СООТНОШЕНИЕ ГЕНЕТИЧЕСКИ КОРРЕЛЯТИВНЫХ ФОНЕТИЧЕСКИХ ПРИЗНАКОВ В ЯЗЫКЕ ТЕКСТОВ ДЕЛОПРОИЗВОДСТВА Г. ТОБОЛЬСКА XVIII ВЕКА - Студенческий научный форум

V Международная студенческая научная конференция Студенческий научный форум - 2013

СООТНОШЕНИЕ ГЕНЕТИЧЕСКИ КОРРЕЛЯТИВНЫХ ФОНЕТИЧЕСКИХ ПРИЗНАКОВ В ЯЗЫКЕ ТЕКСТОВ ДЕЛОПРОИЗВОДСТВА Г. ТОБОЛЬСКА XVIII ВЕКА

Окмянская А.В. 1
1Тобольская социально-педагогическая академия им. Д.И.Менделеева, г. Тобольск, Россия
 Комментарии
Текст работы размещён без изображений и формул.
Полная версия работы доступна во вкладке "Файлы работы" в формате PDF
Введение

Больше века длится научная дискуссия о путях становления русского национального языка и участии в этом процессе книжно-славянской стихии и народно-разговорной речи. Ученые по-разному решают вопрос о соотношении двух ведущих стилистических начал – книжности и разговорности на разных уровнях языка.

Вопрос о книжности и разговорности не может в науке решаться однозначно относительно разных периодов истории русского языка: эти понятия содержательно различны для древнерусского, старорусского языков и периода формирования национального языка.

XVIII век – это время, когда, по мнению ученых, в общенациональном языке «шло сложное взаимодействие книжно-славянского типа языка с народно-литературным при постепенном вытеснении первого» [Котков 1980: 5]. Больше всего был подвержен этому явлению язык художественной литературы. Сказался ли этот процесс на языке деловых бумаг, на языке государственности XVIII века? Или он продолжал еще испытывать сильное влияние церковнославянского языка? Это один из актуальнейших вопросов относительно XVIII века.

Актуальность исследования соотношения книжно-славянских и народно-разговорных элементов на генетическом уровне в языке памятников делового характера второй половины XVIII века мотивируется неизученностью как самого исследуемого материала, так и темы, столь важной для решения ряда важных вопросов относительно становления норм русского делового письма как важной части русского литературного языка.

Объектом нашего изучения является язык скорописных текстов различных жанров делового характера второй половины XVIII века

Предмет исследования составляет анализ слов, отражающих результат исторических фонетических изменений, к числу которых относятся:

1) результаты изменения дифтонгических сочетаний *or, *ol, * er, *el;

2) результаты изменений *or, *ol, в начале слова;

3) результаты преобразований *dj - *tj; *kt - *gt;

4) явления начала слова в тексте источников;

5) чередования -ье/-ие (iе), -ья/-ия (iя) в конце абстрактных существительных.

Материалом изучения стали 58 текстов административного делопроизводства второй половины XVIII в. г. Тобольска из фондов ГУТО «Государственный архив в г. Тобольске», опубликованных во второй части книги «Тобольская старина», а именно:

  1. Документы Тобольского наместнического правления (28 ед.);

  2. Документы Тобольской полицмейстерской конторы (16 ед.);

  3. Документы Тобольского сиротского суда (14 ед.).

По своему жанровому составу анализируемые документы разнообразны. Анализу подвергались как документы чисто информативного плана: репорты, доношения, реестры, книги прихода и расхода, сообщения, выписки, реляции, инструкции, известия, описи и др., так и документы императивной направленности: указы, приказы, прошения, требования, наставления, обращения, памятки, запросы и т. д.

Базой для анализа послужила картотека, отражающая результаты исторических фонетических изменений, которые генетически являются показателями книжности – разговорности в русском языке, объемом 322единиц (из них 210 с генетическими показателями славянизмов и 112 единиц с генетическими показателями русизмов).

Обращение к скорописным текстам из местного архива не случайно. Тобольск в XVIII веке был столицей огромной губернии, центром науки, культуры, торговли. Памятники деловой письменности Тобольска данного периода характеризуются прежде всего тем, что они создавались в период культурного расцвета города. В городе действовали десятки крупнейших для того времени предприятий. Деловое письмо играло большую и важную роль в жизни горожан. «Деловая письменность, – как отмечает Л.И. Глинкина, – имела самые широкие границы функционирования и была поистине массовой, т. к. создавалась тысячами должностных лиц разного ранга и служила всем слоям населения» [Глинкина 1996: 52]. Поэтому, служа всем слоям населения, деловая речь играет важную роль в складывающемся национальном русском языке. Однако в исторической русистике не выявлено четко выраженного соотношения книжных и разговорных элементов, равно как и четких критериев разграничения книжности и разговорности для языка XVIII века в связи с отсутствием их лингвистических изданий. «Такое невнимание к поздним скорописным источникам, неосведомленность в текстах, отсутствие в науке ясного представления о лингвистическом накоплении мешают пониманию многих сложных проблем, связанных с формированием норм языка, таких как роль в истории языка книжно-славянского и разговорного элементов» [Котков 1980: 52]

Вопрос функционировании генетически коррелятивных пар как о показателе книжности и разговорности в языке деловой письменности XVIII века является одним из дискуссионных и до конца не решенных в исторической русистике, а значит – актуальным. Рассмотрение его на примере новых источников подчеркивает новизну исследования.

Зная о противоборстве в языке XVIII века двух языковых начал – церковнославянского (книжного) и русского (народно-разговорного) – можно вывести рабочую гипотезу.

Приступая к анализу, мы предполагаем, что деловой язык памятников второй половины XVIII века г. Тобольска включает в себя исторически стилистически противопоставленные фонетические оппозиции, выраженные на генетическом уровне в виде коррелятивных пар, которые должны отражать противопоставление двух типов языка – книжного и разговорного; причем именно на фонетическом уровне эти признаки будут наиболее показательны.

Рабочая гипотеза предполагает цель работы: произвести первичный стилистический анализ книжно-славянских и народно-разговорных элементов на фонетическом уровне.

В соответствии с целью работы нами были поставлены следующие задачи:

1. Изучить материалы транслитерированных текстов административного делопроизводства второй половины XVIII века г. Тобольска, опубликованные в издании «Тобольская старина» (часть 2) [Выхрыстюк 2004];

2. Изучить научную литературу по теме работы;

3. Методом целенаправленной выборки выписать их текстов памятников лексемы с генетическими фонетическими чередованиями на морфемном шве; фонетическими показателем книжности и разговорности;

4. Описать слова с генетическими коррелятивными показателями книжности и разговорности на фонетическом уровне.

Структура работы определяется перечисленными задачами. Работа состоит из введения, двух глав (теоретической и практической), заключения. Завершают работу список литературы и приложения. Все приведенные в работе цитаты отсылаются к этому списку.

Научная новизна данного исследования заключается в том, что:

1) объектом внимания становятся никем не исследованные рукописные памятники периода формирования русского национального языка, хранящиеся в местном архиве;

2) впервые предметом внимания становятся генетически коррелятивные показатели слов, исходно указывающие на оппозиции книжно-славянского и народно-разговорного типов языка в деловой письменности древней столицы Сибири;

3) сделан вывод о слиянии двух типов языка в процессе формирования русского национального языка.

При анализе языкового материала текстов были использованы следующие методы:

  • описательный: при описании наблюдений над словообразовательными оппозициями;

  • сопоставительный: при анализе префиксальных и суффиксальных способов образования;

  • количественно-симптоматический: при анализе книжных и разговорных элементов, при определении их количественно-качественного соотношения;

  • метод целенаправленной выборки: при сборе материала.

В работе используются следующие приемы исследования: наблюдение, описание, сопоставление языковых фактов, а также статистическая методика в ее простейшей форме.

Теоретическая значимость работы определяется тем, что поставленные вопросы лингвистического источниковедения рассматриваются в аспекте становления норм литературного языка и роли деловой письменности в этом процессе, что является одной из центральных проблем истории языка.

Практическая значимость:

1) извлеченные из фондов местного архива рукописные тексты второй половины XVIII века могут служить материалом для дальнейшего лингвистического исследования языковых единиц разного уровня;

  1. адаптированные нами тексты и фотокопии документов используются студентами Тобольского государственного педагогического института на начальной стадии архивно-диалектологической и музейной практики, в ходе занятий спецкурса и спецсеминара по источниковедению, а также на занятиях по лингвистическому краеведению;

  2. скорописные памятники из местного архива могут быть предметом анализа на практических занятиях в процессе преподавания курса «Историческая грамматика русского языка».

Апробация работы. Результаты работы апробированы в виде научных докладов на конференциях разного уровня, а именно:

  • на Всероссийской научно-практической конференции «Православие и русская культура: прошлое и современность» (21-23 мая 2009 г., Тобольск);

  • межвузовской конференции «Менделеевские чтения» (февраль 2011 г., г. Тобольск);

  • на международной научно-практическая конференция «Знаменские чтения: Филология в пространстве культуры» (20-22 октября 2011 года, Тобольск);

  • на Всероссийской научно-практической конференции «Православие и русская культура: прошлое и современность» (24 мая 2012 г., Тобольск).

Публикации:

  • Окмянская, А.В. Культурно-лингвистическая информативность рукописных памятников делопроизводства г.Тобольска XVII – XVIII века / А.В.Окмянская // Fiat Lux: Межвузовский сборник студенческих научных работ. – Тобольск: ТГПИ им. Д.И. Менделеева, 2009. – С.33 - 34.

  • Окмянская, А.В. Рукописные памятники делопроизводства сибирской столицы XVII – XVIII веков как источник изучения духовной культуры русского народа (по данным фондам государственного архива) / А.В.Окмянская // Православие и русская культура: прошлое и современность: материалы всерос. науч.- практ. конф. (21-23 мая 2009 г., г. Тобольск). – Тобольск: изд-во ТГПИ им. Д.И.Менделеева, 2009. – С.126 – 127.

  • Окмянская, А.В; Сенотова, Т.Ю. Памятники письменности XVIII в. г. Тобольска: лингвокультурологический аспект.// DIXI: межвузовский сборник научных работ студентов, аспирантов и молоых ученых. – Тобольск: ТГСПА им. Д.И.Менделеева, 2011. – С. 32 – 33.

Глава I

Лингвокультурологическая и лингвотекстологическая значимость документов делопроизводства г. Тобольска XVIII в.

В настоящей главе рассматривается культурологическая сторона деловых документов города Тобольска. Формирование тематических групп слов документов прямо связано с делопроизводством города, процветание или упадок которого находили непосредственное отражение в документах. Поэтому в настоящую главу мы включили два параграфа: в первом даются некоторые сведения из истории города; во втором рассматривается культурологическая информативность документов на материале лексики и фразеологии.

1.1 Тобольск: культурно-историческая справка

«Кто хочет видеть нечто прекрасное в натуре, тот поезжай в Тобольск», - писалось в прошлом веке в альманахе «Сибирский вестник» [Надточий 1988: 22]. Действительно, г. Тобольск – уникальный город, который имеет богатое и многогранное прошлое, который сыграл исключительно важную роль в освоении русским народом Сибири и Дальнего Востока, который в течение трех веков являлся фактически столицей городов сибирских.

Город дал миру выдающихся ученых, писателей, музыкантов, художников: С.У. Ремезова, Д.И. Менделеева, А.А. Алябьева, В.Г. Перова, П.П. Грабовского, Ю.С. Осипова и многих других.

Славный город Тобольск привлекал к себе внимание многих исследователей: в 1925 году в Тобольске работал знаменитый исследователь Российского Востока Витус Беринг; здесь вынашивал планы преобразования государственной канцелярии опальный генерал-губернатор Сибири М.М. Сперанский (1812-1821 гг.), под руководством которого составлено «Полное собрание законов Российской империи» (45 томов, 1830 г.); в течение 10 лет трудился в Тобольском архиве известный историк Сибири В. Миллер; много работ посвятил «царству Сибирскому» и его столице выдающийся ученый-краевед П.А. Словцов.

В наше время прошлое города привлекает многих историков и литераторов. Известны труды Р.Т. Абдеева, Л.П. Барабановой, А.В. Бородина, С.П. Заварихина, К.М. Голодников, В.В. Кириллов, Д.И. Копылова и Ю.П. Прибыльского, Ю.С. Надточия, Н.А. Найденов, Л.М. Неменовой, Ю.П. Тюрина и многих других.

Тобольск стал базой продвижения русских людей в необъятные просторы Сибири, которая издавна была известна русским людям и привлекала их. Еще в XI веке землепроходцы проникали в низовья Оби и ее притоков. Берега Иртыша (притока Оби) были заселены человеком в глубокой древности. По данным современной науки, в I тысячелетии до нашей эры там обитали племена, которые археологи относят к древним уграм – предкам ханты и манси. Наиболее многочисленным из угорских племен было племя сибиров (сипыров). С его именем ученые связывают происхождение слова «Сибирь». «В IX-XI веках в южные районы Прииртышья устремились турки-кипчаки, вытесненные из степей монголами. Жившие здесь угры-сибиры были оттеснены на север, а частью ассимилировались с пришельцами, восприняв их язык и обычаи. Слившись с местным населением, они получили наименование сибирских татар. В I половине XVI века, когда сложилось централизованное Российское государство, в Западной Сибири существовало Сибирское татарское ханство. Ханы жестоко эксплуатировали своих подданных, совершали грабительские набеги на русские земли» [Бородин 1995: 18].

Сибирское ханство раскинуло свои владения далеко на востоке от Москвы, на огромном пространстве и считалось когда-то непобедимым. Но в XVI веке первые же походы Ермака Тимофеевича «со товарищи» развеяли этот миф. «В то время бегала смерть по полкам не удержная, лилась кровь, яко источники, падали люди от ножа, яко листья от дерева», - повествует летопись о битве с татарами, окончившейся полной победой русских отрядов. Ермак Тимофеевич решил «поклониться царю всей Сибирью» и испросить прощение за прошлые «лихие дела». Грозный царь милостиво принял посланца атамана и щедро наградил Ермака за заслуги. С разгромом татарского ханства началось активное присоединение Сибири к Русскому государству.

Спустя 5 лет жарким летом далекого и загадочного 1587 года был дерзко, решительно основан на самом Троицком мысу город Тобольск. Основали будущую столицу Сибири служилые люди из Москвы под командой письменного головы Данилы Чулкова. «С этого времени вслед за служилым людом, а нередко опережая его, шли в Сибирь своей волей или по царскому указу крестьяне и посадские люди из европейских уездов страны, заводили пашни, ремесла и промыслы. Ремесленники выделывали кожи, шили одежду и обувь, варили мыло, лили восковые и сальные свечи, изготовляли орудия труда и домашнюю утварь. К XVIII веку Тобольск стал крупнейшим промышленным центром, в нем было около семидесяти ремесленных предприятий. В городе и его окрестностях появились первые крупные предприятия: казенный оружейный завод, выпускающий до 1000 ружей и фузей в год, писчебумажная и стекольная мануфактуры, кожевенные, свечные и салотопильные заводы.

Через Тобольск проходили торговые пути из европейской части России в Китай и Среднюю Азию. Свыше пятидесяти городов и областей торговали с Тобольском. В его гостиных дворах встречались купцы их Бухары и Великого Устюга, Вятской земли и Соли Вычегодской, Казани и Москвы, Джунгарии (Монголии) и Китая. Из Тобольска в Москву шла драгоценная сибирская пушнина» [Бородин 1995: 23].

XVIII столетие историки называют «золотым веком» Тобольска, так как в это время город является и центром интенсивной духовной жизни Сибири. Еще в первой трети XVII века в нем началось летописание, в начале XVIII века открылись первые на Урале и в Сибири светская и церковная школы и первый профессиональный театр. В конце века в Тобольске купцы Корнильевы – предки жены великого ученого-химика, уроженца Тобольска Д.И. Менделеева, преодолев большие препятствия со стороны царских чиновников-бюрократов, основали единственную на востоке страны типографию. В ней печатались первые в Сибири книги по истории, медицине, экономике, а также первый в Сибири (и второй провинциальный в России) журнал «Иртыш, превращающийся в Иппокрену», воспринявший традиции столичных сатирических журналов Н.Н. Новикова. Важным фактором культурной жизни города были учебные заведения – семинария и главное народное училище (гимназия), во главе которой в XIX веке долгие годы был П.П. Ершов, знаменитый сказочник. С помощью пленных шведских офицеров в Тобольске было начато обучение грамоте иностранных и русских детей. В семинарии была собрана уникальная библиотека редких и ценных книг XVII-XIX вв.

Все письменные памятники этого времени характеризовались прежде всего тем, что они создавались во время интенсивного заселения края и большого роста Тобольска. В край хлынули люди разных социальных групп и сословий из разных мест. Купцы, ремесленники, врачи, градостроители, монахи – все они вносили живой колорит в речь горожан.

Со второго десятилетия XVIII века Тобольск становится местом пребывания военнопленных шведских солдат и офицеров. Шведы принимали активное участие в каменном строительстве, внесли существенный вклад в культурную жизнь города того периода.

Для следующих поколений ссыльных Тобольск был уже перевалочным пунктом, с которого для них начиналась Сибирь. Печальную известность приобрела Тобольская каторжная тюрьма, через которую в разное время проследовали этапом Фёдор Достоевский, Владимир Короленко, Александр Солженицын и другие известные люди. Однако больше славы принёс городу Тобольский полк, офицерами которого были небезызвестные Василий Татищев и «арап Петра Великого» Ибрагим Ганнибал.

Культурный и духовно-нравственный потенциал Тобольска ставит его на одно из ведущих мест среди исторических городов России, выделяет его как ярчайший объект культурного наследия Сибири и Российской Федерации в целом.

Таким образом, можно сделать вывод, что благодаря историческим событиям в фондах Тобольского филиала государственного архива Тюменской области содержится богатейший и ценный материал о многоплановой жизни столичного города.

1.2 Памятники письменности Сибири и Урала

в аспекте исследования

Тобольские архивные хранилища располагают огромными запасами лингвистически не описанных, не изученных рукописных и печатных памятников письменности прошлого. Самые древние из сохранившихся относятся к XVII в. Большинство документов создано во второй половине XVIII в. Этим материалам суждено было после двух пожаров и наводнений в Тобольске остаться на столетия единым и полным историческим памятником, запечатленным в слове.

Подходы к изучению документооборота в архивах Урала и Западной Сибири представлены в исследованиях историков С.В. Голиковой, Д.И. Копылова, А.Ю. Кошкарова и О.И. Кулешова, Ю.П. Прибыльского, И.П. Приходько, Е.С Тулисова, В.В. Шибаева.

Рукописи региональных фондов XVII в. и частично XVIII в. изучают О.В. Никитин, Н.Н. Копосов – в Москве; Е.Н. Борисова, И.А. Королева – в Смоленске; Н.Д. Сидоренская, Е.В. Ковалых, Л.Я. Костючук – в Пскове; Н.С. Бондарчук, Т.В. Кириллова, И.Е. Макарова – в Твери; Ю.И. Чайкина, Г.В. Судаков, Е.П. Андреева – в Вологде; Е.Н. Полякова, Л.А. Белова – в Перми; Л.М. Городилова – в Хабаровске; Л.М. Любимова, А.И. Майоров – в Чите и Улан-Уде; Г.А. Христосенко, Л.М. Любимова, А.П. Майоров – в Забайкалье; О.В. Фельде (Борхвальдт) – в Красноярске; Л.И. Глинкина, Н.В. Глухих (Викторова), Е.И. Голованова, Н.А. Новоселова, Е.А. Сивкова, А.А. Миронова – в Челябинске; Р.П. Сысуева, И.А. Шушарина – в Кургане; Н.К. Фролов, О.В. Трофимова – в Тюмени; М.С. Выхрыстюк – в Тобольске.

Комплексное лингвистическоеисследование южноуральской письменности, включающее публикацию документов и исследование их палеографии, графики, особенностей состава документов и документооборота, отдельных аспектовморфологии (Н.А. Новоселова), синтаксиса местных документов в сопоставлении с синтаксическим строем текстов «кодифицированного языка – царских указов, указов Сената»и т. д., собранных в «Полном собрании законов Российской империи» (Л.А. Конькова, А.П. Чередниченко, С.Г. Шулежкова), а также коммуникативно-стилистического анализа частно-делового письма (Н.В. Глухих), проведено учеными Челябинского государственного педагогического университета, его результаты опубликованы в восьми выпусках «Челябинской старины» 2000 2008 гг., а также четырёх выпусках лингвистического описания скорописных архивных текстов «Лингвистическое краеведение на Южном Урале» (2000 – 2004 гг.).

Письменные источники прошлого г. Тобольска привлекались для исследований ученми-историками. Изучением истории Тобольской губернии и ее столицы занимаются А.Ю. Конев, Н.Л. Коньков, Н.В. Крекова, И.Н. Манакова, Ю.П. Прибыльский. Истории культуры города посвящены труды В.Ю. Софронова (2007), истории живописи края – работы М.Н. Софроновой (2004), историей народного образования интересуется Т.А. Яркова, становление медицины в городе изучает А.А. Власов. Памятники письменности XVII–XVIII вв. из местного архива стали объектом диссертационных лингвистических исследований Т.А. Барановой (2005), М.С. Выхрыстюк (2004, 2009, 2011), М.Г. Бакшеевой (2003), Е.Ю. Сидоренко (2005), А.П. Урсу-Архиповой (2006), Т.А. Петровой (2009).

Обращение к неизученным рукописным фондам XVII–XVIII вв. г. Тобольска вызвано необходимостью включить региональный материал исторического центра Сибири в исследование ряда актуальных проблем исторического языкознания. Привлеченные для изучения памятники отражают яркие стороны жизнедеятельности крупнейшего для того времени культурного, учебного, промышленного, духовного центра. К началу XIX в. проблема комплексного диахронического изучения памятников старинной письменности только поставлена и предполагает широкий круг аспектов:

– публикацию новых текстов, отобранных с учетом историко-хронологических и коммуникативных данных;

– определение жанровой и стилистической специфики текстов;

– их осмысление с позиций современных направлений историко-лингвистической науки, в частности лингвистического источниковедения, исторической стилистики, лингвокраеведения и лингвокультурологии.

Выбранные для анализа тексты отражают разные стороны жизнедеятельности крупнейшего для своего времени культурного, учебного, научного, промышленного, духовного центра Сибири.

1.3 Культурно-лингвистическая информативность

анализируемых документов

Для анализа были взяты58 текстов административного делопроизводства второй половины XVIII в. г. Тобольска из фондов ГУТО «Государственный архив в г. Тобольске», опубликованных во второй части книги «Тобольская старина», а именно:

1. Документы Тобольского наместнического правления (28 ед.);

2. Документы Тобольской полицмейстерской конторы (16 ед.);

3. Документы Тобольского сиротского суда (14 ед.).

По своему жанровому составу анализируемые документы разнообразны. Анализу подвергались как документы чисто информативного плана: репорты, доношения, реестры, книги прихода и расхода, сообщения, выписки, реляции, инструкции, известия, описи и др., так и документы императивной направленности: указы, приказы, прошения, требования, наставления, обращения, памятки, запросы и т. д.

1. Тобольское наместническое правление (Ф. 341, 365; 28 ед. хр.).

Тобольское наместническое правление образовано в 1782 г. В связи с образованием по реформе 1775 г. Тобольского наместничества. Существовала для общего руководства отраслевыми местными учреждениями, и также для надзора за ними. В его обязанности входило доведение о нижестоящих учреждений всех законов и распоряжений правительства к неуклонному их исполнению

Указы и предписания Сената, Главного магистрата и Тобольского наместнического правления по вопросам промышленности, торговли, сельского хозяйства и управления по губерниям; сообщения и донесения Тобольской казенной палаты, палаты уголовного суда, межевой канцелярии о состоянии финансово-экономической жизни города и Тобольского наместничества.

В состав фонда входят указы, предписания Сената, государственной ревизионной комиссии, главной полицмейстерской канцелярии, тобольского губернатора, Тобольской полицмейстерской конторы о переписи жителей г. Тобольска и других городов губернии, о строительстве мануфактур и фабрик, об открытии банковских контор, о проведении рекрутских наборов, о кражах и убийствах, о тайном винокурении и преступлениях семейно-бытового характера; ведомости учета разночинцев; переписка с губернскими и городскими учреждениями о благоустройстве города, о надзоре за горожанами и т. д.

2. Тобольская полицмейстерская контора (Ф. 661, 16 ед.хр.).

Тобольская полицмейстерская контора учреждена в 1734 году. Она исполняла административно-полицейские функции: занималась обнародованием указов и распоряжением центральных и местных властей, вела учёт движения населения, приводила в исполнение приговоры гражданского уголовного суда, охраняла общественный порядок, вызывала недоимки с населения, осуществляла надзор за санитарным состоянием города, путями сообщения, тюремными помещениями. Упразднена в 1782 г. после организации управы благочиния.

В составе фонда указы, предписания Сената, государственной ревизионной комиссии, главной полицмейстерской канцелярии, тобольского губернатора, Тобольской полицмейстерской конторы о переписи жителей г. Тобольска и других городов губернии, о строительстве мануфактур и фабрик, об открытии банковских контор, о проведении рекрутских наборов, о кражах и убийствах, о тайном винокурении и преступлениях семейно-бытового характера; ведомости учета разночинцев; переписка с губернскими и городскими учреждениями о благоустройстве города, о надзоре за горожанами и т. д.

3. Тобольский сиротский суд (Ф. 12, 14 ед. хр.).

Учрежден на основе «жалованной грамоты» в 1785 г. для решения дел об опеке над имуществом купеческих и мещанских видов и сирот. Существовал до 1919 г.

В числе документов фонда указы и постановления Тобольского губернаторского правления и сиротского суда об опеке над сиротским имуществом и призрении сирот, книги для записи денежных сумм и имущества, посемейные списки.

Тексты деловых документов, созданные делопроизводителями правления и Тобольской духовной консисторией, священнослужителями приходских церквей, отражают нормы языка, его стандарты, а также дают полное представление о духовной жизни народа.

В памятниках письменности XVIII в. отражены различные области жизни российского общества. Здесь можно найти названия бытовых предметов, государственных учреждений и органов управления, узкоквалифицированную лексику, а именно термины канцелярского обихода и делопроизводства, военную лексику, название должностей и титулования. Также в текстах встречается большое количество церковных слов, потому что церковь в XVIII в. по-прежнему занимает важное место в системе государственного аппарата.

Перечисленные наименования это лишь малая часть, которая отражает сознание народа XVIII века, его культурную и духовную жизнь, разные уровни социальных иерархий, предметы быта и обихода.

Использование лексики названий должностей и титулований прежде всего связано непосредственно с историей России XVIII века. В этот период появляются новые отрасли жизни, которые требуют расширения номинаций лиц разных чинов, званий, должностей. Появляются новые специальности. Все эти изменения отражаются непосредственно в лексике, а именно в документах делопроизводства.

Данные слова, называющие должности и титулы, широко используются в документах. Практически в каждом мы сталкиваемся с таким должностями как: советникъ, канцеляристъ, секретарь, секретарской регистраторъ, титулярный советникъ, тайный советникъ, подканцеляристъ, копеистъ, асессоръ, губернаторъ, прокуроръ, писец, советникъ, прокуроръ, городничий, частный приставъ, полицыместеръ.

Так, например, в указе Ея императорскаго величества (И 365-1-13. Л. 63) читаем: «ПРИКАЗАЛИ: поелику вышеизясненнымъ высочайшимъ указомъ ноября 18 дня 1706 года пожалованы чины бывшимъ откупщикамъ Семену ротовниковъму советникам филипу и Александру угрюмовымъ с выключениемъ ихъ из подушого Оклада, а такъ же и венецианскому купцу попонелополу коллежскихъ ассесоровъ, съ темъ чтобъ по купеческому ихъ званiю ползоватся правомъ купечества и платить равныя съ купечествомъ подати кроме только подушнаго оклада» (И 365-1-13. Л. 63)

Рассматривая данный лексический пласт, мы имеем возможность судить о социальных статусах людей, можем говорить о состоянии служилой элиты и потребностях государства, можем составить общий портрет чиновной численности государственного двора.

Памятники предоставляют нам целый ряд должностных лиц. Например, мы узнаем из них, что существовало несколько видов такого гражданского чина как советниковъ, а именно – титулярный советникъ, тайный советникъ.

В городе в XVIII веке проживали люди знатные, занятые в разных сферах деятельности: архитекторъ, купец, прикащик, ямщик.

В Объявлении (И 661-1-73. Л. 23) некий губернский архитектор Александр Гусев просит «защищения»:

«Почему я и принужденъ былъ объявить въ управе благочиия и просить защищения, а потому и отправлены были со мной караулные, которые в самомъ существе онаго члвка которои намеревался убить съ необыкновенною дубиною, взятъ не на своемъ мhсте где ему принадлежитъ будетъ караулным, а посему покорнhише и прошу тобольскую управу благочиния въ надлежащhе разсмотрение, что я по мнhнию моему полагаю не и на ково: какъ сей члвкъ соимъ ощепъ дустиновъ стоит не въ принадлежащемъ ему мhсте не для караулу, а по склонности смертноубиiства. А сверхъ же того подаетъ мнhенiе о себе и тотъ члвкъ которой против сего дома открывалъ окно с таковым ругателством какъ выше jизъяснено, о чемъ симъ объявя тобольскую управу благочиния прошу приказать оных допросить и что окажетца учинить законное разсмотрение

Архитектор александр гусевъ

Август 7 дня 1787 года» (И 661-1-73. Л. 23)

Самыми многочисленными среди горожан остаются крестьяне. Они шли в Сибирь по царскому указу и добровольно в поисках новых земель. Поэтому было бы неправомерно не упомянуть о сословной иерархией среди крестьян. В документах делопроизводства встречаются: подгородный крестьянинъ, государственный крестьянинъ, городовой крестьянинъ, крепостной крестьянинъ.

В прошении (И 12-1-10. Л. 769)подгородный крестьянин Илья Большой покорнейше просит Тоболскую управу благочиния вернуть к нему ученика Смородынникова или «за мсцъ приказать зделать росплату а мою собственную одежду приказать отдать всенижайшее прошу зделать милостивую резолюцию къ сему Прошению табольской подгородной крестьянинъ Илья Большой подписуюсь» (И 12-1-10. Л. 769).

Хотя данные слова не являются названиями титулов или должностей, но, тем не менее, они называют особые сословные единицы не в высшей чиновничьей сфере, а среди простого люда.

Памятники делопроизводства представляют целый обзор военных терминов. Здесь мы находим как звания низших рангов, например солдат, адъютант, так и высшей служилой элиты – полковникъ, генералъ.

Большую часть лексики скорописных памятников занимают военные звания: генералъ, лентенантъ, ковалер, адютантъ, капитанъ, солдатъ, атаманъ, брегадиръ, сержантъ, подполковникъ, комендантъ, аншефъ, порутчикъ (И 12-1-10. Л. 769).

В Указе из правителствующаго Сената: «…

«…исъ правителствующаго Сената правящему должность генералъ губернатора перъмского и табольского господину генералу порутчику и ковалеру Волкову…» (И 12-1-10. Л. 769),

Это связано с тем, что пополнение словарного запаса русского языка в XVIII в. военной лексикой было связано с желанием Петра I укрепить армию и флот.

Наличие военных званий в рукописных памятниках позволяет нам выяснить истинное значение данных слов, провести параллель с современными званиями, а также понять роль, место, и каково было значение служилых людей в обществе.

В XVIII веке формируется официально-деловой стиль, усложняется деловая переписка, увеличивается разновидность документов. Памятники знакомят нас с различными функционирующими жанрами делопроизводства (обязательство, указ, приказ, грамота, прошение, доношение, сообщение, рапорт), дают представление о различных видах официально-деловых документов. По содержанию документы довольно разнообразны. Они могут служить источником для изучения истории города Тобольска, в них отражаются реальные события, происходящие среди населения города и в органах управления, так же в них можно найти бытовые реалии прошлого.

Например, в рапорте частного пристава Морокова в Тобольскую управу благочиния (И 341-1-10. Л. 782) подробно описываются события «покражы» двух баик у жены городового крестьянина, проведенное расследование и поиск данного материала описаны подробно в документе «По данным сего декабря 11-го числа Городоваго крестьянская жена пелагhя Гордничева обявлhнием изьяснила что прошлаго 786 – го годU въ великом постh из домU ее наверхU с вышки украдены собственные Каnралской жены агаFьи Рыбалкиной Две баики были одна баика галUбая съ черными мUшками, дрUгая набончитая раsнаго цветU поношенные. Которые она Городничhва брала U нhе рыбалковой для дела и покрадены ей неиsвестно…» (И 341-1-10-782).

В сообщении (И-365-1-10. Л. 795.) копеист Морозов повествует о нападении на него Посацкого масона Нестерова: «… посацкоi Нестеровъ которой невhдомо съ чего напал на ево ругалъ скверно матерною бранью i ухватил за грут Uдарил ево о землю i всего ево раsшибъ …» (И 365-1-10. Л. 795).

Таким образом, деловая письменность XVIII века города Тобольска знакомит нас с делопроизводством всей России, так как документы приходят сюда с различных мест, следовательно, мы узнаем и географию города, о близлежащих посёлках и деревнях, узнаем и о нуждах и проблемах населения.

Также памятники дают нам широкое поле для анализа культурной, духовной и бытовой жизни крестьян.

В ходе изучения памятников делопроизводства мы можем познакомиться с мерами измерения, которые были характерны для XVIII века: аршинъ, вершокъ, сажень, четверть с осьминою.

Также мы узнаем и о других предметах быта, например, о постройках, которые возводили крестьяне и которые предназначались для хранения различных предметов – это анбаръ (амбар), сарай.

Вдокументах XVIII века можно встретить название овощей как огородныхъ продуктовъ. Так в Прошение в Тобольскую управу благочиния тоболского крестьянина Ильи Пяткова о добавлении к его огороду пашенной земли (И-661-1-10.Л. 432) читаем:

«жительство я нижайшш ий имhю на нижнемъ фасадh въ части сваих домовъ которой мною купленъ в прошлом 765 годU у ямскова ахотника дмитрия Новоселова цhною за 50. Рублей: а какъ по проектировваннму о построении вновь ГородU таболска генералному плану по Wному домовому строению и принадлhжитъ съзади переулокъ съ котораго я и посаженныя денги уже заплатилъ. И желаю нынh огородить оное мhсто для сажения огородныхъ продуктов, соседъ же мой здhшнеи мещанинъ степанъ соснинъ ко Wному огорожению огорода не допущаетъ называл оное казеннымъ» (И 661-1-10.Л. 432).

Данный материал представляет пеструю картину жизни и деятельности городских жителей, отражает различные сферы их жизни.

Изучение словарного состава источников местной деловой письменности этого периода может служить материалом для картотеки историко-лингвистических словарей, может помочь историкам в углублении знаний о жизнедеятельности людей того времени.

Выводы по I главе

Подводя итоги лингвокультурологической и лингвотекстологической значимости документов делопроизводства г. Тобольска XVIII века, отметим:

I. Тобольск в XVIII веке становится не только столицей огромной северной губернии, но и церковным центром, источником промыслов, торговли, культуры и науки.

Основавшись за пределами Урала, г. Тобольск сыграл важную роль в деле освоения сибирского края. Вся история города, его становление и процветание, вся его жизнедеятельность находят отражение в содержательной стороне деловых бумаг.

II. Учитывая разноплановость деятельности горожан, широкий круг их забот и проблем, мы находим, что объем тезауруса, формирующий смысловое пространство текста и отражающий языковую картину этого своеобразного мира, достаточно широко раскрывает и конфессиональную, и чисто бытовую сторону жизни города.

III. Деловая письменность XVIII века сыграла значительную роль в становлении норм письменного русского-литературного языка. По мнению ученых, язык деловых текстов обширной Российской империи представляет собой своеобразный сплав народно-разговорных и книжно-славянских элементов. Детальному анализу книжно-славянских и народно-разговорных элементов на фонетическом уровне в деловой письменности города Тобольска посвящена следующая глава.

Глава II

Соотношение генетически коррелятивных фонетических признаков в языке памятников письменности г. Тобольска XVIII века

Данная глава посвящена выявлению книжно-славянских и народно-разговорных соответствий в памятниках делопроизводства города Тобольска XVIII века. Несмотря на многообразие направлений исследовательской деятельности историков языка, вопросы о разграничении разговорности и книжности остаются малоисследованными и ждут всестороннего, глубокого рассмотрения.

В науке до сих пор нет четких критериев разграничения разговорного и книжного начала в деловых текстах. Анализ же слов с точки зрения их происхождения дает возможность установить в их составе наличие различных групп, определить их роль в кругу книжной и разговорной лексики, выявить признаки, объединяющие и разъединяющие генетически различные слова.

Проблему соотношения разговорных и книжных элементов в текстах научная традиция связывает с теорией В.В. Виноградова о двух типах древнерусского литературного языка [Виноградов 1978]. Термины «разговорное начало», «письменное начало» в различных вариациях встречаются в работах многих ученых, например, в исследованиях Г.О. Винокура [Винокура 2006], С.И. Коткова [Коткова 1980]. Вопрос о взаимодействии разговорных и книжных черт на лексическом уровне деловых текстов рассматривается в работе М.С. Выхрыстюк [Выхрыстюк 2004]. В исследованиях А.П. Майорова [Майоров 2006] описаны закономерности функционирования книжных и некнижных средств на уровнях орфографии, фонетики, лексики текстов забайкальских памятников XVIII века. Е.А. Кудрявцева [Кудрявцева 2007] изучила особенности функционирования элементов церковнославянской традиции в региональных текстах деловой письменности начала XVIII века.

2.1 Генетически коррелятивные фонетические признаки в аспекте книжности и разговорности

Анализ генетических славянизмов в текстах делового письма (особенно это касается периода становления национального языка) приводит ученых к выводам о том, что «книжно-славянские» и «народно-разговорные» элементы представляют собой своеобразный сплав, результатом является нейтрализация единиц «славянского происхождения»

В последнее время наметился иной подход к изучению книжных элементов и механизмов их выявления [Солуянова 1989, Живов 1996, Молдован 2003]. В рамках данного подхода делается попытка определить «функциональные» для определенного исторического периода элементы церковно-славянской традиции путем реконструкции их восприятия носителями языка. Объектом таких исследований являются тексты, бывшие в донациональную эпоху сферой применения книжного («гибридного церковнославянского») языка. Деловой язык не включается этими авторами в литературную парадигму. В период формирования нового литературного языка он, по их мнению, представляет собой «уходящее явление, совершенно не значимое для нового языкового сознания [Живов 1996: 220]

В исторической лингвистике к вопросу о разграничении книжности и разговорности на основе сопоставления генетически коррелятивных признаков обращались Г.И. Белозерцев [Белозерцев 1966], В.В. Замкова [Замкова 1975], Т.Н. Кандаурова [Кандаурова 1982], Г.Н. Князькова [Князькова 1974], Л.Л. Кутина [Кутина 1978], О.Г. Порохова [Порохова 1969, 1988], Н.Г. Самсонов и Л.А. Самсонова [Самсонова, Самсонов 1979], И.С. Улуханова [Улуханова 1972], Г.И. Унгарбаева [Унгарбаева 1994].

«Для второй половины XVIII века, – по утверждению Г.Н. Князьковой, – лексический состав складывался под влиянием двухмерных противоположностей: генетического (церковнославянское-русское) и чисто стилистического (высокое-низкое). В последнее десятилетие XVIII века в литературном языке чисто стилистическое противопоставление постепенно становилось трехмерным: высокое – нейтральное – низкое» [Князькова 1974: 63]. Интересна мысль ученых и о проницаемости стилей, о возможности их объединения в зависимости от темы повествования и жанра.

Несмотря на то, что термины «разговорное начало» и «письменное начало» активно функционируют в научном обиходе, книжные и разговорные синтаксические элементы деловых текстов еще не получили обобщающего, систематизированного описания.

Определим в качестве рабочей терминологии исходные понятия: книжность, разговорность.

Лингвистические словари так отмечают семантику атрибутивной основы слова «книжный» - «… характерный для письменного изложения, несвойственный живой устной речи» [Ожегов и Шведова 1996: 279]; «разговорный» - «свойственный устной речи, обиходной» [Ожегов и Шведова 1996: 645]. Понятие разговорности в приложении к письму связано с общенародным языком. По словам Ф.П.Филина «… богатым и постоянным резервом для дополнения словарного состава русского литературного языка являются заимствования готовых лексических единиц из собственных внутриязыковых источников: общенародного лексического фонда и из разнообразных диалектов» [Филин 1974: 72].

Многие лингвисты-историки указывают на необходимость комплексного подхода при выделении книжно-славянской и народно разговорной лексики, необходимо учитывать целый ряд признаков: семантических, морфологических, синтаксических, словообразовательных, фонетических [Борисова 1979: 14]. О последнем по порядку, но не по значимости критерия выделения книжной и разговорной лексики пойдет речь в настоящей главе.

Основными генетически сопоставимыми фонетико-орфографическими коррелятивными признаками являются традиционные противопоставления в следующих оппозициях: полногласие - неполногласие, начальные ра-, ла-, ро-, ло-; рефлексы *dj - * tj; *kt - *gt; явления начала слова; явления конца слова -ье / -ие; -ья / -ияв абстрактных существительных.

Задачей исследования было определить, насколько сильны церковнославянские традиции в языке деловой канцелярии XVIII в., и охвачена ли деловая письменность тенденцией нейтрализации генетических фонетических оппозиций.

2.2 Соотношение полногласных – неполногласных вариантов

Основным признаком славянизмов издавна является сочетание -ра-, -ла-, -рh-, -лh-, противопоставленное древнерусскому полногласию: -оро-, -оло-, -ере-, -ело-.

В Словаре Академии Российской (САР) отражена систематическая классификация лексики, в основу которой положено учение М.В. Ломоносова о трех штилях, дающее возможность выделить стилистически окрашенную лексику. Высокая, книжная лексика в САР маркирована пометой «сл» или «слав».

В скорописных текстах такая группа слов представлена в значительном количестве: безвременно, благоволить, благолепие, возвратить, время, глава, из главныi канцелярiи, на благо Императорскаго ВеличествW, не возбраняется, неоднократно, потребности, чрезъ особливо определенныхъ, чтобъ соблаговолено было, цhрковнаго благолепия и др.

В САР перечисленные слова с неполногласием получили помету «кн». Многие из этих слов имеют в текстах соответствующие им исконно русские полногласные параллели: возвратиться - поворотить, воротникъ, ворота – превратный, ворочать; впредь – напередь, впередъ, впереди; глава – голова; городъ – град, преградить, городовые канцелярiи, требовать – теребить, чрезъ – черезъ, власть – волость.

Часто между неполногласными и полногласными формами происходит частичное семантическое размежевание, основное исходное значение у них совпадает, а производные значения развиваются самостоятельно. Приведем примеры.

Глава и голова. Основное общее значение этих слов «часть тела человека или животного». В середине XVIII века имели стилистическое разграничение: глава употреблялось преимущественно в высоком слоге, а голова – во всех стилях: «…отъ своихъ Uстъ осUдился, а все то дhлаетъ винній въ головh Uгаръ…» (И 12-1-25. Л. 57).

Степень расхождения в семантике у разных слов неодинакова. Некоторые из них в XVIII веке уже не имели связи между собой и не имели никаких общих значений, – такова, например, пара властьволость.

Слово власть в XVIII веке имело значение «сила, господство»; слово же волость обозначало административно-территориальную единицу: «…спрашивала позволенiя о заведенiи той округи в моршихинской волости вновь святей церкви сретенiя господня…» (И 341-1-72. Л. 3.).

Среди слов с восточнославянским полногласием в корне показательны в документах следующие примеры: березовые, волость, волосы, въ деревне, городъ, городничии, городовые канцелярии, деревянный, за волосы, золотникъ, колодникъ, молодые, на полокъ, оберегатца, оборонить, осторожность, перепись, порожнее место, предосторожность, разболокся, хороминъ жилыхъ и др.

Явление, когда в русском языке встречаем в соответствии с церковнославянским сочетанием -ра- между согласными сочетание -оро-, в соответствии с церковно-славянским -ре- между согласными – -ере-, в соответствии с церковнославянским -ла-, -ле- между согласными – -оло- (но после шипящих – -ело-), называется полногласием.

Большинство из перечисленных слов в XVIII в. нельзя отнести ни к книжным, ни к разговорным. В словаре САР они подаются без особых помет как нейтральные. Однако некоторые из них ограничены в сфере употребления и пополняют ряды просторечия того времени: оболоклась, оборонить, порожние места, разболокся, съ деревяннымъ череномъ: «…Диаконица оболоклас і ушла въ домъ…» (И-661-1-25. Л. 57), «…я аркановъ пришедши въ домъ совй раболокся…» (И-661-1-25. Л. 57).

Среди неполногласных форм, зафиксированных в САР, многие, не имеющие там помет и не образующие полногласную пару, не ощущаются в текстах как книжные славянизмы. Это такие, как благо, брань, власть, время, обратился, по-прежнему, прежне, повредилъ, потребно, троекратно, храбрый, хранить; у них в САР отсутствует помета «слав.», а поэтому они воспринимаются как нейтральные: «…а послh немного время пришел я нижайшій къ женh своей въ банU…» (И-661-1-25. Л.58), «аркановъ зачалъ бранится матерною бранію…» (И-661-1-25. Л.58).

Это же подтверждает Л.Л. Кутина: «В XVIII веке значительная группа неполногласных слов уже практически не имеет полногласных эквивалентов, утверждаясь в единой форме и в народно-литературном, и в книжно-славянском типе языка. Соответствующие полногласные образования либо выпадают из языка, либо расходятся в значениях с соответствующими неполногласными формами» [Кутина 1978: 258].

Казалось бы, напрашивается предположение о том, что славянских слов с генетическим неполногласием в монастырских документах этого периода, имеющих эквиваленты – русизмы, очень мало. Но такой вывод был бы поспешным. Слов с полногласными и неполногласными сочетаниями в деловых текстах монастыря примерно одинаковое количество. Нами выявлено 26 слов с первым корнем благ(о)-: благолепия црковнаго, благодарственного молебствия, соблаговолить приказать, благоразсмотренiе, благословенная граммата, дабы соблаговолено было, благоверныя бдрные великія, на благодарных молебствиях,благоразсмотреніе, благосклонно, заблагоразсуждено.

В САР такие слова имеют стилистическую помету «слав.», эквивалентные им пары с восточнославянским полногласием отсутствуют.

Чередование полногласных и неполногласных сочетаний отмечено и в приставках пре- /пере- : высокопреподобие, его преосвященство, непременно, переведен, переимянованъ, перепись, преимянованъ, прелюбодhиства не сотворить, прелюбодеяния, преображенiя црковнаго, преосщенство,пребывание,препровождаетъ, препроводя, прекословить, препоручать, превосходительство, передать, препоручать, преимущества, предостеречь, прекращать, переулокъ, переводъ, передать, переписнымъ, перемолотій (81 ед.).

Круг слов с приставкой пере- (48%) в монастырских документах не уступает словам с приставкой пре- (52%). Исследователи древнерусского языка отмечали в качестве специфической особенности слов с полногласием их «нелитературность». К такому выводу пришла Т.Н. Кандаурова, исследуя язык летописи: «Маркированность слов с начальным пере- воспринималась особенно ощутимо» [Кандаурова 1982: 95]. «По наблюдениям И.С. Улуханова над глаголами с приставкамипре- / пере-, в более ранний период, «...использование соотносительных русских слов в книжных контекстах почти полностью исключено» [Улуханов 1972: 32]. «Это также привело его к выводу о разной степени маркированности различных групп славянизмов. «По-видимому, приставка пере- на фоне материально близкой приставки пре- более явно обнаруживала свой народно-разговорный характер, чем приставка вы- на фоне приставки из- » [Улуханов 1972: 57]. Приставка пред- выступает почти исключительно в неполногласном варианте: предосторожность, предписано, представить, представление, предприемлемое, предложенiе, предлагаю, предположительное, предъявляю, предписанию, предупреждать, предоставленными.

Исключение составляет слово передбанокъ: «…я аркановъ со обявлhнъными людми въ передбанокъ вошелъ…» (И-661-1-25. Л. 57).

Таким образом, у всех слов с неполногласием, признаваемых САР славянскими, была различная жизнь в языке. Наши материалы подтверждают наблюдения В.В. Замковой, по мнению которой «...одни из них, действительно являясь стилистическими дублетами к русским словам с полногласием, могут быть признаны «славянизмами» в плане стилистики. Другие же, употреблявшиеся наравне с прочими словами русского происхождения, развившие другое значение, не следует считать славянизмами в принятом смысле слова, о них лишь можно говорить как о славянских только с точки зрения их этимологии» [Замкова 1975: 67]. Полногласные же варианты, дублирующие неполногласные, допускались в деловой язык, получая тем самым статус литературности. В большинстве случаев генетические оппозиции этого типа разрушены и стилистически нейтрализованы.

История словоформ, отражающих следствия преобразования дифтонгических сочетаний в современном русском языке различна.Можно выделить три основные группы наиболее употребительных слов с полногласными и неполногласными сочетаниями.

1 группу представляют исторически однокоренные полногласные и неполногласные словоформы, существующие в современном русском языке параллельно: власть – волость, влачить – волочить, впредь – напередъ, глава – голова, преградить – городовые канцелярiи, чрезъ – черезъ, берегъ, оберегать – пренебречь,ворота, подворотня, воротъ, воротился - возвращение, город, городовой, огородъ, огорожение – ограда, ограждать, ограждение, градоначальник, градоправитель, оборонять - брань, бранить, передать, переступить, перегородить – предать, преступный, преградить, сторона – странствовать, хоромы – храмъ, черезъ – чрезъ.

Для этой группы слов характерны:

а) семантический распад одинаковых по происхождению корней;

б) разнородное стилистическое употребление.

2 группа включает слова, выступающие в русском литературном языке только с полногласными сочетаниями (неполногласные варианты полностью утрачены): березовые, волость, положение, половина, колотить, колодникъ, перепись, переводъ, деревня, деревянная,интересъ, мережа, ветеръ, король,

3 группу составляют слова, которые в русском литературном языке выступают только с неполногласными сочетаниями; соответствующие им полногласные варианты полностью отсутствуют: благоволительной, благонадежныхъ (и однокоренные: блаженный, благоволительная, благонадежныхъ), время, плата, право, справка.

2.3 Рефлексы праславянских сочетаний *оr-,*ol- в тексте источников

Дифтонгические сочетания *or, *ol могли находиться в абсолютном начале слова перед согласным звуком. После утраты в VI веке плавными согласными их слогообразующей функции дифтонгические сочетания начали образовывать закрытый слог, что противоречило закону открытого слога. Поэтому дифтонгические сочетания подверглись преобразованию, результат которого зависел от качества интонации: восходящей или нисходящей. При восходящей интонации во всех славянских языках происходило удлинение гласного с его последующей перестановкой с плавным согласным. При нисходящей интонации у южных славян, а следовательно, и в старославянском языке, изменение было таким же, как при восходящей интонации, а у восточных славян при перестановке гласного и плавного согласного долгота гласного утрачивалась.

Сочетания ра-, ла-, ро-, ло- называются вторичными начальными сочетаниями; говорить о том, что начальные сочетания ра-, ла-, ро-, ло- вторичны, можно лишь при наличии параллельных форм: равьнъ – ровьнъ. Если таких параллельных форм нет, то сочетания являются исконными, праславянскими.

Рассматривая возможное варьирование начальных ра-, ла-/ ро-, ло- в корнях слов, можно сделать вывод о том, что данное варьирование в скорописных документах делопроизводства – явление редкое. Частотность употребления форм слов с начальным ра- в корнях слов показывает абсолютное преобладание церковнославянской формы: рабъ, работа, работать, работникъ, рабочий, равномерно, равные, разные, распечатывая, разсматривая, разсуждение, ратуш, рапорт, рапортовать, рангъ, расходъ , раsноцветнои (всего 17 словоформ).

Единичные случаи употребления словоформ с начальным исконно русским вариантом ро-(въ росходе, ровный, росправа, подростаютъ, росписке, родного, росплату, родстве, росписыватся, рожденія) иллюстрируют восточнославянский вариант преобразования начального сочетания корневых звуков.

В текстах документа однократно встречались слова с начальным ло- (лотки, ловить, лошадей) и ла- (лавке, лавръ).

Подобного вывода нельзя сделать при анализе начальных сочетаний ра- /ро- в вариантных префиксах раз- /роз-. Без учета значения слова и сильных – слабых позиций по аканью, вопреки современным правилам орфографии, для деловой письменности характерны были чисто разговорные варианты слов с приставкой роз- / рос-: никакихъ роскладокъ, розослать, росходовъ, съ росписью, росплату, росписалса наряду с книжными вариантами с приставкой раз- / рас-: благоразсмотрение, разстоянiе, расписка, распорота,разведать, о разсмотрениi.

По числу употреблений данных слов народно-разговорный вариант обладает большей частотностью.

2.4 Рефлексы *dj - *tj; *kt - *gt в языке памятников

Судьба праславянских сочетаний *dj - *tj; *kt - *gt и отражение их результатов в памятниках делового письма привлекала внимание В.В. Замковой [Замкова 1875], С.И. Коткова [Котков 1968], И.С. Улухановой [Улуханова 1972] и ряда других исследователей.

Праславянское сочетание *dj изменилось в старославянском языке в сложный смычный звук [жд], а в древнерусском – во фрикативный согласный [ж].

Написания с жд в соответствии с *dj были нормой старославянской орфографии. Под ее влиянием древнерусские книжники XI века стали писать жд, там где в своей живой речи они произносили [ж], восходящее к *dj. Хотя старославянские написания преобладают в древнерусских рукописях до конца XI века, в них под влиянием живой речи восточных славян иногда начинают появляться русизмы с ж.

Древнерусские написания постепенно берут верх над формами с жд, а в начале XIII века южнославянизмы вообще оказываются за пределами книжной нормы. Русизмы с ж стали отличительным признаком церковнославянского языка древнерусского извода.

Написания с жд появились вновь в русских рукописях лишь с началом второго южнославянского влияния в России в конце XIV века.

В результате исторических изменений в современном русском языке сложилась четкая система чередований согласных. Слова, в которых жд восходит к праславянскому сочетанию *dj, являются церковнославянизмами, а однокоренные слова с ж представляют собой русизмы.

Слова с рефлексами старых *dj - *tj и *kt - *gt, получившие разное оформление в русском и церковнославянском языках ж / жд и ч/щ, в памятниках деловой письменности последовательно выступают в форме церковнославянской.

Показательны многочисленные примеры с книжно-славянским рефлексом жд из *dj : въ каждый годъ, между собой, нахождение, не было нужды, прежде всего, рождение, сверхъ одежды, учереждение,нужда, нахождение, хождение, утверждение, рассуждение, вхождение, принуждение, подтверждений, подождеть, награждении, учреждениемъ, каждомесячно, каждогодно, утруждая, присужденным, схождения, гражданскому, суждений, произвождениi, гражданскому.

Всего нами отмечено 39 лексем с названным показателем. Как видно, это слова разных частей речи, которые свободно согласовывались в текстах с другими словами различной стилистической принадлежности и происхождения: «...его представленiе учрежденная при дворh...» (И-70-1-69-93), «...ландмилицкие полки учреждены...» (И-70-1-69-92), «...въ нихъ никакой нужды не было...», «... живущих въ городах между помhищичьихъ слободъ...» (И-70-1-69-93); «каждое полено въ длину аршинъ, а у каждои сажени класть по однои Клеткh» (И-70-1-21. Л.136), «слhдγетъ учинить надлежащее команды подтверждений» (И-70-13-69), «О награждении подьячего Ильи Шангина за верную службу кафтаном суконнымъ» (И-70-1-71. Л.53), «…узаконенные проценты долженствуютъ ползоватца всеми преимуществами гражданскому обществу…» (И-363-1-13-63), «Великаго и от НАСЪ грамотою дворянству пожалованною въ 21-й день апреля 1785-го года подверждены…» (И-363-1-13-63).

Рефлекс ж отразился только в одном слове нужный. Пары прилагательного с сочетанием жд в документах не выявлено. Показательна в этом плане влиятельность старых норм в позднем книжно-славянском языке.

Церковнославянское оформлением имеет в текстах монастыря и обширная группа слов с рефлексом щ на месте *tj и реже*kt: всенощное бдhнiе, запрещение, общий, освященный, помощь, преосвещенный архиерей, сщенникъ, хищникъ, ямщикъ, мещанинъ, вещи, женщина, сообщение, прикащиковъ, безупущения, общество, пищего, сообщения, защищения, существе, удущия, ведущаго, заказщикомъ, утайщиковъ, похищеніе, камещикомъ, жилище, дощаникh, чищенье, упγщенія, посельщикъ, имущества, допущаемы и др.

Особо выделяется частотная группа действительных причастий с суффиксами -ущ-, - ющ-, -ащ-, -ящ- к которой ни разу не отмечена параллель с суффиксом -уч-: вдовствующий, вступающий, живущему, знающий, командующимъ, надлежащимъ, находящихся,новопритавящихся, обретающихся, правительствующий сенатъ, принадлежащихъ, имеющихъ, не могUщихъ, случающиеся, следующиеся, касающемся, гласящие, имеющемся, требующему, новокрещеные, состоящей, следующихъ, содержащихся и др.

Дублетных пар с ч ни одно из приведенных слов не имеет. Это говорит о том, что в монастырских деловых документах употребляются преимущественно старые славянские формы. Хотя в САР лишь при некоторых из них стоит помета «сл.» – «славенское». Глагольные формы с щ в начале XVIII века имели значительное распространение как в языке высокого, так и низкого стиля. «В середине XVIII века, – по утверждению В.В.Замковой, рр – все дублетные формы с щ употребляются только в высоком слоге, например, в проповеднической литературе» [Замкова 1975: 55].

В документах рефлекс ч отмечен во всех глаголах с *tj без чередования с вариантом щ: хочу, отвечу . В других же словах исконно русский вариант ч в текстах мало распространен: дочерью, ночь, помочью, свеча, тысяча. Данные примеры иллюстрируют исконно русский вариант произношения.

2.5 Явления начала слова

В скорописных документах гласные в начале слова обычно были прикрыты согласными, что отражало общее стремление языка к открытости слова, проявлявшееся в давней тенденции прикрытости начального гласного согласным.

Несмотря на то что слова, имеющие начальный гласный, в деловых документах представлены в небольшом количестве, они иллюстрируют вариативность начальных е/о, а/я, что позволяет судить о происхождении анализируемых слов.

С начальным (славянским) е в монастырских документах выступают лишь пять слов: едва, единаго, единство, ежели, еще.

Частотность употребления их велика. Все они имеют старославянское происхождение. Большинство из них (ежели, еще и все слова с корнем един-) потеряли к XVIII века оттенок торжественности, книжности. Слов со стилистически противоположной восточнославянской по происхождению начальной гласной о в документах практически не наблюдается. Исключение составляет вариативность, представленная в значении и употреблении различных форм слов един / один.

Един – один в начале XVIII века употребляются на равных правах, в самых различных произведениях, в середине века намечается стилистическая дифференциация между этими словами. Слова един, единый употребляются преимущественно в произведениях высокого слога. В нашем же случае наблюдается абсолютное господство книжно-славянского варианта – одинъ: «…посылается один печатной ЭKемпляръ…» (И-70-1-25. Л.21), «…Две баики были одна баика галабная съ черными мушками, другая набончитая раsнаго цвету…» (И-31-1-10.Л. 782) хотя встречается и варианта единъ: «…взялъ я отъ находящагося въ тоболске завотчиков гдh походящиных отъ повhрянного служителя Fедора шестова; таболскаго мещанина jвана Губина для зарабатывания за бранное имъ по бедности ево въ успенскомъ заводе денhгъ семидесятъ один рубль осмидесятъ семи копhекъ съ половиною безъ всякого писмhннаго обязателства а единъ съ питанием съ однимъ…»(И 661-1-10.Л.215).

Начальные а//я представлено малочисленной группой слов. В большинстве своем это личные имена: Алексiй, Андриянъ, Андронниковъ, Аркановъ, Якимъ, Яковъ, Агафоновъ, Аркадій, Афанасій, Яркимъ, Андрей, Антонию, Анны, Ананья Яковлевъ, Акулина, Анисимъ, Агафонъ, Артамонъ, Андрониковъ, Афанасію, аггеи морозовъ, атамановъ.

Среди имен нарицательных в памятниках выявлены лишь заимствованные слова с начальным а-: архиерей, архимандритъ, аршинъ,аншеFы, армия, архивариус, архиереиство, ассесоровъ, артиллерiи, академии, адютантъ, апелляция, архитекторъ, авторъ, анбаръ, Академiя, ассистенцъ, арки, ассигнованiя, архивная, Артиллері, Архипастырское и др., а также исконно русское местоимение я: «…я ему не отдал… и говорилъ я емU… і я справился і ушел на полокъ …» (И 12-1-25. Л.58), «…шел я именованныi из квартиры моеи для погуливания…» (И 12-1-10. Л. 254).

Таким образом, деловые памятники второй половины XVIII века показывают и на примере начальных гласных синтез двух разных начал: книжно-славянского и русского, с некоторым превосходством в отдельных корреляциях книжно-славянского.

2.6 Чередования в финалях -ье/-ие (iе), -ья/-ия (iя) в абстрактных существительных

В документах делопроизводства XVIII в. получили отражение вариативные написания абстрактных существительных на -ье/-ие (iе), -ья/-ия (iя). Первые из этих вариантов САР в обоих своих изданиях рассматривает как обычный русский, современный по своему употреблению, второй вариант генетически является старославянским.

По утверждению лингвистов, на всем протяжении XVIII в. эти обе формы существительных, русская и «славенская», были употребительны с преобладанием той или иной. Тексты в силу своей содержательности включают в себя большое количество абстрактных существительных славянского происхождения: «...чтобъ не воспричинствовать и таки такоежъ подозрение и опасенiе имhть...» (И-70-1-9-20), «...въ крhпкомъ смотренiи содержать в постh и молитвh...» (И-70-13-14), «...сколко денегъ на содержание определено...» (И-70-1-44-38), «...въ точномъ выполненiи оной инструкцiи обязUемся...» (И-70-1-71-92 об.), «...чинены какия обиды раззоренiя...» (И-70-1-4-25), «...за разными отъ дистриктовъ разстоянiями...» (И-70-1-47-96), «...единственнаго постановления со обяснениемъ...» (И-70-1-44-38), «…для соображения і единственнаго постановления…» (И-70-1-44. Л.38), «…постγпать по Uкаѕом безъ упущенія…» (И-70-1-11. Л. 43), «…учинить въ сие архипастырское благоразсмотрительное милосердие…» (И-70-1-49), «…находящUюся у негW во услγженіи молодицU палагию івановU…» (И-70-1-25. Л. 57), «За небытие ево февраля въ 3-м, у всенощного бдhния…» (И-70-1-13. Л. 113), «…ради усмотренія ісправности под всеприлhжнhшемъ наблюдателствh; а какое будетъ егW ісправлеіе то по усмотренію вhрнW представить» (И-70-1-25. Л. 34), «…шел я именованныi из квартиры моеи для погуливания…» (И-31-1-10. Л. 254), «...для учения сапожнаго башмашного мастерства…» (И-31-1-10. Л. 769), «…на ономъ костентине смородникове было надето собственного моего шития сапоги и рукавицы…» (И-31-1-10. Л. 769), «…для схождения на барку двудесятниковъ…» (И-31-10-406), «…во удовлетворение мое отослать въ зарабатывание въ каsенные винокуренные Заводы…» (И-31-1-10. Л. 383), «…я не могъ спасения сыскат но Wднако остановили меня съ обоих боковъ…» (И-31-1-10. Л. 433).

Приведем вне контекста примеры абстрактных существительных: благолепия, благословенiем, въ дховныя правления, въ монашеском званiи, во всенародное иsвестiе, во всяком расположении, высокопреподобие, высочайшее спокойствие, городовые канцелярiи, для варения, для исполненiя посылается, для пострижения въ монашество, доношенiя, жерновыя каменiя, за исключением, имhнiя, консисторiя приказали, къ представленiю, милосердiе, наказание, общественное призренiе, одiянiе, опасностию, отъ раскольнического заблужденiя, по доставленiи, по опредhлению, по разсмотренiю, послать въ мнтрь въ смирение, правление съ приобщенiемъ, принимать на воспитанiе, прошенiе, публичные строения, сверхъ пропитанiя, съ покорностiю моею, съ прописанiемъ, уволение, услUшание, чинилось надсмотренiе, церкви преображения, црковнаго пения, благочиния, зарабатывания, завышения, во удовольствие мое, безъ дозволения, отъ содержания, всякое надлежащее заключение, требование, просит удовольствия, надлежащие исполнения, удовлетворения, уведомления, сомнение, объяснение, состояние, попечение, приказания, для отобрания, погуливания, зарабатывание, уволнения, взятия, спасения,посль встγпленія, сверхъ пропитанія, ізвhстіе, ісполненія, на исправление, ради усмотренія, для постижения, небытие ево, всенощного бдhния, въ наказание, оправдание, упущения, соображения (всего 195 слов).

В этом же объеме текстов было выделено ограниченное количество абстрактных имен существительных, имеющих исконно русский разговорный вариант конца слова -ье: для варенья кушанья, съ положанного жалованья, служенье, чищенье, для мытья, для взятья, на житье. Подобный вариант зафиксирован в именах собственных: крестьянина Ананья Яковлева, вдова Uстинья городничева, родная сестра секретарша Дарья полютина, АгоFья ТимоFеева

Книжно-славянская модель отвлеченных существительных со старославянским по происхождению рефлексом и редуцированного в конце слова оказалась стилистической константой для деловой письменности XVIII в.

Таким образом, сопоставление генетически коррелятивных признаков в стилистике деловых памятников показывает, что во второй половине XVIII в. происходит стилистическая нейтрализация этих некогда функционально значимых фонетических оппозиций.

Выводы по II главе

Проанализировав слова, имеющие генетически коррелятивные показатели книжно-славянских и народно-разговорных оппозиций в деловых документах города Тобольска второй половины XVIII века, мы пришли к следующим выводам:

  1. Важным критерием разграничения слов книжных и разговорных являются традиционные противопоставления в следующих оппозициях: полногласие - неполногласие, начальные ра-, ла-, ро-, ло-; рефлексы *dj - * tj; *kt - *gt; явления начала слова; явления конца слова -ье / -ие; -ья / -ияв абстрактных существительных.

К фонетическим признакам старославянизмов относятся: неполногласие, т. е. сочетания -ра-, -ла-, -ре-, -ле- между согласными, сочетания ра-, ла- в начале слова, гласный е в начале слова, рефлексы *dj, *kt, явления конца слова –ье, -ья. Наиболее типичная и первичнаястилистическая функция старославянизмов как формальных показателей высокого слога. В пределах высокого слога всякий славянизм являлся носителем приподнятой торжественной экспрессии. Обоснование использования славянизмов в этой функции было дано М.В. Ломоносовым в «Предисловии о пользе книг церковных в российском языке». Попадая в другие функциональные стили, славянизм или изменял свою стилистическую окраску, или воспринимался как элемент высокого слога. В текстах же делопроизводства XVIII в. эта функция утрачивается, происходит стилистическая нейтрализация этих некогда функциональных противопоставленных оппозиций.

Разговорными являются слова с полногласием -оро-, -оло-, -ере-, -еле, -ело- в составе одной морфемы сочетания ро-, ло- в начале слова, гласный о в начале слова, рефлексы* tj, *gt, явления конца слова –ие, -ия.

Названные фонемы не всегда дают право считать слово принадлежащим к книжному и разговорному типу языка. Проверяя такие лексемы по САР мы наблюдаем процесс их нейтрализации.

Заключение

Город Тобольск располагает обширным архивом древних текстов. Письменные источники этого периода отражают богатую духовную жизнь столицы, расцвет торговли и, как следствие, становление и развитие национального русского языка.

Изучение региональной письменности XVII–XVIII вв. города Тобольска имеет большое значение для исследования процессов в области формирования литературного языка, так как в его словарном составе нашли выражение многие общие законы функционально-типологического, развития словесных средств с древних веков и до настоящего времени.

Скорописные тексты делового характера, созданные чиновниками разных рангов и представителями местного населения бывшего губернского центра – единственный в крае богатейший и малоисследованный документальный рукописный материал XVII–XVIII веков. Он отражает процессы становления норм русского литературного языка и формирование русской системы делопроизводства.

Тексты памятников делового характера, представленные в рукописных и печатных вариантах, в большинстве своём никем не исследованы и являются ценнейшим источником для изучения исторической лексикологии, словообразования, морфологии, фонетики, синтаксиса и исторической стилистики. Анализ документов в нашем случае проводился на фонетическом уровне, который является наиболее ярким показателем принадлежности слова к тому или иному типу языка. Проанализировав фонетический уровень деловых текстов города Тобольска можно увидеть переплетение книжного и разговорного начала. Нами проведен анализ на основе Словаря Академии Российской (САР): в 6 т. – СПб.: Лит. При императорской Академии наук, 1789–1794.

Результатами проведенной исследовательской работы стали следующие выводы и утверждения:

1. Фонетика деловых текстов конца XVIII века – это система, представленная разнообразными фонетическими оппозициями: полногласие - неполногласие, начальные ра-, ла-, ро-, ло-; рефлексы *dj - * tj; *kt - *gt; явления начала слова; явления конца слова -ье / -ие; -ья / -ияв абстрактных существительных. Письменное начало в языковой структуре деловых текстов рассматриваемой эпохи стало наследием книжно-славянского типа древнерусского литературного языка и выражением традиций деловой речи, а разговорное начало представлено сферами разговорной речи.

  1. Генетически до сей поры, стилистически противопоставленные друг другу фонемные показатели в деловом языке города Тобольска XVIII века нейтрализуются, то есть теряют свою противопоставленность по принадлежности к книжному или разговорному типу языка. Так, например, следуя САР, книжными являются слова: возвратиться, превратный, безвременно, благоволить, но не имееют такой пометы слова с теми же фонетическими показателями: благо, брань, власть, время, хранить, обратился. Не имееют стилистической пометы, а значит уже не признаются книжными слова: оболоклась, оборонить, разболокся, порожние места.

Таким образом, генетическая корреляция слов со старославянскими фонетическими признаками, выступающая на предшествующих этапах истории языка как стилистический маркер, в деловой письменности XVIII века уже нейтрализуется. Можно говорить лишь о большей или меньшей степени частотности одного из компонентов условной фонетико-орфографической пары, что зависит от устойчивых стандартных формул текста. В целом материалы делового письма приводят к заключению о слиянии книжного и разговорного, церковнославянского и собственно русского начала, как о формирующей общерусской тенденции устранения их противостояния в конце XVIII века, которая предшествовала их новой стилистической дифференциации в национальном литературном языке следующего столетия.

Список использованной литературы

Источники:

Тексты административного делопроизводства второй половины XVIII в. г. Тобольска из фондов ГУТО «Государственный архив в г. Тобольске», опубликованных во второй части книги «Тобольская старина» (автор-составитель М.С. Выхрыстюк, ч.2, 2004 г.), а именно:

1. Документы Тобольского наместнического правления (28 ед.);

2. Документы Тобольской полицмейстерской конторы (16 ед.);

3. Документы Тобольского сиротского суда (14 ед.).

Список научной литературы:

  1. Белозерцев, Г.И. Соотношение книжно-славянских и народноразговорных элементов в древнерусском литературном языке XI – XII веков (на материале образований с из- -вы- просторечного значения): Автореф. дис. …канд. филол. Наук. – М., 1966.

  2. Бондарчук, Н.С., Кузнецова Р.Д. Роль деловой письменности в формировании норм национального языка (На примере тверских документов конца XVII - первой половины XVIII века) / Н.С.Бондарчук, Р.Д.Кузнецова. -Калинин, 1988.

  3. Борисова, Е.Н. О некоторых проблемах становления и развития словарного языка XVI – XVIII веков. // Вопросы языкознания. – 1979. - №5.

  4. Бородин, А.В. Сибирская столица [Текст]/ А.В.Бородин. – Тобольск. – ТГИАМЗ, 1996.

  5. Виноградов, В. В. Избранные труды. История русского литературного языка. - М., 1978. - С. 254-287

  6. Винокур, Г.О. Русский язык. Исторический очерк / Г.О.Винокур. — 3-е изд. — М.: КомКнига, 2006. — 200 с. — (Лингвистическое наследие XX века).

  7. Винокур, Г.О. О славянизмах в современном русском литературном языке // Винокур Г.О.Избранные работы по русскому языку. М.: Учпедгиз, 1959.

  8. Выхрыстюк, М.С. Рукописные документы Тобольского мужского Знаменского монастыря второй половины XVIII века как лингвистический источник: Монография / М.С.Выхрыстюк. –Челябинск, 2004.

  9. Глинкина, Л.А. О статусе деловой письменности XVIII века в системе русского национального языка / Л.А.Глинкина // Международная юбилейная сессия, посвященная 100-летию со дня рождения академика В.В. Виноградова: Тезисы докладов. РАН, МГУ. – М., 1995.

  10. Городилова, Л.М. Русская скоропись XVII в. Учебное пособие / Л.М.Городилова. - Хабаровск, 1989.

  11. Деловой язык XVIII века по архивным данным городов Челябинска, Кургана, Тобольска: Сборник статей / Гл.ред. Л.А. Глинкина. –Челябинск: ЧГПУ, 2004.

  12. Живов, В.М. Язык и культура в России XVIII века. / В.М.Живов. -М.: Школа «Языки русской культуры», 1996.

  13. Заварихин, С.П. В древнем центре Сибири. / С.П.Заварихин. -М.: Искусство, 1987.

  14. Замкова, В.В. Славянизм как историческая категория в русском литературном языке XVII века. – Л.: Наука, 1975.

  15. Иванов, В.В. Лингвистическое источниковедение в его отношении к истории русского языка / В.В.Иванов // Филологические науки, 1992. - № 4.

  16. Кандаурова, Т.Н. Полногласная и неполногласная лексика в прямой речи летописи // Памятники древнерусской письменности. – М.: Наука, 1982.

  17. Качалкин, А.Н. Памятники местной деловой письменности XVII в. как источник исторической лексикологии / А.Н. Качалкин // Вопросы языкознания. - 1972. – № 1.

  18. Князькова, Г.П. Русское просторечие второй половины XVIII века. – Л.: Наука, 1974.

  19. Копосов, Л.Ф. Севернорусская деловая письменность XVII-XVIII вв. (орфография, фонетика, морфология) / Л.Ф.Копосов. –М.:МПУ, 2000.

  20. Копылов, Д.И., Прибыльский Ю.П. Тобольск. – Свердловск, 1975.

  21. Котков, С.И. Деловая письменность и русский язык /С.И.Котков // Русская речь, 1980. - № 5.

  22. Котков С.И. Лингвистическое источниковедение и история русского языка / С.И.Котков. — М.: Высшая школа, 1980. — 292 с.

  23. Котков, С.И. О развитии лингвистического источниковедения // Вопросы языкознания. – 1968. - № 2.

  24. Кудрявцева, Е.А. Деловой и книжный язык XVIII века: черты преемственности / Е.А.Кудрявцева // Студент и научно-технический прогресс: Матер. XLIII междунар. науч. студ. конф: Языкознание. — Новосибирск: Изд-во НГУ, 2005. — С. 107—108.

  25. Кутина, Л.Л. Последний период славяно-русскоготдвуязычия в России // Славянское языкознание: VII Междунар. съезд славянистов: Докл. сов. Делегации. – М.: Наука, 1978.

  26. Мазо, С.Э. Язык деловых документов XVIII века. - Томск, 1970.

  27. Майоров, А.П. Отдел лингвистического источниковедения и истории русского языка Ин-та русского языка им. В.В.Виноградова РАН. — М., 2006. — 44 с.

  28. Молдован, A.M. «Повесть о Петре Златых Ключей» и русский книжный язык XVII в. / A.M. Молдован // Аванесовский сборник: К 100-летию со дня рождения члена-корреспндента АН СССР Р.И. Аванесо-ва. М., 2003.

  29. Надточий, Ю.С. Тобольск. – Италия: Галарт, 1977.

  30. Надточий, Ю.С. Тобольский музей-заповедник. – Свердловск, 1988.

  31. Никитин, О.В. Деловая письменность в истории русского языка (XV-XVIII вв.). Лингвистические очерки / О.В.Никитин. -М.: Наука, 2004.

  32. Новосёлова, Н.А. Складывание норм русского делового письма / Н.А.Новосёлова // Русский язык для делового общения. - Челябинск, 1996.

  33. Памятники московской деловой письменности XVIII века / Отв. ред. С.И. Котков. - М.: Наука, 1981.

  34. Порохова О.Г. Лексика сибирских летописей XVIII века. – Л.: Наука, 1969.

  35. Порохова, О.Г. Полногласия и неполногласние в русском литературном языке и народных говорах. Л.: Наука, 1988.

  36. Розенталь Д.Э., Голуб И.Б., Теленкова М.А. Современный русский язык. М.: Айрис-Пресс, 2002.

  37. Самсонова, Л.А., Самсонов, Н.Г. Из истории взаимодействия книжно-славянских и русских элементов в деловых документах Якутии XVII века // Русские говоры в Сибири. – Томск, 1979.

  38. Сивкова, Е.А. Делопроизводство внешней Троицкой таможни XVIII века как комплекс документов / Е.А.Сивкова // Лингвистическое краеведения на Южном Урале / материалы к истории деловой письменности XVIII века / Под общ. Ред. Л.А.Глинкиной. -Челябинск: Изд-во Челябинского педуниверситета, 2001.

  39. Сивкова, Е.А. Фонетические явления, отражённые в орфографии памятника «Троицкая таможня» конца XVIII-середины XVIII вв. века / Е.А.Сивкова // Проблемы филологии в синхронии и диахронии. Сб.ст. к юбилею проф. Л.А.Глинкиной. -Челябинск: ЧГПУ, 2005.

  40. Словцов, П.А. Историческое обозрение Сибири. / П.А.Словцов. -Новосибирск, 1995.

  41. Солуянова, Е.Г. Язык русских исторических сочинений конца XVII-началаXVIII в: автореф. дис. . канд. филол. наук /Е.Г. Солуянова. -М., 1989.

  42. Тихомиров, М.Н.Приказное, делопроизводство в XVII веке / М.Н.Тихомиров //Российское государство XV - XVII вв. -М., 1973.

  43. Тобольская старина. / Под ред. Выхрыстюк, М.С. Материалы делопроизводства г. Тобольска второй половины XVIII века. – Ч. II. [Текст] / М.С. Выхрыстюк. – Челябинск: Полиграф–Мастер, 2004.

  44. Трофимова, О.В. Тюменская деловая письменность. 1762-1796 гг. Кн. 3. Тюменские рукописные деловые тексты 1762-1796 гг. в аспектах лингвистики и документоведения: Лингвистический анализ текста.- Тюмень, 2002.

  45. Трофимова, О.В. Жанрообразующие особенности русских документов XVIII века (на материале тюменской деловой письменности (1762-1796 гг.): дисс. … докт. филол. наук / О.В.Трофимова. - Тюмень, 2002.

  46. Улуханова, И.С. О судьбе славянизмов в древнерусском литературном языке (на материале глаголов с приставкой пре- ) // Памятники древнерусской письменности. – М.: Наука, 1972.

  47. Унгарбаева, Г.И. Рефлексы православного *dj в языке деловой корреспонденции В.Татищева // Вестн. СПб. гос. ун-та. 1994. Сер. Языкознание, литературоведение. Вып. 1.

  48. Филин, Ф. П. О языке деловой письменности в Древней Руси.// Вопросы филологии. – М., 1974.

Словари и справочная литература:

  1.  
    1. Словаря Академии Российской (САР): в 6 т. – СПб.: Лит. При императорской Академии наук, 1789 – 1794.

    2. Ожегов, С.И. и Шведова, Н.Ю. Толковый словарь русского языка: 80000 слов и фразеологических выражений / Российская АН.; Российский фонд культуры; - 3-е изд., стереотипное - М.: АЗЪ, 1996.

    3. Словарь русского литературного языка XVIII века. Вып. 1–16 [Текст] – Л., 1992–2001.

Приложение № 1.

Словник-толкователь некоторых слов

Адютант ( от лат. помощник) - ранее воинское звание, а в дальнейшем должность обер-офицера, который состоял при военачальнике или при штабе той или иной воинской части (начиная с дивизионного уровня и вплоть до армии, корпуса, фронта) для исполнения служебных поручений или для выполнения штабной работы.

Анбаръ – строение для склада товаров, хозяйственных вещей, а в особенности зернового хлеба и муки.

Архиерей – начальник над священниками, высший чин иерархии Христовой церкви, общее название для высшего духовенства в православной церкви.

Архиепископъ – первый человек среди епископов, главный среди них в монастыре, церкви.

Архимандритъ – высшее звание священника-монаха.

Аршинъ - старая русская мера длины. В 16-17 вв. делился на 4 четверти и был равен 72 см.

Асессоръ (лат. заседатель) - должность, соответствующая 8 классу в «Табели о рангах» (коллежский асессор), должность в центральных госучреждениях XVIII в., при губернских правлениях XIX—начала XX вв.

Вершокъ - русская мера длины, равная 13/4 дюйма (4,45 см). Первоначально равнялась длине фаланги указательного пальца.

Государственный крестьянин - особое сословие в XVIII – XIX века в России, численность которого в отдельные периоды доходила до половины земледельческого населения страны. В отличие от помещичьих крестьян они считались лично свободными, хотя и прикреплёнными к земле.

Губернатор (лат. правитель) - высшее административное выборное или назначаемое лицо в территориальных единицах ряда государств.

Канцелярист – служащий канцелярии, должностное лицо, ведавшее делопроизводством.

Коллегия – церковное собрание как центральный орган управления, действовавший в России с петровских времен.

Копеист (от лат. копия) - переписчик.

Крепостной крестьянин - находились в личной и поземельной зависимости от помещиков. За пользование земельным наделом, который им давал помещик, крестьяне несли повинности: барщину, оброк.

Подканцелярист – заместитель канцеляриста.

Покос - косьба, кошение травы

Прокуроръ - должностное лицо органов прокуратуры, наделенное полномочиями по осуществлению прокурорского надзора.

Протоирей – старший священник.

Сажень - русская мера длины. 1 сажень 3 аршинам 7 футам 2,1336 м.

Секретарь (от лат. доверенное лицо) - служащий, ведающий делопроизводством учреждения, отдельного лица.

Синодъ (от гр. собрание) - один из высших государственных органов в России в 1721-1917 гг. Ведал делами православной церкви.

Тайный советникъ - в царской России гражданский чин 3-го класса по Табели о рангах.

Титулярный советникъ - гражданский чин IX класса.

Четверть с осьминою – четвертая часть с добавленной восьмой части меры.

Приложение № 2.

Картотека слов, имеющих генетически коррелятивные признаки славянизмов и русизмов

-ра-, -ла-

-ре-, -ле-

-оро-, –оло-

-ере-, –ело-

Иностранных

Палаты

Графу

посланника

Благоволило

приславъ

справкой

Присланное

Права

Благосклонно

Справедливымъ

возвратились

Крайней

послано

паплану

правителного

Правителствующего

Главным

исправникъ алеvей

Исправленiе

Крайнюю

Страхомъ

справить

Сооблаговолено

Избрали

Братiи

исправника

Справке

Праздное

добраго

исправные

благовещенской церкви

Надзирателя

заблагоразсуждено

Планъ

поправокъ

Наследства

коллегии вицеканцлеру

Чрезвычайного

доставления

препровождаетъ

вицеканцлЂру

чрезвычайного

доставленiя

члЂна

требованiемъ

Секретарь

без позволения

Посредствомъ

требуемъ

Следующая

Следуетъ

Представила

Определено

препроводя требовать

наследники

сретенiя господня

Потребное

Представленiе

Нелестно

Землемеров

крестьяне населения

Исправленiе

требъ претерпевают

посредине

непредставлено

сгорело

Предписать

Представить

требовало

Треб

Впредь

представилъ

Вытребовавъ

Древнему

духставленовной консистории

потребное

вследствiи

землемеров

хлебопашества

постановленну

предприемлемое

предложенiю

предлагаю

Уголовного

сорокъ

Королевства

Города

короля

положенiи

волости

Положен

дворовъ

стороны

Волости

дворов

Положенного

Порознь

Молоковъ

договоров

Перевод

Через

мере

Передъ

Деревне

деревянную

перевода

вверенной

Начальные гласные

е/о

а/я

Остерману

отлучился

Екземпляръ

Опасатся

Определено

отставленъ

омскаго

относително

округи

оботводе

основанiи

Оноимошихинской

Еланской

Обоего

Ездят

Отводу

отвесть

обязателству

освидетелствованiи

Описывала

Остяки

Оветшала

Отрядить

отыскать

оказалось

освященiи

отозватся

остатку

округи

обетшалой

отосланы

оставаться

Определенiй

отъправляемы

Обширное

енисею реке

обитатели

обыкновению

опщему отъколь

отозмилов отмеряно

основанiи

обыватели объявили

общество

описи

образцамъ

отписи

отступя однако

Академiи

Аркадий Морковъ

Николай Яблонской

языка

ассистенцъ

Явились

явке

арки Стратинга

ассигнованiю

ярцове селе

архивной

Александра василье|вича Алябьева

ж, жд

щ

в финалиях

-ье/-ие, -ья/-ия

службЂ

приложенной

учреждениемъ

Госпожи

приложением

Супружество

Неможно

межевой

приложением

ближнихъ

уваженiи

Непродолжителномъ

Пожелаетъ

Пожаръ

прихожане

1место положение

в должности

содержать

бумажной

Каждомесячно

находящагося

сообщенiя

возвращенiи

Надлежащую

Следующая

Требующияся

Пущенному

Требующему

Cвященниковъ

зависящее

Иопоследующее

святейщего

кладбище

свещенно

освященiи

закащика

жителствующие

Новокрещеные

Непросвещенной

священноицерковнослужителей

Прилежащих

Ущерба

желающимъ

Доставления

посль встγпленія вЂдомостеи

одинакіе

жалованья

сверхъ пропитанія

вне состоянія

конфирмація

состоящія

за ізвЂстіе

в прочія

ИмЂнія

ісполненія

исполненіе

на исправление

ради усмотренія

ег ісправлеіе

в смирение,

дношениеіе

самодержицы всероссіиския

в употребленіи на сγдовое строеніе

для прочтенія

для постижения

небытие ево

всенощного бдЂния

надсмотреніе

в наказание

для исполнения

оправдание

ихъ крестьянския работы

благоразсмотрительное милосердие

монашеского одеяния

штрафования

упущения,

показание

для соображения

Начальные сочетания

Ра-

Ро-

Ла-

Ло-

по разным

работою

ради

разных, разные

работ

разбойном

расходе

расколническоі

разбойников

раболокся

рабливали

работников

разрешить

к раннеи

распечатывая

разломаніи

расколническом

равномерно

работать

Роскладокъ

росход

россійской

Розослать

Родиона

рожденія

роспискою

родныЂ

розводили

росписанию

росправою

лавок

Лавръ

лаврентию

ловить

Приложение № 3.

Урок по теме исследования

Тема: «ФОНЕТИЧЕСКИЕ СТАРОСЛАВЯНИЗМЫ В РУССКОМ ЯЗЫКЕ».

Класс: 6.

Тип урока: урок освоения новых знаний.

Цель: формировать у учащихся представление о закономерностях исторического развития системы языка на примере фонетических старославянизмов.

Задачи урока:

  1. Научить находить слова с полногласием и неполногласием в современном русском языке;

  2. Отработать правописание старославянизмов с полногласием и неполногласием;

  3. Развивать у учащихся орфографическую зоркость;

  4. Формировать чувство любви к русскому языку по средствам восприятия «живого» слова учителя.

Методы и приемы работы учителя: слово учителя, беседа.

Наглядные пособия и ТСО: презентация.

№ этапа

Время урока (мин.)

Основные этапы урока

Содержание работы

1

1

Организационный момент

Проверка готовности учащихся к уроку. Приветствие ребят.

2

3

Сообщение цели, задачи. Метод – слово учителя.

Ребята, сегодня на уроке мы будем учиться находить старославянские слова и объяснять их написание в соответствии с историческими процессами (СЛАЙД 1). Запись темы урока в тетрадь.

3

4

5

6

10

15

10

3

Вступительное слово учителя.

Работа с презентацией. Метод – слово учителя.

  1. А.С.Пушкин в свое время отмечал превосходство русского языка. Мы с вами тоже сегодня попробуем проникнуться превосходством родного языка.

  1. Слово учителя и игра

– Ребята, как называется атмосферное явление с громом, молнией? (Гроза)

– Какой статус у Тобольска? (город)

– Куда надевается шапка? (Голова)

– Как называется часть рассказа, повести? (Глава)

– Что мы говорим при встрече? (Здравствуй)

– Добрый человек, прощаясь с другим человеком, что желает? (Здоровье)

– Кто каркает, мешает спать? (Ворона)

– Что не нужно делать? (Врать)

  1. Беседа по вопросам.

- Что общее у этих слов?

– Итак, ро-оро, ла-оло, ра-оро общие сочетания?

– Это случайное совпадение или закономерность

– Сегодня мы продолжим изучение истории русского языка. Вы назвали слова, в которых есть сочетания ро-оро, ла-оло, ра-оро. Это один из фонетических признаков старославянизмов.

Изучение нового материала

  1. Слово учителя и беседа по вопросам.

– В современном русском языке очень много слов, заимствованных из других языков.

– Откуда они пришли?

– Но особенно много слов заимствовано из старославянского языка. Сегодня мы будем учиться находить старославянские слова. У этих слов есть свои особенности, в частности это те фонетические особенности, которые мы отметили в начале урока. Найти эти приметы нам помогут профессор Иван Калинович, книжонок Прохор и Почемучка.

  1. Чтение текста по ролям.

Основная задача заключается в выборе нужной информации.

  1. Самостоятельная работа. Составление таблицы «Приметы старославянских слов и приметы исконно русских слов».

  1. Проверка таблицы.

Закрепление изученного материала. Метод – слово учителя, тренировочные упражнения, аналитическая беседа. Основная задача: отработать навык разграничения слов старославянских и исконно русских по происхождению.

– Продолжим работу дальше. Отправимся в гости к Александру Сергеевичу Пушкину. Прочитаем отрывки из произведений поэта и найдем в них слова с фонетическими старославянскими приметами.

Пирует с дружиной вещий Олег

При звоне веселом стакана.

И кудри их белы, как утренний снег

Над славной главою кургана.

И бога глас ко мне воззвал:

«Восстань, пророк, и виждь, и внемли,

Исполнись волею моей,

И, обходя моря и земли,

Глаголом жги сердца людей.

Прошло сто лет, и юный град, Полнощных стран краса и диво, Из тьмы лесов, из топи блат

Вознесся пышно, горделиво.

– По каким признакам вы обнаружили старославянские слова? Подберите к ним однокоренные слова с полногласием.

Решите языковые задачки.

Методы: слово учителя, наблюдение над языковым материалом.

1) Река Смородина, знакомая вам не только по былинам, но и по сказкам, не конкретное географическое название. Это река эпическая, зловещая. Что означает её название?

2) Вспомните строчки из вступления к поэме А. С. Пушкина «Руслан и Людмила»: «И тридцать витязей прекрасных чредой из вод выходят ясных…». Как выходят витязи? Подберите однокоренные слова, поясняющие слово «чредой».

3) Прочитайте строки из «Сказки о царе Салтане»: «Мать и сын идут ко граду. Лишь ступили за ограду,

Оглушительный трезвон

Поднялся со всех сторон».

Можно ли назвать эти слова однокоренными?

Каково происхождение выделенных слов и каково их значение в русском языке?

Подберите к выделенным словам пару с тем же корнем.

(СЛАЙД 2)

Коллективная работа с классом.

Оформление на доске.

(На доске запись, которая во время игры закрыта. Сначала открывается первый и второй столбики, потом третий и вопрос).

Гроза Город ро-оро

Глава Голова ла-оло

Здравствуй Здоровье ра-оро

Врать Ворона ра-оро

Опрос 1-2 учащихся.

Из финского языка - пихта, тундра; из греческого – школа, тетрадь, кукла; из французского языка - балет, жюри.

Заранее подготовленные ученики читают текст по ролям.

Профессор Иван Калинович. Я слышал, вы сегодня говорили о том, что в нашей лексике, кроме исконно русских слов, есть еще и заимствованные. Среди них особое место занимают старославянизмы.

Почемучка. Почему «особое»? Ведь, наверное, старославянизмы – это просто «старые славянские слова».

Книжонок Прохор. Heт. Старославянизмы – это слова, которые заимствованы русским языком из старославянского, который хотя и приходится близким родственником восточнославянским языкам, но относится к южнославянской группе. Старославянский язык-это письменная форма одного из южнославянских языков. В XI веке на этот язык были переведены греческие религиозные книги, с помощью которых среди славян распространилось христианство. Эти переводы были сделаны Кириллом и Мефодием. Сначала старославянский язык распространялся среди западных и южных славян. В Х–ХI веках книги на старославянском языке получили широкое распространение и в Древней Руси, и вместе с ними в русский язык стали проникать старославянские слова - старославянизмы. (СЛАЙД 3).

Старославянизм - слово, заимствованное из старославянского языка [Ожегов, Шведова 1997: 114].

Почемучка. Все это было так давно... А можно ли в наше время отличить старославянские слова от русских?

Профессор Иван Калинович. Можно. Сравним: враг и ворог. Старославянские слова враг, вражда остались в нашем языке, а исконно русское ворог вышло из активно употребления. Однако от этого слова остались производные слова: ворожея, ворожить. Ворожить – «гадать», «заговаривать». Но заговаривать на зло, наводить порчу, а не просто предсказывать будущее. Современный человек, знающий происхождение этого слова, не захочет иметь дело с ворожбой. У старославянских по происхождению слов есть и другие приметы:

1) В нашем языке много «парных слов». Многие из них вам знакомы. Например: страж сторож, здравие – здоровье, пред – перед, Млечный – молочный. В корнях этих слов чередуются неполногласные (ра, ре, ла, ле) и полногласные (оро, ере, оло) сочетания. Наличие неполногласия – примета старославянских слов. Например: город – град, золото – злато, берег – брег. СЛАЙД 5.

2) Начальные сочетания ра – ла перед согласными противопоставляются исконно русским ро, ло: ровный – равный, лодка – ладья. СЛАЙД 6.

3) В начале слова старославянские и русские слова противопоставляются по трем буквам. В старославянском языке слова начинались с буквы А, исконно русские начинаются с Я (агнец – ягненок). СЛАЙД 7.

4) В старославянских словах в конце корня звуки жд, щ, а в русских словах звуки ж, ч (невежда – невежа, освещение – свеча). СЛАЙД 8,9.

Книжонок Прохор. Да, интересно изучать историю языка. Ребята, мы предлагаем вам следующее задание: на основе текста составьте таблицу. В первый столбик выпишите приметы старославянских слов, во второй – приметы исконно русских слов.

Приложение 1. СЛАЙД 10.

Устная работа с классом.

СЛАЙД 11.

Коллективная работа с классом.

СЛАЙД 12.

Смородина – Смрадная. Смрадный - издающий смрад, полный смрада [Ожегов, Шведова 1996: 726 ].

Смрад - вонь, дурной, отвратительный запах [Ожегов, Шведова 1996: 726].

СЛАЙД 13.

Чредой – старославянизм с неполногласием. Исконно русский эквивалент – «чередой», то есть друг за другом. Однокоренные слова «чередоваться», «очередь», «чередование». Здесь чередуются звуки ере//ре.

СЛАЙД 14.

Выделенные слова однокоренные. Град в значении город. Исходное слово Gordъ – город в результате падения редуцированного ъ и появления полногласия в древнерусском языке, град – слово с неполногласием. Слово город первоначально значило ограда, забор, потом – город, крепость. В современном значении – город.

Ограда здесь - укрепление

Подведение итогов

- Что нового узнали?

– Что запомнилось?

– Итак, ребята, как мы ответим на вопрос: «Что такое старославянизмы?».

Молодцы, ребята. Вы все сегодня работали хорошо. Я хочу прочитать вам отрывок из стихотворения С. Крыжановского. «Отчего, обжигая горло, Разбирая часами подряд Сочетания «оло» и «оро» – «Вран» и «ворон», «молод» и «млад»? Человек некий ими два сына... Я прислушиваюсь к словам. Открывается в них Россия, Легендарная быль славян... Сто-ро-на. Го-ло-са. До-ро-га. Я усвоил твёрдо азы: С давних лет к открытости слога Тяготел славянский язык».

САЙД 15.

7

3

Домашнее задание

1) 3адание на карточках для сильных учащихся.

Подумайте, какие из приведенных ниже слов с сочетанием ра, ла, ре, ле не являются ста рославянскими по происхождению.

Трава, плен, среда, кран, сладкий, слава, правда, брат, страна, план, след, шлем, мрак, власть, глава.

2) 3адание на карточках для слабых учащихся. Найди и выпиши старославянизмы.

1) Мать и сын идут ко граду, Лишь ступили за ограду, Оглушительный трезвон Поднялся со всех сторон. А.С. Пушкин.

2) В унынье, с пасмурным челом,

За шумным, свадебным столом

Сидят три витязя младые.

СЛАЙД 16.

Литература

  1. Багрянцева В.А. и др. Русский язык: учебное пособие для углубленного изучения в старших классах. Ч.I. Лексикология и лексикография. Фонетика. Графика, Орфография, Морфемика и словообразование.- М.: Изд-во МГУ, 2004.

  2. Дроздова О.Е. Уроки русского языка для школьников: 5-8 кл.: Пособие для уч-ся. –М.: Гуманит. Изд. Центр ВЛАДОС, 2001.

  3. Зайцева О.Н. Уроки русского языка в школе: Предпрофильное обучение. 8 класс: Методическое пособие для учителя. – М.: Вербум – М, 2005.

  4. Ожегов, С.И. и Шведова, Н.Ю. Толковый словарь русского языка: 80000 слов и фразеологических выражений / Российская АН.; Российский фонд культуры; - 3-е изд., стереотипное - М.: АЗЪ, 1996.

  5. Успенский Б.А. Краткий очерк истории русского литературного языка (XI-XIX вв.) –М.: «Гнозис», 1994.

  6. Черных П.Я. Историко-этимологический словарь современного русского языка: Ок. 13 560 слов: Т.1-2. –2-е изд., стереотип. –М.: Рус. яз., 1994.

Приложение к уроку №1.

Фонетические приметы старославянских по происхождению слов

Фонетические приметы исконно русских по происхождению слов

Неполногласие в корне слов -ра-, -ре-, -ла-, -ле-

Полногласие в корне слов -оро-, -ере-, -оло-

Начальные сочетания ра-, ла-

Начальные сочетания ро-, ло-

Начальные буквы а,е,ю

Начальные буквы я, о, у

Звуки жд, щ

Звуки ж, ч

Приложение № 4

Методические рекомендации к проведению урока

При обучении современному русскому языку необходимо привлекать только такие исторические сведения, которые освещают процесс развития языка, объясняют внутреннюю логику и обусловленность существующих теперь лексических, грамматических и орфографических явлений. При этом в центре внимания учителя должен быть один из важнейших принципов дидактики – доступность, учет возрастных особенностей и уровня развития учащихся данного класса.

При подготовке к занятию учителю необходимо продумать следующие вопросы:

1) Какие исторические явления в развитии русского языка связаны с темой данного урока и как увязывается материал школьного учебника с историческими сведениями?

2) Какие конкретные исторические экскурсы можно и нужно включить в урок с учетом возрастных особенностей и уровня развития учащихся данного класса?

3) Какие положения и выводы будут сообщены учащимся и что целесообразно рекомендовать для запоминания?

4) Какую воспитательную роль могут играть сообщенные учащимся исторические факты?

Исторические справки могут явиться ценным средством создания на уроках проблемной ситуации.

Исторические экскурсы помогают уяснению современных явлений и в произношении. История языка помогает объяснить некоторые явления в современном правописании. Как известно, при изучении истории русского языка часто ссылаются на язык старославянский. Для того чтобы понять такие ссылки, надо знать, что старославянский язык – это самостоятельный книжный письменный язык, созданный на живой основе одного из южнославянских говоров. На старославянском языке ни один народ никогда не говорил, так как этот язык обслуживал только нужды церковного богослужения, но он был понятен всем древним славянам. Письменные памятники на этом языке принадлежали известным славянским просветителям Кириллу и Мефодию (IX век), которые при помощи старославянского языка распространяли христианство, создавая различные богослужебные книги.

Урок на тему «Фонетические старославянизмы в русском языке» – это один из уроков в системе изучения истории русского языка. В результате учащиеся должны: знать о фонетических приметах старославянских слов. Находить такие слова в современном русском языке. Уметь правильно писать слова с полногласием и неполногласием, находить исторические параллели таких слов.

Приложение 5.

Ксерокопии публикаций:

  • Клюсова А.В. Культурно-лингвистическая информативность рукописных памятников делопроизводства г.Тобольска XVII – XVIII века / А.В.Окмянская // Fiat Lux: Межвузовский сборник студенческих научных работ. – Тобольск: ТГПИ им. Д.И. Менделеева, 2009. – С.33 - 34.

  • Клюсова А.В. Рукописные памятники делопроизводства сибирской столицы XVII – XVIII веков как источник изучения духовной культуры русского народа (по данным фондам государственного архива) / А.В.Окмянская // Православие и русская культура: прошлое и современность: материалы всерос. науч.- практ. конф. (21-23 мая 2009 г., г. Тобольск). – Тобольск: изд-во ТГПИ им. Д.И.Менделеева, 2009. – С.126 – 127.

  • Окмянская А.В, Сенотова Т.Ю. Памятники письменности XVIII в. г. Тобольска: лингвокультурологический аспект.// DIXI: межвузовский сборник научных работ студентов, аспирантов и молоых ученых. – Тобольск: ТГСПА им. Д.И.Менделеева, 2011. – С. 32 – 33.

Приложение 6.

Титульный лист научной работы на конкурс РАН

49

Просмотров работы: 2822