ПЕСЕННЫЕ ТРАДИЦИИ ВОСТОЧНОЙ БЕЛГОРОДЧИНЫ КАК НАУЧНАЯ БАЗА ИЗУЧЕНИЯ ИСТОРИЧЕСКИХ ПРОЦЕССОВ РЕГИОНА - Студенческий научный форум

VIII Международная студенческая научная конференция Студенческий научный форум - 2016

ПЕСЕННЫЕ ТРАДИЦИИ ВОСТОЧНОЙ БЕЛГОРОДЧИНЫ КАК НАУЧНАЯ БАЗА ИЗУЧЕНИЯ ИСТОРИЧЕСКИХ ПРОЦЕССОВ РЕГИОНА

Кочеткова К.К. 1, Коноваленко С.П. 1
1Белгородский государственный институт искусств и культуры
 Комментарии
Текст работы размещён без изображений и формул.
Полная версия работы доступна во вкладке "Файлы работы" в формате PDF

Настоящая работа посвящена изучению песенных традиций восточной Белгородчины в их локальных проявлениях сёл Большебыково Красногвардейского района и Ураково Красненского района. Исследователи народной культуры юга России традицию сёл Большебыково и Ураково относят к так называемому песенному стилю Белгородско-Воронежского пограничья (приток среднего Дона, в бассейне рек Тихая Сосна и Потудань, Усёрд), которая отмечена следующими признаками: общностью календарно-обрядового цикла, свадебного обряда, понёвного комплекса, инструментария, хореографической лексики, диалектными особенностями, жанровой распространённостью, певческой манерой. Этот песенный стиль отличается единством этнокультурной системы, развёрнутой в определённом географическом пространстве. В связи с этим, в исследовании выявлены и общие признаки, и некоторые локальные проявления певческих сёл данного музыкального диалекта. Полевые исследования традиционной культуры Красненского и Красногвардейского районов, описанные в экспедиционных тетрадях № 22, №1 (изданы Белгородским государственным центром народного творчества) подтверждают мысль, что песенная традиция исследуемой зоны поистине может быть названа «величественной».

Прежде чем начать исследование условий заселения восточной Белгородчины, нужно, на наш взгляд, представить научные гипотезы исторических предпосылок возникновения культурных традиций на данной территории:

- расселение по рекам (Тихой Сосны, Потудани, Усёрдца, Камышинки);

- вокруг городов-крепостей (Щуров В.М.).

Важно уточнить, что по тексту будут прорабатываться две версии одновременно, так как они связаны с разными историческими вехами.

Территория современных Красненского и Красногвардейского районов расположена в восточной части Белгородской области и граничит с Алексеевским, Новооскольским, Валуйским, Вейделевским районами, Воронежской областью. В далёкие времена их географическое положение было удобным для возникновения здесь поселений: по среднему течению реки Дон, его притоков Тихой Сосны, Потудани, Усёрдца, Камышинки. В бассейне этих рек находился островок ираноязычного населения, так называемые «воронежские скифы», обособившиеся от остальных скифов [7]. В то же время находки близ с. Круглого свидетельствуют о будинах и переселенцах из городов-колоний Северного Причерноморья – гелонах. Историки утверждают, что они имели более высокую культуру, нежели те племена, которые жили по Северскому Донцу. Позднее в VIII-X веках здесь появляются славяне и ведут борьбу с хазарами, аланами и болгарами. На территории междуречья известно около сорока болгарских крепостей, поселений и могильников [6]. Найдены они в соседних Алексеевском, Новооскольском и Красногвардейском районах.

Князь Святослав в 964-966 гг. разгромил аланов и хазар и освободил славян от дани. Тогда же исследуемый край вошёл в состав Киевского государства [3]. «Почти вся рассматриваемая территория уже была заселена русскими во времена Киевской Руси. В результате татаро-монгольского нашествия и господства Золотой Орды край оказался опустошенным. Первые города «на поле» - Воронеж и Ливны - возникают в 1585 г. ...Полевыми городами также считались Елец, Оскол, Лебедянь, Курск, Белгород и Валуйки. ...Строительство Белгородской черты развернулось именно здесь» [2]. Для нападения на русские земли татары проложили в степи три дороги (сакмы) – Муравский шлях, Изюмская и Кальмиусская сакмы. К Осколу от Муравского шляха вела Изюмская сакма. Восточнее Оскола, также по водоразделу, через броды на Тихой Сосне, устремлялась к Москве Кальмиусская сакма [1]. Последняя проходила по территории современных Красненского (через Куколов лес) и Красногвардейского районов. Здесь же для охраны рубежей были построены два участка Белгородской засечной черты: Верхососенский и Усёрдский.

Каждый город на черте имел свой участок, свою военную зону – Усерд 42 км, Верхососенск 14 км. Позднее они приобрели статус уездных городов. В Верхососенский уезд входило с. Большебыково. Усёрд и Верхососенск заселяли преимущественно «служилые люди по прибору»: стрельцы, пушкари, казаки, затинщики, воротники, позднее – драгуны, солдаты. Они «прибирались» на службу из различных слоев населения [2].

Интересно, что в исследовании И.В. Якунина приведена таблица «Число упоминаний (встречаемость) фамилий в Верхососенском уезде по документам за XVII и XVIII вв.» [9]. На основании таблицы он делает вывод, что сёла Расховец, Большебыково, Прилепы, Плюхино к моменту основания города Верхососенска уже существовали, так как в данных селах меньше всего фамилий, совпадающих с фамилиями уездного города. Таким образом, они были заселены до 1647 г. Данная мысль подтверждается фактом, что служилые люди из Усёрда и Верхососенска получали помимо денежного жалованья ещё и земельные наделы и основали село под Быковым лесом на месте старого городища [10].

Сёла Быково и Ураково входили в состав Коротоякского уезда с 1779 года. Л.М. Савелов писал, что «местность, занимаемая теперь Коротоякским уездом, можно сказать, лишь с конца XVI столетия фактически вошла в состав Московского государства, а до этого, как бы представляла нейтральную полосу между Москвой и ордами кочевников, посещаемую, как сторожами Москвы, наезжавшими для наблюдения за татарскими перелазами на реках Потудани и Тихой Сосны, так и татарами, пробиравшимися в Московию за наживою» [5].

Постоянное население появилось в здешних местах в середине XVII века. Но ещё в 1750 году в Москву доносили, что «вверх Ибля (Убли) и Потудани сентября 7 видели много людей, а по сакме смечает 30000, а бито тринадцать дорог до черныя земли» [5]. Н. Поликарпов в статье «Из истории заселения Коротоякского края» пишет: «Под защитой городов Коротояка, Урыва, Костенска, Острогожска, основанных почти одновременно, в промежутке между этими городами начинают появляться сёла и деревни, в которые поселялись обязанные быть на сторожевой службе в Коротоякском уезде дети боярские, черкасы и другие служилые люди» [4]. Таким образом, служилые люди, нёсшие охрану степных окраин, основали село Ураково. Поселенцы этих мест были «сведемцы» из разных городов: из Ефремова, Талицка, Лебедяни, Усёрда, Ельца, Старого и Нового Оскола, Усмани и Воронежа.

Итак, опираясь на гипотезу В.М. Щурова, что локальные традиции на юге России формировались вокруг городов-крепостей, расположенных по Белгородской черте, мы можем предположить, что стилевая близость музыкально-фольклорного материала сел, размещенных вокруг города Усёрда, объединяет их в одну локальную традицию [8]. Доказательством этого могут служить распространённые дворовые фамилии: Веретенниковы, Шишкины, Сапрыкины, Рощупкины, Новиковы, Сотниковы, Уколовы, бытующие в таких сёлах как Нижняя Покровка, Прудки, Сорокино, Большебыково Красногвардейского района, в сёлах Ураково, Камызино, Красное Красненского района.

Жители сёл Большебыково и Ураково в основном были служилыми людьми, многие из них были однодворцы. По словам Шишкина Петра Архиповича (1932 г.р.), «жили тут государевы крестьяне», которые в отличие, от других крепостных не имея над собой другого хозяина кроме как царя, жили богато, вольно и свободно. Так как в силу своеобразных земельных отношений жители практически не покидали пределов своего местожительства, в селах прилегающих к засечным городам сложилась замкнутая культура. Особенно это проявляется в костюме и песенном творчестве, что в большом количестве подтверждают фольклорные песни, дошедшие до нас с тех времён: мужская лирика – «Прибайкальские горы», «Во селе Булановке», «Ох, да ты же да взойди, ясное солнышко», «Где она живёт, моя раз-да-любезная», «Сидел ворон на белой берёзе», рекрутская (она же весенняя постовая) – «Там лятел павлин», плясовые – «Приехал гусарик к Марусе у гости», «Я поеду во Китай-город гуляти», поздние городские – «Отворю я клетки двери», «Папироска, друг мой тайнай», «Петь я песню начинаю», свадебные песни – «Ох, новое, кленовое колесо», «У Ахванасья на дворе», «Ох, речкя, ты, речкя Камышинка», «У в лузе калина увесь луг сукрасила», «Две дружки, две подружки каравай валяють», «Спасибо Василию на большом на даре», «Мятите двор всё метёлкою», «Ой, да каравай у круг столика пошёл», обрядовые игры, приуроченные к весне – «Селезень утицу загонял», «Кострома», «Что не йдуть?» (были распространены повсеместно и имели особые локальные черты исполнения, традиционные для определённого села – Большебыково, Ураково и пр.).

По утверждению старожилов, сёла Ураково и Большебыково названием обязаны природным условиям и ландшафтам. Так, в Ураково произрастало большое количество ракиты; Большебыково располагалось за Быковым лесом. С 1928 года село получило нынешнее название Большебыково (т.к. в Малобыково проживало сначала всего шесть семейств).

Таким образом, мы можем говорить, что песенные традиции восточной Белгородчины связаны с историческими процессами региона и перспективой их бытования в настоящее время.

Список литературы:

  1. Жиров, М.С. Народная художественная культура Белгородчины: учебное пособие для внешкольных, образовательных и досуговых учреждений, средне специальных и высших учебных заведений / М.С. Жиров. – Белгород, 2000. – 267 с.

  2. Загоровский, В.П. Белгородская черта / В.П. Загоровский. – Издательство Воронежского университета, 1968. – 295 с.

  3. Переверзев, Е.А. Этнографическое описание Воронежской губернии Коротоякского уезда 1849 года / Е.А. Переверзев // Афанасьевский сборник. Материалы и исследования. Выпуск XI. Фольклорно-этнографические материалы из архива Русского географического общества XIX века по Воронежской губернии. – Воронеж: Издательско-полиграфический центр «Научная книга», 2012 – С. 300-311.

  4. Поликарпов, Н. Из истории заселения Коротоякского края в ХVII столетии (1613–1705) / Н. Поликарпов // Памятная книжка Воронежской губернии на 1899 г. Воронеж, 1899. С. 14-33.

  5. Савелов, Л. М. Расположение курганов и городищ в Коротоякском уезде / Л. М. Савелов // Труды / ВУАК. Воронеж, 1902. – Вып. I. – Отдел I. – С. 115-121.

  6. Савелов, Л.М. Коротоякский уезд Воронежской губернии в археологическом отношении / Л.М. Савелов // Труды двенадцатого археологического съезда в Харькове 1902. – М., 1905. – Т.1. – С. 158-167.

  7. Фасмер, М. Этимологический словарь русского языка: В 4-х тт. / Под ред. Б. А. Ларина, пер. с нем. О. Н. Трубачёва. – 4-е изд., стереотип. – М.: АСТ, 2009. – Т. I – 592 с.; Т. II – 672 с.; Т. III – 832; T. IV – 864 с.

  8. Щуров, В.М. Южнорусская песенная традиция / В.М. Щуров. – М., 1987.

  9. Якунин, И.В. Коллекция исторических и генеалогических материалов по изучению истории населенных пунктов Верхососенского уезда или истоки населения верховий рек Тихой Сосны и Усёрда северо-запада Красногвардейского района Белгородской области (интернет-публикация). – М., 2002.

  10. www.bykowo.ru/fakty.html

Просмотров работы: 972