XVIII Международная студенческая научная конференция Студенческий научный форум - 2026

Жестокое обращение с детьми – это сложное и многогранное явление, которое оставляет глубокий след на психическом и эмоциональном состоянии ребенка. Психологические последствия такого обращения могут проявляться в различных формах и оказывать длительное влияние на развитие личности, межличностные отношения и общее качество жизни. Важно понимать, что жестокое обращение может принимать разные формы: физическое, эмоциональное, сексуальное насилие, а также пренебрежение. Каждая из этих форм имеет свои характерные черты и последствия, однако все они в конечном итоге приводят к серьезным травмам, которые могут сохраняться на протяжении всей жизни.

Жестокое отношение к ребенку может применяться со стороны не только родителей или членов семьи, но и со стороны окружающих людей, например, сверстников, друзей, знакомых. Малик А. С. выделил 4 сферы проявления жестокого обращения с детьми: внутрисемейная, внесемейная, уличная, инструментальная [1].

Внутрисемейная сфера жестокого обращения подразумевает собой насилие над ребенком непосредственно в семье родителями или близкими родственниками. Распространенным примером является сравнение ребенка с другими детьми.

Внесемейная сфера жестокого обращения над ребенком включает в себя следующих участников: друзья, одноклассники, дальние родственники. Популярный пример внесемейного жестокого обращения с ребенком – буллинг, кибербуллинг. Буллинг и кибербуллинг – это систематические издевательства над ребенком или подростком, наносящие вред. Кибербуллинг отличается от буллинга тем, что первое происходит в сети «Интернет».

Уличная сфера жестокого отношения к ребенку зачастую выражается в издевательствах во дворе со стороны сверстников или более старших детей. Данная разновидность проявляется в непринятии ребенка в группу, игнорировании, нанесении побоев. Также, в условиях уличной среды возможно жестокое обращение со стороны незнакомых людей. В частности, такое преступление, как похищение ребенка.

Инструментальная сфера жестокого обращения с детьми подразумевает использование ребенка как средства для достижения взрослых целей, часто связанных с материальной выгодой или эксплуатацией. Это может проявляться в принуждении ребенка к детскому труду, попрошайничеству, вовлечению в преступную деятельность (например, кражи или наркоторговлю) или даже в использовании для шантажа и манипуляций в семье.

Конанов Э.А. подчеркивает, что наиболее распространенными формами жестокого обращения с детьми в семье являются: пренебрежение нуждами ребенка, физическое, психологическое и сексуальное насилие [2].

При этом, Котельникова О.А. отмечает, что именно пренебрежение основными потребностями, являясь хроническим фоном, а не единичным событием, наносит глубинный, системный ущерб развитию ребенка. Оно создает почву депривации – лишения безопасности, заботы и эмоционального тепла, что напрямую подрывает формирование мозга, нервной системы и личности. Это ослабляет естественные защитные механизмы ребенка, делая его психологически и социально уязвимым, а потому – легкой добычей для других, более активных форм насилия, которые накладываются на эту разрушительную основу [3].

Первая форма жестокого обращения – пренебрежение нуждами ребенка. К нуждам ребенка относятся: потребность в жилье, еде, родительской любви, поддержке и заботе, потребность в общении с родителями, потребность в защите, безопасности.

Легенчук Д. В. отмечает, что пренебрежение нуждами ребенка в семье не всегда носит умышленный характер [4]. Иногда пренебрежение нуждами может быть по непредвиденным обстоятельствам, таким как стихийные бедствия, нежелательная беременность, низкий уровень финансового дохода семьи

Вторая форма жестокого обращения к ребенку в семье – это физическое насилие. Под данным термином понимаются действия родителей, в частности нанесение телесных повреждений, К физическому насилию относятся следующие действия: шлепки, удары различными предметами, пощечины, избиения и истязания.

Неизвестная А. В. отмечает, что физическое насилие имеет яркие «следы» в отличие от иных форм жестокого отношения к детям и наносит не только телесные травмы, но и психологические [5].

Третья форма жестокого отношения к ребенку в семье – психологическое насилие. Психологическое насилие включает в себя игнорирование ребенка, отсутствие общения, заботы, поддержки, оскорбления и унижения, сравнение ребенка с другими детьми, отсутствие любви к ребенку, манипуляции.

Четвертая форма жестокого обращения с детьми в семье – сексуальное насилие. Под сексуальным насилием понимается использование тела ребенка как объекта для сексуальных действий. К действиям, которое будут рассматриваться как сексуальное насилие относятся следующие: домогательства, совращение, прикосновения к половым органам, шантаж, демонстрация половых органов и т.д.

Мишина А. М. отмечает, что сексуальное насилие может происходить в семьях, где:

• отсутствует эмоциональная близость и доверие между членами семьи;

• присутствует одностороннее властное и доминирующее поведение со стороны взрослых;

• в семьях господствуют агрессивные или деспотичные отношения;

• имеется недостаток понимания, уважения и заботы о ребенке;

• родители или опекуны пренебрегают потребностями и границами ребенка;

• в семье присутствует длительное психологическое или физическое насилие;

• родители или опекуны сами пережили травматический опыт или насилие в собственном детстве [6].

Жестокое обращение с детьми в семье зачастую происходит из нездоровой семейной обстановки. В таких неблагополучных условиях царит постоянная напряженность, споры и конфликты, при этом отсутствует настоящая поддержка, забота и любовь. Вместо этого дети сталкиваются с оскорблениями, унижениями, физическим насилием, игнорированием их базовых потребностей (например, в пище, одежде или внимании), а также с постоянными запретами и угрозами. Такая атмосфера создает токсичную динамику отношений внутри семьи, мешающую гармоничному развитию всех её членов.

Взрослые, выросшие в таких условиях, зачастую повторяют этот негативный опыт по отношению к своим детям, применяя авторитарный стиль с чрезмерной строгостью, попустительский — когда разрешено всё и отсутствуют границы, или пренебрежительный — когда ребёнка оставляют без внимания. Они зачастую не умеют выражать родительское тепло, испытывают трудности в любви и поддержке ребёнка по-настоящему.

Таким образом, влияние жестокого обращения на семейные отношения и развитие ребенка является негативным и значительным. Такое обращение разрушает эмоциональную близость и доверие внутри семьи, способствует возникновению конфликтов, отчуждению и ухудшению микроклимата в семейной системе. У ребенка наблюдаются нарушения в психологическом и эмоциональном развитии, формируются комплексы, страхи и низкая самооценка, что затрудняет его социализацию и построение здоровых межличностных отношений в будущем. В целом, жестокое обращение ведет к дестабилизации семейных связей, снижению уровня семейного благополучия и ухудшению общего качества жизни всех членов семьи, что подчеркивает необходимость своевременного вмешательства и профилактики подобных ситуаций.

Результаты анализа по методике «Шкала личностной тревожности» Прихожан А.М. отображена в таблице 1.

Таблица 1 – Распределение уровней личностной тревожности по шкалам

Шкала тревожности	Высокий уровень	Показатели в %	Средний уровень	Показатели в %	Низкий уровень	Показатели в %
Школьная тревожность	14	50,0%	10	35,7%	4	14,3%
Самооценочная тревожность	18	64,3%	7	25,0%	3	10,7%
Межличностная тревожность	16	57,1%	9	32,1%	3	10,7%
Магическая тревожность	8	28,6%	15	53,6%	5	17,9%
Общая тревожность	17	60,7%	9	32,1%	2	7,1%

В процентном соотношении результат анализа представлен на
рисунке 1.

Рисунок 1 – Результаты анализа по методике «Шкала личностной тревожности»
Прихожан А.М.

У подавляющего большинства детей из исследуемой группы 28 учащихся у 17 человек (60,7%) выявлен высокий уровень общей личностной тревожности, им свойственны склонность воспринимать мир как враждебный и непредсказуемый, что клинически является фоном для дезадаптации. По шкале «Самооценочная сфера» с высоким уровнем из 28 учащихся 18 детей (64,3%), это прямое следствие опыта унижения, обесценивания или насилия. У детей сформировалось глубинное чувство собственной неполноценности, «плохости», что является ядром травматического опыта. Нарушения в сфере общения с высоким уровнем из 28 учащихся 16 детей (57,1%), тревожность в межличностных отношениях отражает страх повторного отвержения, недоверие к людям, ожидание агрессии, все это делает социальную адаптацию в школе крайне трудной. Школьная тревожность как симптом с высоким уровнем прослеживается из 28 учащихся у 14 детей (50,0%), у таких детей неудачи в школе становятся не учебной проблемой, а еще одним подтверждением их «неуспешности», что усиливает общий стресс и создает «порочный круг». Относительно меньший процент высоких показателей по шкале «Магическая тревожность» из 28 учащихся у 8 (28,6%) может указывать на то, что у данной группы реальные источники угрозы (родители, семья) настолько конкретны и очевидны, что иррациональные страхи отступают на второй план. Средний уровень здесь (53,6%) может отражать общую напряженность и бдительность. Обработав данные по каждой шкале, были сделаны сводные данные по тревожности и выделены группы риска. Группа максимального риска из 28 учащихся у 12 детей (42,9% от общего количества детей) демонстрируют комплексную, разлитую тревожность, захватывающую все основные сферы жизни. Эта группа с наибольшей вероятностью нуждается в интенсивной индивидуальной психотерапевтической помощи, направленной на работу с травмой, коррекцию самооценки и выработку навыков совладания.

Результаты анализа по опроснику Басса-Дарки отображена в таблице 2.

Таблица 2 – Уровень выраженности форм агрессии и враждебности

Форма агрессии	Высокий уровень	Показатели в %	Средний уровень	Показатели в %	Низкий уровень	Показатели в %
Физическая агрессия	16	23,2%	35	50,7%	18	26,1%
Косвенная агрессия	22	31,9%	38	55,1%	9	13,0%
Раздражение	20	29,0%	30	43,5%	19	27,5%
Негативизм	14	20,3%	42	60,9%	13	18,8%
Обида	18	26,1%	36	52,2%	15	21,7%
Подозрительность	15	21,7%	33	47,8%	21	30,4%
Вербальная агрессия	12	17,4%	40	58,0%	17	24,6%
Чувство вины	11	16,0%	30	43,5%	28	40,5%

На рисунке 2 представлены результаты исследования в процентном соотношении.

Рисунок 2 – Результаты анализа по опроснику Басса-Дарки

Выводы по результатам исследования: доминирующими формами являются наиболее проблемными, с высоким уровнем выраженности, такими являются: вербальная агрессия (31,9%), косвенная агрессия (29,0%) и физическая агрессия (23,2%), все это указывает на склонность значительной части подростков к открытым конфликтам, сплетням, вербальным нападкам и физическому выяснению отношений.

Индекс враждебности (обида + подозрительность) повышен у 24 чел. (34,8%), это свидетельствует о достаточно высокой доле учащихся, для которых характерно устойчивое негативное отношение к окружающим, ожидание угрозы и недоверие.

Индекс агрессивности (физическая + вербальная + косвенная агрессия) повышен у 28 чел. (40,6%). Данная группа подростков демонстрирует поведенческую готовность к агрессивным действиям в различных формах.

В «группу риска» вошли 17 учащихся (24,6%), они имеют одновременное превышение нормы по обоим интегральным индексам (высокие показатели как враждебности, так и агрессивности), данная группа подростков нуждается в первоочередном внимании психолога.

Результаты диагностики родительского отношения по методике «Опросник ОРО» Варги А.Я., Столина В.В. представлены в таблице 3.

Таблица 3 – Результаты диагностики родительского отношения

Шкала опросника ОРО	Кол-во чел. с высокими баллами	Процент от выборки	Кол-во чел. со средними/низкими баллами	Процент от выборки
Принятие/Отвержение	11	16%	58	84%
Кооперация	25	36%	44	64%
Симбиоз	19	28%	50	72%
Авторитарная гиперсоциализация	15	22%	54	78%
«Маленький неудачник» (Инфантилизация)	8	12%	61	88%

На рисунке 3 представлены результаты исследования в процентном соотношении.

Рисунок 3 – Результаты диагностики родительского отношения

Для большинства подростков (84%) характерно базовое чувство принятия со стороны родителей. Особая зона внимания, это когда каждый пятый-шестой подросток сталкивается с критичными стилями воспитания:

• 16% чувствуют эмоциональное отвержение;

• 22% испытывают жесткий авторитарный контроль.

Выраженные тенденции к гиперопеке (28%) и, особенно, к инфантилизации (12%) могут препятствовать развитию самостоятельности и адекватной самооценки. Только 36% подростков видят в родителях полноценных кооператоров, что указывает на распространенный дефицит отношений на равных в данном возрастном периоде. Результаты указывают на необходимость адресной работы психолога с семьями, где выявлены риски (отвержение, авторитаризм), и на проведение просветительской работы с родителями о важности поддержки автономии и партнерского общения с подростком.

Результаты анализа по тест-опроснику анализа семейного воспитания (АСВ) Эйдемиллера Э.Г., Юстицкиса В.В. представлены в таблице 4.

Таблица 4 – Результаты анализа по тест-опроснику анализа семейного воспитания (АСВ) Эйдемиллера Э.Г., Юстицкиса В.В.

Шкала	Характеристика воспитания	Кол-во чел. с превышением ДЗ	Процент от выборки (69 чел.)
1	2	3	4
1. Уровень протекции в процессе воспитания	Гиперпротекция (Г+)	12	17%
	Гипопротекция (Г-)	9	13%
2. Степень удовлетворения потребностей	Потворствование (У+)	10	14%
	Игнорирование потребностей (У-)	7	10%
3. Уровень требовательности	Чрезмерность требований-обязанностей (Т+)	15	22%
	Недостаточность требований-обязанностей (Т-)	18	26%
	Чрезмерность требований-запретов (З+)	14	20%
	Недостаточность требований-запретов (З-)	11	16%
4. Стабильность воспитательного подхода	Чрезмерная санкций (С+)	13	19%
	Минимальность санкций (С-)	20	29%
5. Неустойчивость стиля воспитания	Неустойчивость стиля воспитания (Н)	16	23%

Продолжение таблицы 4

1	2	3	4
6. Дополнительные (личностные) шкалы родителей	Расширение сферы родительских чувств (РРЧ)	8	12%
	Предпочтение детских качеств (ПДК)	6	9%
	Воспитательная неуверенность родителя (ВН)	11	16%
	Фобия утраты ребенка (ФУ)	5	7%
	Неразвитость родительских чувств (НРЧ)	9	13%
	Проекция на ребенка собственных нежелательных качеств (ПНК)	4	6%
	Вынесение конфликта между супругами в сферу воспитания (ВК)	10	14%
	Предпочтение мужских/женских качеств (ПМК/ПЖК)	3	4%

На основе анализа данных можно выделить наиболее распространенные типы дисфункционального воспитания в восприятии подростков такие как попустительско-потворствующий стиль, который наиболее выражен, главными маркерами являются «Минимальность санкций» (29%), «Недостаточность требований-обязанностей» (26%), «Недостаточность запретов» (16%), «Воспитательная неуверенность» (16%). Значительная часть родителей, по мнению подростков, избегает ответственности за воспитание, не устанавливает четких правил и границ, что может приводить к дезориентации подростка и поиску внешних, не всегда конструктивных, авторитетов.

Авторитарно-требовательный стиль: главными маркерами являются «Чрезмерность требований-обязанностей» (22%), «Чрезмерность требований-запретов (20%), Чрезмерность санкций» (19%). Для этой группы характерен жесткий контроль, высокая ответственность и строгость. Это создает почву для конфликтов, бунта, скрытности и низкой самооценки у подростков.

Неустойчивый и противоречивый стиль: главные маркеры – это «Неустойчивость стиля воспитания» (23%) – самый высокий показатель среди базовых шкал. Родители непоследовательны, их реакции непредсказуемы. Это самый дестабилизирующий фактор, вызывающий у подростка высокую тревожность, непонимание границ и манипулятивное поведение.

Эмоциональные проблемы родителей обращает на себя внимание группа подростков, отмечающих «Игнорирование потребностей» (10%), «Неразвитость родительских чувств» (13%) и «Вынесение супружеского конфликта в воспитание» (14%), это указывает на глубокие семейные дисфункции, требующие особого внимания специалистов.

Эмпирические данные свидетельствуют, что опыт неблагоприятного, потенциально жестокого обращения в семье статистически связан с формированием у подростков именно тех психологических особенностей (тревожность, агрессия, нарушенная модель отношений), которые в перспективе могут воспроизводиться в их собственных будущих семьях как дисфункциональные паттерны. Выявленные «группы риска» (по тревожности – 12 чел., по агрессии – 17 чел.) требуют первоочередного психолого-педагогического и, возможно, психотерапевтического вмешательства. Результаты также однозначно указывают на необходимость системной работы с родительским сообществом по коррекции стиля воспитания.

Для точного статистического анализа был применен Критерий χ² (хи-квадрат). Применение критерия χ² подтвердило, что статистически значимая связь между дисфункциональным воспитанием (отвержение, авторитаризм) и негативными психологическими последствиями у подростков (тревожность, агрессия).

1. Профилактика и решение проблемы жестокого обращения с детьми: учебное пособие / Л. С. Малик, Л. А. Мелкой. – Архангельск: САФУ, 2019. – 86 с. – ISBN 978-5-507-43477-0.– Текст: непосредственный.

2. Кононов, Э. А. Имплементация профилактики домашнего насилия в муниципальных образованиях / Э. А. Кононов, А. А. Разувакин // Образование и право. – 2021. – №8. – URL: https://cyberleninka.ru/article/n/implementatsiya-profilaktiki-domashnego-nasiliya-v-munitsipalnyh-obrazovaniyah (дата обращения: 15.12.2025). – Текст: электронный.

3. Котельникова, О. А. Жестокое обращение с детьми: правовые и социально-криминологические аспекты / О. А. Котельникова, С. Г. Загорьян // Философия права. – 2022. – №3. – URL: https://cyberleninka.ru/article/n/zhestokoe-obraschenie-s-detmi-pravovye-i-sotsialno-kriminologicheskie-aspekty (дата обращения: 12.12.2025). – Текст: электронный.

4. Легенчук, Д. В. Социально-педагогическая поддержка несовершеннолетних, подвергшихся насилию: учебное пособие / Д. В. Легенчук, Д. А. Доскенова, Д. Р. Штыбин, И. П. Бульдяев. – Курган : Издательство Курганского государственного университета, 2021. – 187 с. – ISBN 978-5-4217-0573-4. – Текст: непосредственный.

5. Неизвестная, А. В. Понятие и основные особенности бытового насилия / А. В. Неизвестная // Вестник науки. – 2024. – №12. – URL: https://cyberleninka.ru/article/n/ponyatie-i-osnovnye-osobennosti-bytovogo-nasiliya (дата обращения: 09.12.2025). – Текст: электронный.

6. Реализация ФГОС дошкольного и начального образования: опыт прошлого – взгляд в будущее: материалы конференции / А. П. Мишина. – Ульяновск: Улгпу им. И. Н. Ульянова, 2019. – 384 с. – ISBN 978-5-6045711-2-5. – Текст: непосредственный.

Код для цитирования: Скопировать