ПРЕДВОСХИЩЕНИЕ СИМВОЛИСТСКИХ ПОИСКОВ ВЕЧНОЙ ЖЕНСТВЕННОСТИ В СТИХОТВОРЕНИИ А. К. ТОЛСТОГО «ТЕМНОТА И ТУМАН ЗАСТИЛАЮТ МНЕ ПУТЬ…» - Студенческий научный форум

V Международная студенческая научная конференция Студенческий научный форум - 2013

ПРЕДВОСХИЩЕНИЕ СИМВОЛИСТСКИХ ПОИСКОВ ВЕЧНОЙ ЖЕНСТВЕННОСТИ В СТИХОТВОРЕНИИ А. К. ТОЛСТОГО «ТЕМНОТА И ТУМАН ЗАСТИЛАЮТ МНЕ ПУТЬ…»

Зенина К.Ю. 1
1Магнитогорский Государственный Университет
 Комментарии
Текст работы размещён без изображений и формул.
Полная версия работы доступна во вкладке "Файлы работы" в формате PDF
Гр. Толстой, конечно, поэт не для детей, и у него нет, или почти нет, чтения для детского возраста, какое можно найти у Пушкина, Майкова, Некрасова, Никитина, Полонского, Плещеева и многих русских поэтов. Но зато как-то особенно сродни ранней юности изящный, идеально-чистый, порой мистический характер его поэзии. Он роднит Толстого, как роднит Полонского, с тем временем человеческой жизни, когда душа полна неясных и высоких стремлений, когда в уме толпятся начатки, обрывки, эскизы тысячи мыслей, когда глаз ищет идеально-прекрасных образов, ухо ждёт мелодических сочетаний.

И. Анненский

Алексей Константинович Толстой (24 августа 1817 — 28 сентября 1875) - русский писатель, поэт, драматург. Первый Толстой русской литературы прославил свою фамилию на редкость разнообразным творчеством: здесь исторические произведения (более десятка пьес, «повесть времён Иоанна Грозного» «Князь Серебряный») и «страшные» фантастические повести («Упырь», «Семья вурдалака», «Встреча через триста лет»), участие вместе с братьями Жемчужниковыми в создании коллективного сатирического образа «директора Пробирной палатки и поэта» Козьмы Пруткова, чьи афоризмы и пародии давно утратили своё авторство, и, наконец, прекрасные стихотворения, многие из которых впоследствии стали популярными романсами («Колокольчики мои…», «Средь шумного бала…», «Ты не спрашивай, не распытывай…») или даже народными песнями («Кабы Волга-матушка…»). [8].

Лирические стихотворения Толстого просты и задушевны. Он вводил в свою лирику элементы народно - поэтического стиля, его стихи часто близки к песне. Более 70 стихотворений положено на музыку русскими композиторами — Н. А. Римским-Корсаковым, П. И. Чайковским, М. П. Мусоргским [3, с 560 ].

Стихотворение «Темнота и туман застилают мне путь…» (см. Приложение 1)изучается на уроках литературного чтения в 4 классе по программе «Школа 2100» Р. Н. Бунеева, Е.А. Бунеевой часть 1 [2, с.134]. Это стихотворение входит в раздел «Девятнадцатый век. Путешествие продолжается».

У стихотворения А. К. Толстого нет названия, но первая строчка определяет его настрой: «Темнота и туман застилают мне путь».

Посмотрим слова «туман» и «темнота» в словаре С. И. Ожегова: «Темнота - то же, что тьма. 1. Отсутствие света, мрак. 2. перен. Невежество, культурная отсталость (устар.)» [5, с. 645]. Нам подходит первое значение этого слова. Слово «темнота» со значением отсутствие света. «Туман - 1. Непрозрачный воздух, насыщенный водяными парами или ледяными кристалликами. 2. Пелена пыли (или дыма, пара, копоти), делающая воздух непрозрачным, мгла. 3. перен. О состоянии неясности, смешанности мыслей, представлений». Это значение слова нам подходит как в первом значении, так и во втором.

Слово «застилать» обозначает «закрыть, покрыть туманной пеленой (о чём-н. движущемся, стелющемся)».

В первой строке стихотворения есть слово «путь», которое означает «полоса земли, предназначенная для передвижения, путь сообщения».

Использование слов туман, темнота, путь настраивают читателя на романтический лад: читатель предполагает, что лирический герой отправляется в путь за идеалом-мечтой, путь этот нелегкий, так как идти герою приходится на ощупь, буквально в темноте.

Работаем над лексическими ассоциациями. Опрос студентов (14 человек) показал, что строчка вызывает такие ассоциации, как ночь, туман, грусть, одиночество, страх,темнота, сырость,тоска, неизвестность, опасность. Наиболее частотным у опрошенных была ассоциация со словом страх. Многие опрошенные начали строить предположения, что произойдет с героем в пути. Таким образом, первая строчка настраивает читателей и на то, что сюжет стихотворения будет лиро-эпическим.

Первый катрен «Темнота и туман застилают мне путь,/ Ночь на землю все гуще ложиться,/ Но я верю, я знаю: живет где-нибудь,/ Где-нибудь да живет царь-девица» построен на традиционном для романтической поэзии противопоставлении мира реальности (земли) миру идеальному (мечты). Первые две строфы показывают атрибуты мира земли, который оценивается лирическим героем отрицательным и связан с отсутствием света: темнота, туман, застилают, ночь.

Третье и четвертое четверостишье обращены к миру идеальному. Для Толстого этот мир связан с поиском царь-девицы. Используя противительный союз «но», поэт словно хочет показать, что мир царь-девицы в противовес миру земли соответственно будет наполнен светом. Чтобы показать идеальность мира царь-девицы поэт использует неопределенное местоимение «где-нибудь», которое имеет значение «в каком-нибудь, точно не известном, месте».

Обращение Толстого к образу царь-девицы связано с тем, что для романтической поэзии вообще свойственно обращение к мифологии, сказкам, верованиям, способным показать инобытие. Согласно энциклопедическому словарю Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона, царь-девица – этогероиня сказок многих европейских народов, являющаяся под разными именами и фигурирующая в популярной русской "Сказке о Иване-Царевиче и Ц.-Девице."Сын царя Архидея, Иван-Царевич изготовляет себе палицу в 40 пудов и отправляется за тридевять земель на розыски похищенных чудовищами своих сестер — Луны и Звезды. При содействии Бабы-Яги он убивает Змея, освобождает сестер и затем совершает ряд подвигов, добывая с большими препятствиями невиданные и диковинные вещи вроде Жар-Птицы, Свинки-Золотой щетинки, Оленя-Золотые рога, живой и мертвой воды, яблони с золотыми плодами и, наконец, сестры Солнца, златокудрой красавицы Царь-Девицы, на которой впоследствии женится сам неустрашимый витязь или же уступает ее прежнему жениху Ц.-Девицы. Сказки, в которых является русская Ц.-Девица, относятся в большинстве случаев к типу похождений Язона, или так называемых "геройских подвигов". [9] Основным атрибутом царь-девицы является красота.

Таким образом, в первом катрене противопоставлены мир земли, которому принадлежит герой, и мир сказки, которому принадлежит царь-девица. Если мир героя темен, то мир царь-девицы, соответственно, светел; если мир царь-девицы наполнен красотой, то мир героя, соответственно, наполнен мраком, в нем отсутствует красота.

Значимым в контексте стихотворения являются глаголы «знаю» и «верю», которые становятся контекстуальными синонимами: «знаю», для героя, равнозначно «верю». Здесь поэт показывает традиционный для романтической поэзии, а затем и для поэзии символистов, мотив познания и веры: романтический герой Толстого верит в реальность мира сказочной мечты, этой веры ему достаточно, а рациональных доказательств существования этого мира ему не нужно. Такае вера-познание сродни религиозному чувству, когда верующий не нуждается в доказательстве существования Бога.

Во втором катрене: «Как достичь до нее – не ищи, не гадай, / Тут расчет никакой не поможет, / Ни догадка, ни ум, но безумье в тот край, / Но удача принесть тебя может! подтверждаются ранее заявленные мотивы поиска и способов познания романтического мира мечты. Снова катрен построен на противопоставлении. С одной стороны поэт располагает пути и способы познания, свойственные обычным людям: наугад, логический расчет, умозаключения, даже безумье (отсутствие ума, сумасшествие) не могут привести в мир царь-девицы. Чтобы попасть в ее мир, необходим исключительный, романтический герой. Поэт показывает, что путь в мир царь-девицы действительно труден: он подвластен такому герою, которому сопутствует удача. Обратимся к толковому словарю Ожегова: удача – успех, нужный или желательный исход дела.[5, с. 756 ].

Какому же герою сопутствует удача? Это герой, который может настроиться на романтический лад; герой, сам способный оказаться в мире мечты. Как этого достичь, поэт не говорит; для него это загадка, или тайна, ведь удача обычно сопутствует человеку по необъяснимым причинам. Впоследствии символисты разовьют романтические поиски и скажут, что таким героем должен быть поэт-мистик. А пока романтически настроенный читатель понимает, что герою, чтобы попасть в сказочный мир мечты, необходимо самому каким-то образом стать сказочным персонажем. Отсюда мотив темноты и тумана: герой не знает, каким путем оказаться в инобытии.

При этом четверостишье построено таким образом, как будто сам романтический герой в духе сказочного заклинания учит читателя, как стать романтическим героем.

Во втором четверостишье мир царь-девицы дополняется еще одним словом: к неопределенному местоимению где-то добавляется словосочетание тот край. Однако определенности в понимании мира царь-девицы это добавление не приносит; ее мир по-прежнему остается желанным, притягательным, наполненным красотой, но неизвестным и непознанным.

Завершающее четверостишие Я не ждал, не гадал, в темноте поскакал/ В ту страну, куда нету дороги,/ Я коня разнуздал, наудачу погнал /И в бока ему втиснул остроги! слышится особая интонация одержимого романтической идеей героя. А. Толстой показывает, что романтический герой, следуя советам-заклинаниям из второго четверостишья, пускается в путь навстречу миру мечты – и ему, как надеется читатель, удастся попасть к царь-девице, тем более, что герой не сомневается в успехе своего рискованного предприятия: он все сделал по-сказочному правильно.

Мир царь-девицы приобретает еще одно мало понятное обычному разуму обозначение: в ту страну, куда нету дороги. Однако читателю, знакомому с русскими волшебными сказками такое определение вполне приемлемо. Перед глазами возникают образы мифологического острова Буяна, тридесятого царства, волшебного леса и других сказочных реальностей. В голову приходит такие выражения из волшебных сказок, как пойти туда, не знаю куда, найти то, не знаю что; пойти куда глаза глядят и другие. Да и романтический герой, когда говорил о том, что он не ждал, не гадал, на самом деле находит способ, как оказаться у царь-девицы. Конечно, он оказывается там сказочным манером – нежданно-негаданно, нечаянно и наудачу.

Важным для понимания сущности романтического героя в стихотворении А. Толстого является то, что герой отправляется в путь к царь-девице на коне. Конь является непременным атрибутом сказочных героев. В русских народных сказках этими героями являются богатыри, или, например, Иван-царевич. Конь символизирует интеллект, мудрость, знатность, свет, динамичную силу, проворство, быстроту мысли, бег времени. Это типичный символ плодородия, мужества и мощной власти[6, с.129]. Таким образом, романтический герой превратился в сказочного персонажа, обнаружил у себя сказочного коня со всеми его удивительными символическими качествами, оседлал его и через темноту незнания ринулся в заветный мистический мир, где живет чудесная царь-девица.

В начальной школе младшим школьникам могут быть непонятны такие слова, как «разнуздал» и «остроги». Слово остроги означает в данном контексте шпоры. А шпоры – это «прикрепляемая к заднику сапога металлическая дужка с колёсиком на конце, служащая всаднику для понуждения коня к движению». Чтобы конь быстрее скакал, всадник в его бока вонзает шпоры. Так и романтический герой Толстого в порыве романтической любви впивает свои шпоры в романтического коня.

После прочтения стихотворения в воображении читателя рисуются сказочные картины, как романтический герой, подобно мифологическому герою, преодолевает все препятствия (бьется со злыми силами, добывает чудесные вещи, и конечно, женится на царь-девице).

На первый взгляд, в данном стихотворении слух эстетически искушенного читателя может резать просторечное слово «нету» в строчке «В ту страну, куда нету дороги». Однако и это употребление слова объяснимы. Так Толстой приблизил свое стихотворение к народной волшебной сказке, создал мифологическую стилизацию романтической повествовательной лирики.

Действительно, лирические стихи А. К. Толстого отличает импровизационность. Поэт сознательно допускает небрежность рифмовки, стилистическую свободу и раскованность. Ему важно создать художественный эффект сиюминутности, нерукотворности вылившейся из-под его пера поэтической миниатюры. В письме к приятелю Толстой сказал: «Плохие рифмы я сознательно допускаю в некоторых стихотворениях, где считаю себя вправе быть небрежным... Есть род живописи, где требуется безукоризненная правильность линии, таковы большие полотна, называемые историческими... Есть иная живопись, где самое главное — колорит, а до линии почти дела нет... Некоторые вещи должны быть чеканными, иные же имеют право или даже не должны быть чеканными, иначе они покажутся холодными». Легкая «небрежность» придавала стихам Толстого трепетную правдивость, искренность и теплоту в передаче рождающегося чувства, в изображении возвышенных, идеальных состояний души [7, с. 578].

Анализ стихотворения А. Толстого показал, что его творчество предвосхитило появление на рубеже 19-20 вв. символизма.

А.К. Толстого отличает стремление к мистическому идеалу, постоянное чувство его присутствия в мире. Этот мотив сполна реализуется в стихотворении «Темнота и туман застилают мне путь…».

Мистическая Красота — важнейшая категория в мире А.К. Толстого, имеющая не только эстетическое, но и нравственное значение [6 с. 213]. Эта категория станет важнейшей и для символистов.

Главной идеей стихотворения является поиск «царь-девицы», стремление к идеальной женщине, вера в ее существование. Эта “царь-девица” предвосхищает младосимволизм, идейным вдохновителем которого был Вл. Соловьев. Царь-девица А. Толстого найдет отклик в одноимённом стихотворении Я.П. Полонского 1876 года, по поводу которого В.С. Соловьёв заметит: “Все истинные поэты так или иначе знали и чувствовали эту «женственную Тень»” [10, с. 156]. Далее она появится в стихах самого Соловьёва и Блока, где в облике Вечной Женственности, или Прекрасной Дамы, навеки останется в русской поэзии. [8]

Список литературы

  1. Толстой А.К. Полное собрание стихотворений в 2-х т. Библиотека поэта. Большая серия. Ленинград: Советский писатель, 1984. – 649 с.

  2. Бунеев Р.Н. В океане света. Ч. 1 : книга для чтения в 4-ом классе / Р.Н. Бунеев, Е. В. – 3-е изд., перераб. – М: Баласс, 2001. – 223 с.

  3. Толстой А.К. Полное собрание стихотворений: В 2 т. Л., 1984 («Библиотека поэта», большая серия, второе издание). С. 718.

  4. Кабанова А.П. «Любови крылья вознесли...» (185 лет со дня рождения А.К.Толстого) // «Дельфис» — №30(2) — 2002. – 461 с.

  5. Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка: 80 000 слов и фразеологических выражений/ Российская академия наук. Институт русского языка им. В.В. Виноградова. – 4-е изд, дополненное. – М.: Азбуковник, 1997. – 944стр.

  6. «Русские писатели». Биобиблиографический словарь-символов. Том 2. М—Я. Под редакцией П. А. Николаева. М.: Просвещение, 1990. – 687 с.

  7. Толстой Алексей Константинович — статья из Большой советской энциклопедии (3-е издание) Т. 26. — М.: Советская энциклопедия, 1977. – 557 с.

  8. Электронный ресурс. Режим доступа: alekseytolstoy.org.ru

  9. Энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона. — С.-Пб.: Брокгауз-Ефрон. 1890—1907. // Электронный ресурс. Режим доступа: http://dic.academic.ru/dic.nsf/brokgauz_efron/

  10. Соловьёв В.С. Поэзия Я.П. Полонского // Соловьёв В.С. Литературная критика. М., 1990.

Приложение 1

* * *

Темнота и туман застилают мне путь,

Ночь на землю все гуще ложится,

Но я верю, я знаю: живет где-нибудь,

Где-нибудь да живет царь-девица!

Как достичь до нее – не ищи, не гадай,

Тут расчет никакой не поможет,

Ни догадка, ни ум, но безумье в тот край,

Но удача принесть тебя может!

Я не ждал, не гадал, в темноте поскакал

В ту страну, куда нету дороги,

Я коня разнуздал, наудачу погнал

И в бока ему втиснул остроги!

1870

Просмотров работы: 4225