является списком учебника, который достойно было иметь каждому образованному человеку конца XVIII в.

7. Перечислим характерные черты скорописи анализируемого памятника:

1) вариативность каждой буквы, характерная для скорописи XVIII в.;

2) использование дублетных пар И-I, Е-Ђ;

4) архаичные начертания некоторых букв ( );

5) непоследовательное употребление I .

6) уменьшается количество начертаний одних и тех же букв;

7) наибольшее количество начертаний приходится на "трудные" буквы, требующие больших затрат энергии (например, Ж, Т);

8) большинство строчных букв приближается к современному написанию;

9) буквы принимают закругленную форму;

10) сокращаются и полностью вытесняются выносные буквы;

11) написание большинства строчных букв становится схожим с написанием строчных;

12) заглавные буквы употребляются нечасто и непоследовательно;

13) отсутствие буквы Ё;

14) появляется новая буква (Й);

15) наблюдается тенденция к избавлению от дублетных букв.

8. Особенностью скорописи этого периода является появление раздельного написания слов: “слова отделены от соседних некоторыми пробелами, как пишем мы сейчас” [Гадзяцкий, Николаева 1974: 39]. В нашем памятнике это раздельное написание писцом строго соблюдается.

9. В графике памятника можно выделить связь с традициями XVII в.: употребление упраздненных букв и характерных для XVII в. начертаний (строчное В виде квадрата, строчное К в виде двух палочек, строчные Е, 3 в виде уменьшенных по размеру прописных и др.). М.Н.Тихомиров, А.Н.Муравьев, П.Н.Берков считают эти признаки соответствующими скорописи второй половины XVIII в.

10. Отсутствие в тексте ряда знаков дублетных букв. Нам встретились лишь две пары дублетов: И-I, Е-Ђ. Обычно в местных памятниках письменности сохранение дублетности букв дольше, чем в центре, является региональной особенностью.

11. Выполнив палеографический анализ рукописи, можно придти к существенному выводу о том, что скорописный недатированный памятник «Рассуждения о языке», хранящийся в библиотеке редкой книги при музее-заповеднике г. Тобольска, является текстом XVIII в., отражающим все особенности графики названного периода. Памятник представляет собой своеобразный список с учебника по риторике, выполненный грамотным писцом в центральной части России и привезенный в г. Тобольск.

Таким образом, единство графики, орфографии и пунктуации в исследуемых документах и лишь сравнительно незначительные отклонения свидетельствуют об активном формировании общерусской национальной языковой нормы на каждом из этих уровней.

Первичный лингвистический анализ языка рукописи памятника раскрывает широкую палитру сторон анализа не только на палеографическом и графическом, но и в дальнейшем на лексическом, морфологическом, словообразовательном и синтаксическом уровнях. Он может быть объектом исследования не только лингвистов, но и литераторов, культурологов, педагогов, историков и всех, кто неравнодушен к прошлому своего края.

Список использованной литературы

I.Источник

Рукописный памятник второй половины XVIII века «Рассуждения о языке», хранится в фондах библиотеки редкой книги при музее-заповеднике города Тобольска. Архивный номер хранения КП 12901.

II.Научная литература:

1. Автократов В.Н. Теоретические проблемы отечественного архивоведения. – М.: РГПУ, 2001. - 396 с.

2. Амирова Т.А. К истории и теории графемики. – М., 1997.

3. Археография и источниковедение в Сибири. Отв. ред. Н.Н. Покровский. –Новосибирск, Наука, 1995.

4. Бахтурина Р.В. Воспроизведение скорописного текста и учет графических вариантов // Лингвистическое источниковедение. – М., 1973.

5. Белоконь Е.А. Развитие русского письма в конце XVIII – первой четверти XIX в. – М., 1988.

6. Беляев И.С. Практический курс изучения древней русской скорописи для чтения рукописей XV-XVIII столетий. – М., 1907.

7. Берков П.Н. О переходе скорописи XVIII в. в современное русское письмо. // Исследования по отечественному источниковедению. Сб. ст., посвященный 75-летию С.Н. Валка. – М.-Л.: Наука, 1984.

8. Виноградов В.В. О задачах истории русского литературного языка преимущественно XVII-XVIII вв. // Избранные труды. История русского литературного языка. – М., Наука, 1978.

9. Волков А.А. Типология алфавита, графики и орфографии. – М: МГУ, 1974.

10. Волков С.С. Лексика русских челобитных XVII века. – Л., 1974.

11. Выхрыстюк М.С. Тобольская деловая письменность второй половины XVIII века в аспекте современного лингвистического источниковедения: Монография. – Ч. II. – Тобольск: ТГПИ им. Д.И.Менделеева, 2007. – 216 с.

12. Гадзяцкий С.С., Николаева А.Т. Русская скоропись XV-XVIII вв. – М., 1974.

13. Гальперин, И.Р. Текст как объект лингвистического исследования [Текст] / И.Р. Гальперин. – М., 2007. Гераклитов А.А. Филиграни ХVII в. на бумаге рукописных и печатных документов русского происхождения. – М., 1963.

14. Глинкина Л.А. Скоропись XVIII века. – Челябинск, 2003.

15. Глинкина Л.А. Общие проблемы исторического лингвокраеведения XVIII в. на Южном Урале и в Зауралье [Текст] / Л.А. Глинкина // Деловой язык XVIII века по архивным данным городов Челябинска, Кургана, Тобольска. – Челябинск, 2004. – С. 3–7.

16. Глинкина Л.А.Лингвистическое источниковедение в кругу смежных гуманитарных наук /Л.А. Глинкина // Деловой язык XVIII-начала XIX вв. на Южном Урале и в Зауралье. – Челябинск: Изд-во ООО «Полиграф–Мастер», 2006. – С. 15–22.

17. Городилова Л.М. Русская скоропись XVII века. – Хабаровск, 1989. – С.44.

18. Грязное А.Ф. Ярославская Большая мануфактура за время с 1722 по 1856г. –М., 1910.

19. Дерягин В.Я. Связные написания в северных актах XVI – начала XVII в. // Источниковедение и история русского языка. – М.: Наука, 1974.

20. Дианова Т.В. Методическое пособие по датированию рукописей с помощью водяных знаков (филиграней) бумаги // Методическое пособие по описанию славяно-русских рукописей для Сводного каталога рукописей, хранящихся в СССР. – М., 1993. – Вып. I.

21. Добиаш-Рождественская О.А. История письма в средние века. – М., 1987.

22. Живов В.М. Язык и культура в России XVIII в. – М., 1996.

23. Жуковская Л.П. Развитие славяно-русской палеографии. -М., 1963.

24. Жуковская Л.П., Котков С.И. О публикации памятников русского языка и писменности // Вопросы языкознания, 1960. – № 4.

25. Иванова В.Ф. Современный русский язык. Графика и орфография. – М., 1976.

26. Историческое лингвокраеведение в учебном процессе. Сост. Л.А. Глинкина. – Свердловск: УрГУ, 1990.

27. Карский Е.Ф. Славянская кирилловская палеография. – М., 1979.

28. Качалкин А.Н. Названия допетровских деловых текстов. // Русская речь. – 2002. – № 2.

29. Клепиков С.А. Филиграни и штемпели на бумаге русского и иностранного производства XVII-XX века. – М., 1959.

30. Клепиков С.А. Филиграни на бумаге русского производства XVIII нач. XX века. – М., 1978.

31. Кобрин В.Б., Леонтьева Г.А., Шорин П.А. Вспомогательные исторические дисциплины. – М., 1994.

32. Колесов В.В. Надстрочные знаки в русской орфографической традиции // Источники по истории русского языка. – М., 1986.

33. Копосов Л.Ф. Севернорусская деловая письменность XVII–XVIII вв. (орфография, фонетика, морфология). – М.: Изд-во Моск.пед.ун-та, 2000.–287 с.

34. Котков С.И. Лингвистическое источниковедение и история русского языка. – М., 1980.

35. Котюрова М.П. Информационность текста // Стилистический энциклопедический словарь русского языка / Под. ред. М.С. Кожиной. 2–е изд., испр. и доп. – М: Флинта: Наука, 2006. – С. 108–11.

36. Кукушкина М.В. Филиграни на бумаге русских фабрик XVIII нач. XIX в. // Исторический очерк и обзор фондов Рукописного отдела Библиотеки АН. – М.-Л., 1958. – Вып. II.

37. Леонтьева Г.А. Палеография. – М.: МГПИ, 1984.

38. Лихачев Д.С. Текстология. Краткий очерк. – М.-Л., 1964.

39. Лихачев Н.П. Бумага и бумажные мельницы в Московском государстве. – СПб., 1891.

40. Маматова Е.П. Филигрань рукописных памятников // Русская речь. – 2004. – № 1. – С. 83-87.

41. Медушевский А.Н. Законодательство и делопроизводство: палеография официальных документов петровского времени //История и палеография. – М., 1993.

42. Муравьев А.В. Палеография. Уч-метод. Пособие. – М.: Изд. Москов-го ун-та, 1997.

43. Осипов Б.И. К вопросу о роли выносных букв в скорописи XVII века // Вопросы истории русского языка. – Новосибирск, 1971. – С. 55-62.

44. Осипов Б.И. История русского письма. – Л., 1979.

45. Осипов Б.И. История русского письма. Графика. Орфография. Пунктуация. – Омск, 1990.

46. Осипов Б.И. История русской графики // Фонетико-орфографический сборник. – Барнаул, 1994.

47. Пирко В.А. Русская палеография. – Киев, 1999.

48. Рейсер С.А. Палеография и текстология нового времени. – М.: Просвещение, 1970.

49. Тарабасова Н.И. Некоторые черты московской скорописи XVII в. //История русского языка. Памятники XI-XVIII вв. – М., 1982. – С. 170-220.

50. Творогов О.В. О выносных буквах в русских рукописях XV-XVII вв. // Исследования источников по истории русского языка и письменности. – М., 1966. – С. 162-173.

51. Тихомиров М.Н., Муравьев А.В. Русская палеография. – М.: Высшая школа, 1966.

52. Котюрова М.П. Информационность текста // Стилистический энциклопедический словарь русского языка / Под. ред. М.С. Кожиной, 2–е изд., испр. и доп. – М: Флинта: Наука, 2006. – С. 108–11.

53. Участкина З.В. Развитие бумажного производства в России. – М., 1972.

54. Филиппова И.С. Русская скоропись // Русская речь. – 1981. – № 5. – С. 108-121.

55. Филин Ф.П. Очерки по теории языкознания. – М., Наука, 1982.

56. Филиппов К.А. Лингвистика текста. Курс лекций. – СПб.: Издат-во СПбГУ, 2003.

57. Чаев Н.С., Черепнин Л.В. Русская палеография. – М., 1946.

58. Черепнин Л.В. Русская палеография. – М., 1956.

59. Шорин П.А., Кобрин В.Б. Вспомогательные исторические дисциплины. – М.: «Владос», 2000.

60. Щепкин В.Н. Русская палеография. – М.: Наука, 1967.

61. Щепкин В.Н., Щепкина М.В. Палеографическое значение водяных знаков // Проблемы источниковедения. – М.-Л., 1956. –Т. 6. – С. 325-346.

Словари и справочная литература

62. Большая советская энциклопедия (БЭС). – Т 7.- М.; «Советская энциклопедия», 1972.

63. Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка: В 4 т. – М.: Терра, 1994.

64. Лингвистический энциплопедический слова. Под ред. В.Н.Ярцевой. –М., Советская энциклопедия, 1990.

65. Ожегов С.И. и Шведова Н. Ю.Толковый словарь русского языка. – М.: «Азъ», 2000.

66. Словарь русского языка XI-XVII вв. Вып. 1-25. – М.: Наука, 1975-2002.

67. Словарь русского языка XVIII в. Т. 1-10. – Л.: Наука, 1984-1999.

68. Словарь древнерусского языка (XI-XIV вв.). Т. 1-4. – М.: Русский язык, 1988-2002.

79. Словарь древнерусского языка под ред. И.И.Срезневского. Т. 1-3 – М.: «Книга», 1989.

Приложение № 1 Терминологический словарь

Толкование лексических знаний отобранных слов дано по следующим источникам:

1. Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка: В 4т. – М.: Терра,1994.

2. Иллюстрированный словарь забытых и трудных слов по произведениям русской литературы XVIII-XIX вв./ Сост. Глинкина Л.А. –Оренбург: Оренбург, кн. изд-во, 1998.

3. Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. – М.: «Азъ», 2000.

4. Словарь русского языка XI-XVII вв. Вып. 1-25. – М.: Наука, 1975-2002.

5. Словарь русского языка XVIII в. Т. 1-10. – Л.: Наука, 1984-1999.

6. Словарь древнерусского языка (XI-XIV вв.). Т. 1-4. – М.: Русский язык, 1988-2002.

Археография – вспомогательная историческая дисциплина, изучающая методы собирания, описания и публикации исторических документов.

Буквы-числа – буквы, употребленные в числовом значении.

Буклет – текст, отпечатанный на одной стороне листа, сложенный в виде брошюры, он читается без разрезки, раскрываясь ширмообразно.

Взмет – знак сокращения, написанная над строкой без отрыва от предыдущей конечная буква.

Водяные знаки (филиграни) – просвечивающие на бумаге места, образующие рисунок, инициалы, даты и пр. условное обозначение (фабричный знак) владельца или предприятия.

Выносные буквы – буквы, написанные над строкой и входящие в состав слова, написанного на строке.

Вязь – вид декоративного письма древних рукописей, характеризующийся сокращением слов, украшением и переплетением букв строки, превра-щающим ее в непрерывный орнамент.

Гербовая бумага – бумага с изображением государственного герба или какой – либо др. государственной эмблемы, предназначавшийся для составления документов по гражданско – правовым вопросам.

Глосса - 1) толкование текста (в частности, законов), 2) заметка переписчика или читателя (на полях, в тексте), содержащая толкование непонятного места. Глосса обычно графически с текстом не сливается.

Дипломатика – вспомогательная историческая дисциплина, определяющая подлинность, происхождение, дату, а также внешние признаки исторического документа.

Источниковедение – вспомогательная историко-лингвистическая дисциплина, занимающаяся описанием и классификацией источников.

Каллиграфия – искусство красивого и четкого письма.

Кегль – размер литеры между ее верхней и нижней частью: наиболее употребительные кегли называются нонпарель, петит, корпус, цицеро.

Клаузула – вид своеобразных формул - традиционных для данного вида памятников синтаксических конструкций.

Колонтитул – надпись вверху страницы: иногда левая, четная страница содержит имя автора, правая, нечетная - полное или сокращенное название статьи (сборника), раздела (книги) и т.д.

Лигатура – связное написание двух или нескольких букв.

Лингвистический источник – графическое закрепление языкового материала в виде слов или их элементов, обладающих определенным внутренним единством, от древнерусского языка памятника до текста современного художественного произведения.

Надстрочные знаки – знаки, выносимые при письме над строкой: титлы, апострофы, взметы и т.д.

Начерк – в некоторых курсах палеографии - начертание буквы, принятое в том или ином письме или группе памятников.

Орнамент – художественные украшения в начале, на полях, в конце рукописного текста (заставки, концовки, полевые украшения, инициалы). Используется для установления времени и места создания рукописи.

Палеография – вспомогательная историко-филологическая дисциплина, изучающая внешний вид, материал, орудия письма и графику рукописей.

Параф – росчерк или сокращенная подпись инициалами.

Полуустав – почерк рукописей с половины XVIII в., средний между уставом (см.) и скорописью (см.). От устава полуустав отличается большей наклонностью, меньшей выписанностью букв и некоторыми другими признаками.

Почерк – связное письмо с индивидуальной манерой изображения букв и других графических знаков.

Скоропись – вид письма, характеризующийся свободным начертанием, разнообразием вариантов и слитным написанием букв (рус. Скорописи – наличием надстрочных “выносных” букв), сокращением слов под титлом.

Текст – подлинник, подлинные буквальные речи писателя.

Титло – надстрочный знак над сокращенно написанным словом или над буквой, употребленной в значении цифры.

Транслитерация (от лат. trans - сквозь, .через + litera -буква) - форма графического переноса (графической передачи), предусматривающая употребление одного знака для каждого письменного знака передаваемого письма.

Унциал – полуустав древних (западноевропейских) рукописей (приблизительно с V в. н. э.).

Устав – древнейшее письмо крупными, прямолинейными, четко вырисованными буквами.

Факсимиле – точное воспроизведение рукописи, печатного текста и т.д. механическим способом (например, фотографией).

Формат – размер книги, листа, карточки и пр. Теперь он обычно обозначается в миллиметрах или реже в сантиметрах: первая цифра высота, вторая ширина. Форматы книг издавна получили особые обозначения в зависимости от того, в какую долю сложен лист. В древнерусской практике в десть, в полдесть, в четверть дести, в восьмушку и пр. В западной и русской практике нового времени - F° (фолио), в 4 (ин кварто), 12° (дуодецима) и т.д.

Формуляр – количество и порядок следования составных частей текста.

Шаблон – форма текста в самом общем виде.

Приложение № 2 Начерки строчных букв Приложение № 3 Начерки выносных букв в конце слова (одно из типичных для вынесения буквы) Приложение № 4 Начерки выносных букв в середине слова перед согласными

Приложение № 5

Начерки нескольких выносных букв в слове

Приложение № 6 Начерки связных написаний

Приложение № 6

Содержание памятника

В данном приложении приводится содержание рукописного памятника, а именно указываются названия глав, сами правила, не включаются только рассуждения, которые сопровождают каждое правило. Здесь и далее курсивом даются пояснения авторами дипломной работы.

Глава 1.

Рукопись не имеет первых 12 страниц, поэтому название данной главы и содержание первых девяти правил нам не известно.

Правило 10.

Великой к сему мудрости, осторожности искусства и храненiя потребно, кто о ком в его присутствiи говорить хочетъ.

Правило 11.

Кто суеты и тщеславiя неимеет, тот обыкновенно мало говоритъ.

Правило 12.

Такъ говори, чтоб твои слова разумели и слушали.

Правило 13.

Весма берегись дабы тебе в компанiи таким оригиналом незделаться, котораго копiею быть стыдно.

Правило 14.

Языкъ произносящей бесчестныя слова значитъ поврежденное и развращенное сердце.

Правило 15.

Никогда инiо чемъ таких неспрашивай, которые тебе отвечать немогутъ.

Правило 16.

Смешной тот стыд, которой удерживает члвка от вопросовъ. Для ученiя и наставленiя о незнаемом.

Правило 17.

Безмерное хваленiе открываетъ слабость ума, и вредитъ славу того, которой не знаетъ, что говоритъ и хвалитъ.

Правило 18.

Молчание охранителная грамота незнанiю.

Глава 2я

Языкъ невоздержнаго

Правило 1.

Нетолко трудное, но и весма невозможное Дело чтоб члвку много, а притом умно и к стати говорить.

Правило 2.

Кто много говоритъ, тот сам себя повреждает.

Правило 3.

Невоздержнаго языка люди от всех презренны, и презренiя Достойны.

Правило 4.

Невоздержнаго языка члвкъ всегда говоритъ Хотя его и неслушают, а онъ напротивъ того нiчего не слушаетъ, что Другiе говорятъ.

Правило 5.

Невоздержных на языкъ нетолко презирают, но и боятся.

Правило 6.

Многоречивые люди излишеством словъ теряют прiятность и славу Делъ своих.

Правило 7.

Почти все многоречивые любопытны.

Правило 8.

Невоздержной на языкъ за многоречiем Дела своей должности забываетъ.

Правило 9.

Кто говорит много, тот Думаетъ и разсуждаетъ мало.

Глава 3я

Языкъ молчаливаго

Правило 1.

На молчаливаго немного законовъ.

Правило 2.

Прежде с собою а потом с другими говорить.

Правило 3.

Азъ неприличнаго и не ко времени сказаннаго слова могутъ невозвратныя следствiя произойти.

Правило 4.

Кто мало говоритъ, тот можетъ мудрым показаться.

Правило 5.

Слово Да будетъ подобно золоту, которое и в малой штуке, великую цену имеет.

Правило 6.

Ежели самой простой члвекъ умеетъ молчать, то онъ хитраго и умгаго обмануть можетъ.

Правило 7.

Молчаливой в то время хвалы и почтенiя Достоинъ, когда по причине неговорит.

Глава 4а

Языкъ невоздержнаго.

Красныя слова

Правило 1.

Иное красное слово нетолко хвалу лучших трудовъ, но и славу честнаго члвка повредить можетъ.

Правило 2.

Прiятностiю Краснаго слова можно иногда всю компанiю увеселить.

Правило 3.

Иногда за одно красное Слово немалыя Ссоры бываютъ.

Правило 4.

Чемъ более члвкъ от произнесенiя Краснаго слова похвалы себе получить уповаетъ, тем онъ в болшую печаль приходитъ когда другiе о сем мнимом умном слове не веселятся.

Правило 5.

Сiе уже не малая отвага и то из книги взятое или от других слышанное красное слово За свое вбавитъ.

Глава 5я

Языкъ насмЂшника

Правило 1.

Насмешки, переговорки и подобныя сему смехотворства весма негодятся, ежели кто За добрыя ихъ почитает. Но разве в то время годны быь могутъ, когда оныя за подлыя проказы признаны будутъ.

Правило 2.

Весма редко или почти нiкогда неслучается, чтоб насмешникъ в почтенiи былъ.

Глава 6я

Языкъ шутливаго

Правило 1.

Убегай шутокъ: они такая заразая которая разум для нарушенiя члвеческаго спокойства поощраетъ.

Правило 2.

Шуты и забавники пуще всех над собою шуток не любятъ.

Правило 3.

Есть такиiе люди что наималейшую шутку за крайнее озлоблене почитают.

Правило 4.

Кто желаетъ шутить, тому надобно шутки свои учреждать на присудствующих и на тех, которые сим шуткам причиною.

Правило 5.

Над другом нiкогда нешутить.

Глава 7я

Языкъ спорящаго

Правило 1.

Есть такiе, которые в спорах разсуждают о мнимой правде и силе своих предложенiй, по числу важности словъ.

Правило 2.

Молчанiе в спорах не всегла умъ и скромность значитъ.

Правило 3.

Ежели тебе случится спорить, то старайся чтоб сим способом о незнаемом тебе наставленiе, а о неизвестном изьясненiе получить. Притом же протився и напрасных Диспутовъ неначинай.

Правило 4.

Никогда за малую вещь великаго спору неделай.

Правило 5.

Почти все споры Для того продолжителны бывают, что спорящiе другъ друга долго не разумеют.

Правило 6.

Не вступая в споръ надобно то дело со всеми его свойствами и обстоятелствами подлинно знать, о котором спорить хочешъ.

Глава 8я

Языкъ упрямаго

Правило 1.

Упрямой обыкновенно Для того неуступает, что побежденным признатся и уступить не хочет.

Правило 2.

Молчанiе противъ упрямства наилучшая безопасность.

Глава 9я

Языкъ вздорнаго

Правило 1.

Вздорная и безумству подобная поступка происходит от многих в светском обхожденiи учиненных погрешностей и пороковъ.

Правило 2.

Вздорнрй члвкъ худо говорит и худо слушает.

Глава 10

Языкъ комплиментиста

Правило 1.

Понеже обычай и употребленiе ввода комплименты ихъ подкрепляют, то столко и такiе Комплименты Делать надлежит столко время и употребленiе требуетъ.

Глава 11

Хвалящаго языкъ

Правило 1.

Разумныя и разсудителныя похвалы подобны из разных вещей выбранным наилучшим сладостям.

Правило 2.

Все те похвалы смешны, ежели члвка за то хвалятъ, чего в нем нет и что ему не принадлежит.

Правило 3.

Те не столко хвалятъ, которые менше всех похвалы Достойны.

Правило 4.

Кто хвалит для угожденiя. Тот умъ и разсужденiе своо пленниками учтивства творит.

Правило 5.

Человеку нiчто такъ непрiятно, какъ от других приносимая о нем похвала; а сего уже противнее нет ежели и то сам себя хвалит.

Правило 6.

Многiя похвалы на интересе основаны бывают.

Правило 7.

Никогда похвалъ неищи, Да толко о том старайся, чтоб оныя заслужить.

Правило 8.

Великое искусство, когда кто в похвале меру знаетъ.

Правило 9.

Какъ на слушающих, такъ и на принимающих твои похвалы с равным примечанiем смотреть надобно.

Правило 10.

Кто хвалу чрезвычайно любит, тот желает дабы нiкого кроме его нехвалили.

Глава 12

Языкъ ласкателя

Правило 1.

Челловекъ себе первой ласкатель.

Правило 2.

Ласкатели то делаютъ, что похвалами своими о мнимых заслугах и несущих добродетелях знатных людей в безславiе приводят.

Правило 3.

Человекъ утаенiем собственных пороковъ прикрывает погрешности Других.

Правило 4.

Не такъ от похлебства удалятся чтоб вместо ласкателя грубым зделатся.

Глава 13

Языкъ лжеца

Правило 1.

Ложь Богу пртивна, а людям мерзка.

Правило 2.

У кого ложь в словах, тому в компанiи не верятъ.

Глава 14

Языкъ самохвала

Правило 1.

Те обыкновенно высочайшим голосом говорят, которые трусливые к отчаянию других.

Правило 2.

Кто учиненным добрым делом хвалится о том будут думать что онъ сiе токмо для самохвалства и тщеславiя зделал.

Правило 3.

Кто много хвалится для полученiя славы, тот никогда того неделает, что говорит.

Глава 15

Языкъ злословящаго

Правило 1.

Ежелиб злословящей силу и случай имел, то б все конечно тому зло Делал, кого злословит.

Правило 2.

Злословящей и клеветникъ признает свое злословiе о других за оправдание в том справедливом злословiи, которому онъ сам подверженъ.

Глава 16

Языкъ кленущагося

Правило 1.

Более првде и добродетели нежели клятве верить должно.

Правило 2.

Без божбы будь веренъ.

Глава 17

Языкъ обЂщающагося

Правило 1.

Вовсех своихъ обещанiях помни следующiя Два слова: могуль и долженъ ли я обещание мое исполнить.

Правило 2.

Кто къ обещанию скоръ, тот редко свое слово содержит.

Правило 3.

Многiе обещают по надежде а исполняют Для страху.

Правило 4.

Иные от обещания больше нежели от исполнения ползы получают.

Глава 18

Языкъ разносящаго новыя вЂсти

Правило 1.

Вестовщикъ весма редко правду говорит.

Правило 2.

Когда вестовщикъ вести о важных случаях рассказывает, то притом и своих Дел не забывает.

Правило 3.

Вестовщику какъ добрыя такъ и худыя вести равно нравятся.

Правило 4.

Всякой изобретатель вестей о Делах Допублики касающихся старается, а своих Делъ не видитъ и о собственном Доме не печется.

Глава 19

Языкъ доносителя

Правило 1.

Всякой Доноситель или невоздержнаго языка или уже совершенно злой члвекъ.

Правило 2.

Доносителя нескоро к себе допускай.

Правило 3.

Никаких наносных речей неслушай и отнюд Доносителям не верь.

Глава 20

Языкъ совЂтующаго

Правило 1.

Тотъ советъ наилучшей, которой в нужде и ко времени Дается.

Правило 2.

Самой лучшей советъ, которой от истиннаго усердiя Дается.

Правило 3.

Ежели на умъ свой совершенно положится не можешь, то советуй с умными людмии ихъ советам последуй.

Глава 21

Языкъ обличающаго

Правило 1.

Немощных обличай с снизсхождением, удобнымъ и понятию с простотою возмутителей силою и властию, а всех с разумом и с осторожностию исправляй.

Правило 2.

Те болше Других обличение терпят, которые наиболшей похвалы Достойны.

Глава 22

Языкъ наставляющаго

Правило 1.

Не зная сам Других не учи.

Правило 2.

Желающей людей учить и исправлять Долженъ прежде переменить ихъ нравы.

Правило 3.

В наставлении нетерпеливости непоказывай.

Правило 4.

Ежели других правде учишь, то всевозможное старание прилагай о насаждении в душахъ ихъ всегдашней склонности къ правде и постаяннаго желания истинны.

Правило 5.

То учение лучше всех, которое на не поколебимом основании веры утверждено.

Глава 23

Языкъ того кому от насъ или от кого нам повЂрена тайна

Правило 1.

Вверенная члвку тайна такая вещь, которую весма свято хранить должно.

Глава 25

Языкъ утЂшающаго

Правило 1.

Худое от того члвка утешение которой более о произнесении красных и ученых словъ нежели о подании Добраго и полезнаго совета старается.

Правило 2.

Для большей способности ко утешению Других надобно знать, какъ себя утешить в печали.

Далее в этой главе следуют уже не правила, а своего рода рекомендации, советы как поступать в той или иной ситуации.

1е. Как члвеку в бедах, в печали и в несщастии себя утешить (далее в рассуждении приводится 30 пунктов).

2е. Как члвеку не вдаватся в печаль. Ежелиб, … (все последующие 4 пункта начинаются с этого слова).

3е. О утешении в ругателствах, в презрении и злословии (32 пункта).

4е. О утешении находящихся не в знатном чине и убожестве (55 пунктов).

5е. УтЂшение Находящимся в службе (11 пунктов).

6е. УтЂшение в подлом и незнатном роде (6 пунктов).

7е. УтЂшение в немощах и болезнях (4 пункта).

8е. УтЂшение лишившихся имения, сродниковъ и Друзей (5 пунктов).

9е. УтЂшение в трудахъ (5 пунктов).

10е. УтЂшение в страхе.

11е. УтЂшение в бедности и убожестве (13 пунктов).

12е. Утешительное рассуждение о смерти (14 пунктов).

Рукопись обрывается на заголовке «ПРАВИЛА И СОВЕТЫ».

Мы предполагаем, что на этом памятник не заканчивается и имеет продолжение, которое, к сожалению, не сохранилось.

Приложение № 7 Фотокопии общего вида памятника Приложение № 8

Апробация исследования на конкурсах

Министерство образования и науки Российской Федерации

Государственное образовательное учреждение

высшего профессионального образования

«Тобольская государственная социально-педагогическая академия им. Д.И.Менделеева»

На Конкурс 2012 года на соискание медалей Российской академии наук с премиями для молодых ученых РАН, других учреждений, организации России и для студентов высших учебных заведений России за лучшие научные работы

Палеография и графика рукописного памятника второй половины XVIII века

«Рассуждения о языке»

Конкурсная научная работа

студентки V курса

филологического факультета

ТГCПА им. Д.И.Менделеева

Жадан Оксаны Анатольевны;

Направление конкурса

18. Литература и язык

Тобольск – 2012

Просмотров работы: 11258