XVIII Международная студенческая научная конференция Студенческий научный форум - 2026

Современная Россия на пути своего развития сталкивается с комплексом вызовов, носящих междисциплинарный характер. Традиционное разделение на сугубо экономические, социальные или управленческие проблемы оказывается малоэффективным для их анализа, так как они существуют в тесной взаимозависимости. Цифровая трансформация экономики напрямую влияет на рынок труда и социальные отношения, а качество государственного управления определяет и бизнес-климат, и эффективность социальной политики. Таким образом, актуальность данного исследования обусловлена необходимостью целостного, системного осмысления узловых противоречий российского общества.

Цель статьи – на основе анализа современных российских научных публикаций выявить, систематизировать и показать взаимосвязь ключевых проблем в области экономики, социологии и управления. Для достижения поставленной цели решаются следующие задачи: 1) проанализировать экономические барьеры, связанные с цифровизацией и развитием малого бизнеса; 2) рассмотреть социологические проблемы адаптации иностранных граждан; 3) изучить управленческие вызовы в сфере правового регулирования и подготовки управленческих кадров; 4) продемонстрировать междисциплинарные связи между выделенными проблемами. Методологическую основу работы составили анализ научных публикаций, систематизация и синтез полученных данных, а также междисциплинарный подход, позволяющий преодолеть узкоотраслевые рамки исследования.

Экономический ландшафт России демонстрирует парадоксальное сочетание амбициозных цифровых программ и хронических, плохо поддающихся решению проблем деловой среды. Этот разрыв составляет суть современного экономического вызова. Национальный проект «Цифровая экономика» задаёт вектор развития, однако его реализация наталкивается на глубокие структурные препятствия. Исследование А.С. Лапаева не просто констатирует проблемы внедрения Big Data, а вскрывает их многоуровневую природу [1]:

1. На макроуровне это недостаток критической инфраструктуры (мощных и распределённых дата-центров, высокоскоростных каналов связи в регионах) и неразвитость нормативно-правовой базы, регулирующей вопросы владения, обработки и безопасности больших данных, что создаёт правовую неопределённость.

2. На мезоуровне (уровень отраслей и компаний) ключевой проблемой является кадровый голод. Рынок испытывает острую нехватку не просто IT-специалистов, а именно data scientists, аналитиков big data, архитекторов сложных информационных систем. Это приводит к «охоте за головами» и удорожанию проектов.

3. На микроуровне в среде малого и среднего бизнеса, особенно в регионах, сохраняется низкий уровень цифровой грамотности собственников и управленцев, скептицизм в отношении отдачи от инвестиций в сложные аналитические системы, а также проблема «цифрового неравенства» внутри страны, когда передовые практики сосредоточены в столичных агломерациях.

Таким образом, цифровизация рискует превратиться из инструмента всеобщего развития в фактор усиления дифференциации, углубляя пропасть между высокотехнологичными анклавами и остальной экономикой. В то время как крупный бизнес и госкомпании обладают ресурсами для лоббирования своих интересов и адаптации к меняющимся условиям, малый и средний бизнес остаётся наиболее уязвимым звеном. Работа Р.Р. Султанова позволяет детализировать классические барьеры [2]: Административные барьеры трансформируются, но не исчезают. На смену прямым запретам приходят избыточные требования контрольно-надзорных органов, сложные и зачастую противоречивые процедуры получения разрешительной документации, согласований, что ведёт к росту непроизводственных издержек и коррупционных рисков. Финансовые барьеры остаются критическими. Несмотря на государственные программы поддержки, доступ МСП к «длинным» и недорогим кредитным ресурсам по-прежнему серьёзно ограничен. Банки требуют высоких процентов и обременительных залогов, а рынок венчурного финансирования для не-IT секторов развит слабо. Рыночные барьеры усугубляются действием крупных игроков, в том числе с государственным участием, которые часто используют нерыночные методы конкуренции. Кроме того, сохраняется проблема недостаточной защиты прав собственности и контрактов, что подрывает основу для долгосрочных инвестиций и партнёрств.

Эти барьеры формируют институциональную ловушку: высокие транзакционные издержки ведут к росту доли теневого сектора и неформальной занятости, что, в свою очередь, снижает налоговую базу и подрывает доверие к институтам, замыкая круг. Социальная ткань российского общества испытывает значительную нагрузку из-за необходимости ассимилировать новые, многочисленные и разнородные потоки мигрантов. Успех или неудача этого процесса определяет социальную стабильность на десятилетия вперёд. Политика привлечения иностранных учащихся в российские вузы является стратегической, однако её реализация зачастую сводится к количественным показателям, упуская качество интеграции. Как показывают материалы, включая исследование в Известиях ЧГПУ, адаптационный процесс носит многомерный характер [3]: Академическая адаптация затруднена различиями в системах образования (российская ориентирована на фундаментальность и пассивное усвоение, западная — на критическое мышление и проектную работу), языковым барьером (даже после подготовительных курсов), а также недостатком психологической поддержки. Социально-культурная адаптация сталкивается с проблемой формирования «изолированных землячеств», когда студенты замыкаются в кругу соотечественников. Это усугубляется бытовыми трудностями (поиск жилья, сложности с регистрацией), а иногда и проявлениями бытового ксенофобии. Правовая адаптация осложнена сложным и изменчивым миграционным законодательством, необходимостью постоянного продления документов, что создаёт состояние хронической правовой неуверенности. Неуспешная адаптация ведёт к негативному «сарафанному радио», снижая привлекательность российского образования, и к утечке потенциальных высококвалифицированных кадров, ради которых, по сути, и затевается эта политика. Трудовая миграция из стран СНГ — это давний и структурный элемент российской экономики. Однако, как отмечает М.Г. Магомедов, правовое регулирование этой сферы остаётся репрессивно-ограничительным, а не интеграционно-управляющим [4]. Патентная система, при всей её простоте, зачастую работает как механизм фискального давления. Мигранты, особенно низкоквалифицированные, крайне уязвимы перед недобросовестными работодателями (задержки зарплаты, увольнения без выплат, нарушение условий труда) и коррумпированными officials. Это толкает их в тень. Отсутствие программ языковой и культурной адаптации, ограничения в доступе к медицинским и социальным услугам (вне полиса ОМС), сложности с легализацией семьи приводят к формированию закрытых этнических анклавов с минимальным взаимодействием с принимающим обществом. Это питает взаимные стереотипы и напряжённость. Проблемы интеграции по-разному проявляются в мегаполисах (Москва, СПб), где мигранты «растворены», и в моноэтничных регионах, где их появление является социально заметным и потому потенциально конфликтогенным, что требует дифференцированного управленческого подхода [3].

Способность государства адекватно реагировать на вызовы, описанные выше, напрямую зависит от качества системы управления, которая сегодня переживает глубокий внутренний кризис. Законодательный процесс часто отстаёт от динамики социально-экономических отношений, отличаясь реактивностью, а не про активностью. В стремлении закрыть все возможные лазейки законодатель создаёт чрезмерно детализированные, но внутренне противоречивые нормы. Особенно это заметно в сфере регулирования предпринимательской деятельности и миграции, где частые изменения «правил игры» дезориентируют и бизнес, и самих мигрантов [2, 4]. Сложность и нестабильность законов провоцируют правовой нигилизм как со стороны граждан и бизнеса (поиск обходных путей), так и со стороны чиновников (широкое использование подзаконных актов и «телефонного права»).

Исследование О.В. Тюминой вскрывает фундаментальную проблему подготовки управленцев [6]. Образовательные программы бакалавриата и магистратуры по направлению «Государственное и муниципальное управление» зачастую: Оторваны от реальных управленческих практик и процессов цифровой трансформации («цифрового правительства»). Дают избыточные теоретические знания в ущерб формированию практических навыков: проектного управления, работы с большими данными для принятия решений (evidence-based policy), межведомственной коммуникации, медиации социальных конфликтов. Не формируют системного, междисциплинарного мышления, необходимого для решения комплексных проблем типа «миграция — рынок труда — социальная стабильность». В результате аппарат пополняется людьми, хорошо знающими административные процедуры, но не способными к стратегическому планированию и управлению изменениями. Историческое наследие и инерция административной культуры. Анализ М.А. Ибрагимова указывает на глубокие исторические корни современных управленческих проблем [5]. Изолированный анализ проблем в каждой сфере не отражает всей сложности реальности. Их сила — в устойчивых взаимосвязях. Проиллюстрируем ключевые «порочные круги».

Круг 1: «Неэффективное управление → Удушение экономики → Социальная деградация».

Круг 2: «Экономическая потребность → Миграционный приток → Управленческая перегрузка».

Круг 3 (Сквозной): «Цифровизация как общий вызов и усилитель противоречий».

В экономике цифровизация требует инвестиций, которые не могут сделать МСП из-за барьеров. В социологии цифровые сервисы становятся барьером для мигрантов и старшего поколения, углубляя неравенство. В управлении формальная «цифровизация» услуг без изменения процессов и кадров («цифровой камуфляж») лишь маскирует старые проблемы, а зачастую и усложняет жизнь гражданам.

1. В экономико-управленческом блоке: Сместить фокус с форсирования цифровизации «сверху» на создание цифровой экосистемы «снизу»: развитие цифровой инфраструктуры в регионах, массовые программы повышения цифровой грамотности для предпринимателей, создание региональных data-хабов для МСП и заменить политику точечного субсидирования МСП на глубокую институциональную реформу, направленную на радикальное упрощение контрольно-надзорной деятельности, внедрение презумпции добросовестности бизнеса и создание реально независимой судебной системы для защиты контрактов и собственности.

2. В социально-управленческом блоке: Перейти от политики регулирования миграционных потоков к политике управления интеграцией. Это требует создания федеральной «Дорожной карты интеграции» с чёткими KPI для регионов, запуска обязательных, финансируемых государством модулей по русскому языку, основам законодательства и культуры для трудовых мигрантов (по аналогии с ведущими странами), развития института социальных и межкультурных работников на муниципальном уровне. Для иностранных студентов — переформатировать подход: от «услуги образования» к «комплексному пакету интеграции», включающему тьюторское сопровождение, помощь с жильём, стажировки на российских предприятиях и упрощённые процедуры легализации после окончания вуза для желающих остаться.

3. В блоке реформы системы управления: Провести кардинальную ревизию образовательных стандартов по ГМУ с привлечением действующих успешных управленцев. Сделать обязательными длительные практики в органах власти, кейс-методы, обучение проектной работе и Data Science для принятия решений. Инициировать программу «Административной культуры 2.0», направленную на искоренение инерции закрытости и контроля. Внедрить KPI для органов власти, связанные не с количеством проверок, а с достижением социально-экономических результатов и уровнем удовлетворённости граждан и бизнеса.

В заключение следует подчеркнуть, что проведенный междисциплинарный анализ выявляет не просто набор параллельных вызовов в экономике, социологии и управлении, а единую систему взаимозависимых дисфункций, образующих устойчивые «порочные круги». Перспективы дальнейших исследований в этом ключе видятся не столько в углубленном изучении каждой из сфер по отдельности, сколько в последовательном картографировании и эмпирической верификации связей между ними. Особую научную и практическую ценность приобретает разработка комплексных методологий, позволяющих количественно оценивать силу влияния, например, качества регуляторной среды на социальную адаптацию мигрантов или эффективности образовательных программ для госслужащих на динамику развития малого предпринимательства. Ключевым направлением становится сравнительный анализ региональных кейсов, где специфические комбинации управленческих практик, экономических условий и социального состава населения приводят к различной степени выраженности описанных системных проблем. Кроме того, насущной необходимостью является выход на уровень международных сопоставлений, который позволит отделить общие вызовы глобализирующегося мира от уникальных российских институциональных и исторических особенностей. Важнейшей перспективой представляется и концептуальное осмысление новой этики управления, способной преодолеть инерцию административной культуры и сформировать ценностные основания для синхронизированных реформ. Таким образом, будущие изыскания призваны сместить фокус с констатации системного кризиса на поиск конкретных механизмов разрыва его порочных кругов, что требует консолидации усилий на стыке экономической социологии, институциональной теории, публичного администрирования и политики в области миграции и человеческого капитала.

Литература

1. Лапаев А.С. Проблемы внедрения и использования технологий Big Data в России // В сборнике: Актуальные вопросы современной экономики, управления и права. 2018.

2. Султанов Р.Р. Факторы-барьеры развития малого предпринимательства // Экономика и управление: проблемы, решения. 2019. Т. 1. № 11.

3. Проблемы социальной адаптации иностранных студентов в российском вузе (на примере Чеченской Республики) // Известия Чеченского государственного педагогического университета. 2020. №1. Серия 1. С. 180-184.

4. Магомедов М.Г. Правовое регулирование трудовых отношений иностранных работников: проблемы и перспективы // Правовая парадигма. 2020. Т. 19. № 4.

5. Ибрагимов М.А. Становление и развитие института административно-правового регулирования экономических отношений в России // Административное и муниципальное право. 2014. № 12.

6. Тюмина О.В. Профессиональная подготовка бакалавров государственного и муниципального управления к реализации кадровой политики // Вестник Тамбовского университета. Серия: Гуманитарные науки. 2016. Т. 21. № 9-10