МИФОЛОГИЧЕСКАЯ ПРЕДФИЛОСОФСКАЯ КАРТИНА - Студенческий научный форум

V Международная студенческая научная конференция Студенческий научный форум - 2013

МИФОЛОГИЧЕСКАЯ ПРЕДФИЛОСОФСКАЯ КАРТИНА

 Комментарии
Текст работы размещён без изображений и формул.
Полная версия работы доступна во вкладке "Файлы работы" в формате PDF
Культура периода родоплеменных славянских союзов была достаточно высокой для своего времени. К сожалению, очень многое из культурного достояния древнерусского общества безвозвратно утрачено: в том повинны и безжалостное время, и стихийные бедствия, и многочисленные вражеские нашествия, перемежавшиеся княжескими междоусобицами. Но и то сравнительно немногое, что удалось сохранить и научно осмыслить, убедительно свидетельствует о наличии у наших далеких предков самых различных форм и проявлений духовной культуры, об их способности ценить прекрасное.

В культуре древних славян центральное место занимала языческая религия. Этим термином принято обозначать религиозные представления, которые, по словам академика Б.А. Рыбакова, являлись частью «огромного общечеловеческого комплекса первобытных воззрений, верований, обрядов, идущих из глубин тысячелетий и послуживших основой для всех позднейших мировых религий» [1, с. 42].

Вначале следует рассмотреть мифологический мир ведизма. Славяне – индоевропейцы. По языку и культуре славяне близки к другим индоевропейским народам. Индоевропейцы когда-то составляли единый этнос и имели единую религию – ведизм. Религию древних индоевропейцев наиболее полно сохранили Веды, Ригведы, книга священных гимнов древних ариев, покоривших Индию во II тысячелетии до н.э.

Древние индоевропейцы имели единую историю, потому их мифы в основе своей едины. И именно эти мифы сохранили славянские Веды: мифы о сотворении мира, о рождении богов, о борьбе богов, о Всемирном Потопе. В мифах древних славян, так же как в мифах иных индоевропейских народов, есть воспоминания об атлантах, погибших во время Всемирного Потопа (3247 г. до н.э.). Есть и описания мифологического мира: Белого света, населенного людьми и животными, рая – Ирия, где живут боги и праведники, и Пекла – темного царства, где властвуют силы тьмы и томятся грешные души [2].

Древним славянам были известны атланты-титаны – древние великаны, жившие на Земле до Потопа. Память о них сохранилась в фольклоре: славянские титаны – Святогор, Златогорка, Горыня, Дубыня и Усыня, Кашей.

Место, где разворачивается действие в славянских мифах, – северное и южное Причерноморье, обширнейший ареал от берегов Каспийского моря и волжских степей до Приднепровья и Малой Азии. Эти территории в древности были освоены ариями – предками славян и других индоевропейских народов.

В четвертом-пятом тысячелетии до нашей эры в ряде областей (Кавказ, южное Причерноморье и Малая Азия) произошла смена религиозного мировоззрения. Урана и Гею сменили боги доарийского пантеона Кроноса: титаны Иапет, его сыновья – Прометей, Атлант и другие. Так родились и завоевали небо боги атлантов.

В середине четвертого или в третьем тысячелетии часть ариев покинула места прежнего обитания, разделившись на два потока: одни двинулись в Переднюю Азию, Иран (а затем в Индию), а другие – на Балканы. Они несли с собой арийскую религию. Возглавлял ариев бог грозы и войны – Зевс (Перун). Арии несли с собой земледельческую культуру, обычаи общественной жизни и общественного устройства. Но если в Индии и Иране арийский пантеон богов пришел на смену древнейшим верованиям культа Земли и Неба, то в районе Причерноморья и в Греции арийским богам пришлось столкнуться с богами атлантов. Тогда и началась борьба богов и титанов. У греков Зевс свергнул Кроноса, а у славян – Перун (он позднее трансформировался в фольклорного Илью Муромца) стал бороться со Святогором. Арийские боги стали уступать место местничковым политеистическим богам.

История атлантов до Потопа – это вековая история борьбы атлантов с ариями. Этот период освещен мифами довольно слабо. Видимо и тогда существовали мифы о сотворении мира и человека, подобные библейским. Библейский рассказ о существовании рая и пришествия смерти возник еще во времена атлантов. Предки евреев – халдеи унаследовали его от шумеров, а те принесли его после Потопа с Кавказа, где они подверглись культурному влиянию со стороны атлантов.

В 3247 году до н.э. (согласно исчислению средневековых богословов) произошел Всемирный Потоп. Эта дата рассчитывалась, исходя из жизни библейских персонажей, и, вероятно, она отражает древнейшую традицию.

История этой эпохи, по-видимому, такова: землетрясение разрушило Дарданелльский перешеек. Воды Средиземного моря, хлынувшие в образовавшийся пролив, затопили побережье Мраморного и Черного морей. В результате многие города атлантов оказались под водой. Погибла древняя цивилизация.

Теперь в Малой Азии восторжествовала вера арийских племен. Тогда Гермес и Эпиган освободили Зевса из Корикийской пещеры, и Зевс навалил на змея-Тифона гору. В славянской мифологии Перуна из погреба освободили Велес, Хорс и Стрибог, и он же победил Скипера-зверя (в «Песнях птицы Гамаюн»).

Язычество древних славян ярко проявилось в языческих символах деревьев (райское дерево вырий, береза, дуб, сосна, рябина как ось мира, вертикаль, обозначающая сакральный центр), в мотивах северно-русской вышивки (где по сторонам дерева обычно помещаются всадники, звери или птицы), в скульптуре (статуи языческих богов из дерева или камня), в зодчестве (на передней части двускатной кровли русских жилищ вытесывали изображение конской головы или птицы), в узелковой письменности древних славян. Язычество — это, прежде всего, форма освоения человеком природы. Возникнув в глубокой древности, оно не было чем-то застывшим и окостеневшим. У русского книжника XII в. в «Слове об идолах» различается три этапа языческой культуры: 1) славяне сначала «клали требы упырям и берегыням»; 2) под влиянием средиземноморских культов славяне «начали трапезу ставити Роду и рожаницам»; 3) начали поклоняться «проклятому Перуну и Хорсу, и Мокоши, и Валам».

Несмотря на то, что вера в «упырей» и «берегынь» возникла еще в эпоху каменного века, она продолжала существовать и в более позднее время, в ней отразилось первобытное представление людей о том, что в окружающем мире действуют злые и добрые духи. Они находятся в состоянии непрерывной борьбы друг с другом. К злым духам славяне относили «упырей» — вампиров, якобы нападающих на людей и сосущих их кровь; оживающих мертвецов, оборотней, способных нанести живущим на земле серьезный ущерб. «Упырям» противостояли добрые духи — «берегыни», и люди всячески старались им помочь в этой борьбе путем произнесения заклинаний и ношения амулетов-оберегов. Злым духам люди также приносили жертвы, чтобы умилостивить их.

В ряде источников содержатся сообщения о том, что восточные славяне поклонялись и приносили жертвы колодцам, озерам, рекам, рощам. По-видимому, данный культ зародился тогда, когда праславяне жили в основном за счет охоты, рыболовства и собирательства. Леса и водные пространства ими почитались как священные, дающие пищу и воду.

Род и Рожаницы представлялись древним людям в виде божеств плодородия. Появление данного культа свидетельствовало о переходе праславян от кочевой жизни к оседлой, от различных промыслов к земледелию, благодаря которому жизнь стала более стабильной. Род представлялся праславянам творцом Вселенной. Он «вдувал» в людей жизнь, повелевал небом, распоряжался дождем, был тесно связан с земными водами и огнем, посылал на землю молнии. В его подчинении находилось и подземное царство. Вместе с Родом обычно выступали две Рожаницы — богини плодородия. Каждый год 9 сентября отмечался день Рода и Рожаниц. Это был праздник в честь завершения всего цикла земледельческих работ, на котором опробовались каши, творог, мед и другие «дары природы». У Рода были «помощники» — Ярило и Купала.

Бог Ярило олицетворял собой весну, пробуждающуюся от зимней спячки природу. Славянам он представлялся в виде молодого красивого юноши, ездившего по полям и селениям на белом коне в белой мантии. Считалось, что там, где Ярило проедет на своем коне, вырастет богатый урожай. Праздник его отмечался в начале или в конце весны. Он сопровождался красочными играми и плясками.

Купала рассматривался славянами как плодотворящее божество лета. Его день отмечался 24 июня. Празднику предшествовали «русалии» — торжества, посвященные нимфам полей и вод. Во время русалий людей обливали водой, девушек бросали в реки. Этими действиями славяне пытались вымолить у Купалы и русалок дожди, необходимые для богатого урожая. Вечером 23 июня на высотах зажигали костры, через которые молодежь прыгала попарно. Спускали с гор горящие колеса, стремясь, чтобы они потухли только после того, как коснуться воды. Это символизировало поворот солнца с лета на зиму.

Со временем Род потерял многие из своих функций. По более поздним славянским поверьям, небом стал владеть Сварог, которого стали считать верховным властителем Вселенной. Летописцу XII в. языческий бог Сварог представлялся реально существовавшим человеком, царем, при котором люди стали заниматься обработкой металлов, и перешли от полигамного брака к моногамному. Простой народ не разделял этого взгляда на Сварога. Он считал его богом — господином неба, которому подчиняется вся Вселенная.

Сыном Сварога считался Сварожич — бог огня, покровитель кузнецов и кузнечного дела. И не случайно, что такие слова, как «вар», «сварка», «варить железо», были тесносвязаны своими корнями с именами Сварога и Сварожича. Славяне почитали огонь, считая, что он прогоняет нечистую силу тьмы, мрак и холод. Нельзя на огонь плевать, бросать в него нечистоты, топтать ногами, в противном случае, считалось, что он может жестоко отомстить. Разводить его следовало в полном молчании, не оглядываясь назад. По славянским поверьям, огонь прогонял демонов болезней. Если возникали эпидемии, то жители вокруг своих сел разводили очистительные костры. Несмотря на то, что славянам с давних пор было известно как делаются дымоходы, они предпочитали топить свои избы по-черному, веря в очистительную силу огня.

Весьма почитался славянами бог Велес (Белес). Его считали покровителем скота и скотоводов. По-видимому, его культ зародился в те времена, когда праславяне научились приручать диких животных. Праздник Велеса отмечался в начале января (2 и 6 числа). К этому дню выпекалось особое печенье в виде домашних животных. Люди рядились в звериные маски, надевали на себя вывороченные тулупы. Считалось также, что «скотский бог» способствует обогащению людей. Именно эта функция Велеса позднее, с усложнением общественных отношений, выдвигается на первое место в его культе. Велес — покровитель богатства, торговли и даже поэзии (Боян — «Велесов внук» в «Слове о полку Игореве»). Именем Велеса клялись русские князья, их дружинники и послы при заключении мирных договоров с византийскими монархами в X в.

В этих договорах на первом месте стояло имя Перуна. В договоре 944 г. князя Игоря с Византией прямо говорится, что в случае его нарушения русами-язычниками они в дальнейшем «не имут помощи... от Перуна, да не ущитятся щиты своими, и да посечени будуть мечи своими, от стрел и от иного оружия своего, и да будуть раби в весь век будущий». Из этих слов видно, какое большое значение придавала военная знать Перуну в X столетии. Однако Перун стал считаться покровителем воинов в эпоху военной демократии, когда из общей массы славян выделились воины-профессионалы и когда последние стали утверждать свое привилегированное положение в обществе. Тогда Перун «захватывает» верховную власть над остальными языческими богами, вытесняет Сварога на второй план, за которым остается право покровительствовать ремесленникам, занимающимся обработкой металлов.

Прежде Перун считался у славян повелителем грома и молний. Они полагали, что Перун пускает свои стрелы-молнии из огромного лука-радуги. Иногда его молнии изображались в виде железных мечей. Искры, высекаемые из камня, также рассматривались как его неотъемлемая принадлежность. Славяне утверждали, что молниями Перун рассеивает тучи, оплодотворяет землю дождями, выводит солнце из облаков. С помощью его творческой силы пробуждается вся природа. Зимой Перун лежит в туче-гробу, а весной оживает, раскалывает своими молниями тучу и начинает действовать. Праздник Перуна отмечался ежегодно 20 июля. В этот день ему приносили кровавые жертвы. Иногда это был бык, иногда петух — птица, посвященная богу-громовику, символизировавшая собой счастье и плодородие. Перуну посвящался один из дней недели, а именно — четверг. Славяне верили, что в четверг следует начинать любое дело, поскольку этот день считался удачным для всякого предприятия.

Обычаи и обряды древних славян тесно связаны с природными силами. Непрерывная борьба и поочередная победа светлых и темных сил природы наиболее зримо запечатлена в представлениях славян о круговороте времен года. Его исходной точкой было наступление нового года — рождение нового солнца в конце декабря, празднование, получившее у славян греко-римское название «коляды» (calendae — первый день нового месяца). Полную победу нового громовника над зимой — «смертью» в день весеннего равноденствия справляли обрядом похорон Марены. Сюда же относится обычай ходить с маем (символом весны), маленькой елкой, разукрашенной лентами, бумагой, яйцами. Божество солнца, провожаемого на зиму, получило название Купалы, а также Ярилы и Костромы. В одном из старинных памятников XVII в. он описывался следующим образом: Вечером накануне Иванова дня собираются вместе молодцы и девушки и плетут венки из разных цветов, надевая их на голову или привешивая у пояса. Они зажигают костер и, взявшись за руки, пляшут кругом него и поют песни, в которых часто упоминают Купалу. Потом они перепрыгивают через огонь.

Сожжение или потопление в реке соломенного чучела или другого изображения Купалы напоминает о связи праздника с солнечным божеством.

Архаичные народные праздники вроде новогодних гаданий, разгульной масленицы, хороводов и зеленых березок — «семика», «русальной недели» и других сопровождались заклинательными магическими обрядами и были своего рода молениями богам об общем благополучии, урожае, избавлении от грозы и града. Так, в несколько мрачный Ильин день, русские крестьяне еще в XIX в. закалывали выкормленного всем селом быка в честь повелителя Молний, воспреемника древнего Перуна.

Большие глубокие сосуды в Древней Руси именовали чарами и использовали для новогоднего гаданья об урожае (чародейство). На них часто изображали 12 разных рисунков, составлявших замкнутый круг, — символ 12 месяцев. В селе Лепесовке на Волыни было обнаружено древнее святилище, так называемой, Черняховской культуры II—IV вв. Алтарь святилища был сложен из осколков больших глиняных чаш. По венчику одной из них шел орнамент из 12 прямоугольных рамок с разными рисунками. Среди них три косых креста, обозначавших три срока главных солнечных праздников: 25 декабря, 25 марта и 24 июня. На трех других рисунках изображались рало, колосья и плетенки льна, что сопоставимо с месяцами: апрелем — пахота ралом, августом — уборка урожая и октябрем — трепка льна. Лепесовская чара — типичный ритуальный сосуд древних славян, предназначенный для новогодних гаданий. Найдены и идентифицированы также сосуды, использовавшиеся для обрядов сева-жатвы, весенне-летних водных обрядов, проводившихся в священных рощах, у родников и связанных с богиней-девой, покровительницей плодородия [1].

К моменту принятия христианства славянская религия не успела еще выработать строгих форм культа, поэтому формировалось двоеверие: язычество и христианство. Жрецы еще не выделились в особое сословие. Жертвы родовым и небесным богам приносили представители родовых союзов, а о сношениях с низшими демонами земли, об избавлении людей от их вредного влияния и о получении от них разных услуг заботились вольнопрактикующие волхвы. Место жертвоприношения, капище, не превратилось в храм даже и тогда, когда на этом месте стали ставить капь-идола, изображающего богов (капь—капище).

При воцарении в Киеве Владимира им была произведена в 980 г. своего рода языческая реформа. Стремясь, очевидно, поднять древние народные верования до уровня государственной религии, рядом со своими теремами, на холме, князь приказал поставить деревянные кумиры шести богов: Перуна с серебряной головой и золотыми усами, Хорса, Даждьбога, Стрибога, Семаргла и Макоши. Владимир установил будто бы даже человеческие жертвоприношения этим богам, что должно было придать их культу трагический, но в то же время и очень торжественный характер.

Культ главного бога дружинной знати был введен в Новгороде Добрыней. Вокруг идола Перуна там горело восемь негасимых костров, а память об этом вечном огне сохранялась у местного населения вплоть до XVII в.

К концу языческого периода в связи с развитием дружинного элемента сильно усложнились погребальные обряды славян. Со знатными русами сжигали их оружие, доспехи, коней. По свидетельству арабского путешественника Ахмеда Ибн-Фадлана, совершившего поездку в Волжскую Болгарию в качестве посла багдадского халифа, он наблюдал русские похороны и описал ритуальное убийство на могиле богатого руса его жены.

Огромный курган высотою с четырехэтажный дом («Черная Могила» в Чернигове) подтверждает это. Здесь, по преданию, был похоронен черниговский князь. В процессе раскопок в кургане были найдены золотые византийские монеты, оружие, женские украшения, турьи рога, окованные серебром, с чеканными узорами былинного сюжета—смерти Кащея Бессмертного в черниговских лесах.

С древнейших времен человек, охраняя себяот злых сил, покрывал одежду и жилище изображениями — оберегами, сплетая охранительную символику в единый образ мироздания. Именно таковы уборы древнерусских княгинь времен двоеверия (язычества и христианства) и изображения на фасадах русских изб, сохранившиеся на Севере до настоящего времени.

Головной убор княгини символизировал небо и увенчивался диадемой с изображением главнейших небесных сил, в центре находился Даждьбог или Христос (в зависимости от того, языческим или христианским был весь убор). Чело княгини украшали височные кольца, означающие движение солнца по небу. Вниз от венца спускались цепи — рясны, символизирующие воздушное пространство. Они покрывались изображениями либо струй дождя, либо птиц, либо семян, падающих с неба. К ряснам привешивались колты (подвески) с изображением русалок, крылатых вил, орошающих поля. Эти колты находились на одном уровне с ожерельями, изображающими распустившиеся ростки. На женских браслетах, как правило, были представлены картины русалий (весенних праздников в честь богинь — подательниц дождя). Наконец, на шею надевалась длинная цепь с двумя головами Ящера, скрепленными кольцом, символизирующим солнце. Так в женском костюме была отражена вся картина миросоздания — небо, земля и подземный мир.

На фасаде русской избы изображались небеса и ход солнца. Небо представлялось двухслойным, состоящим из «тверди» и «хлябей», т.е. неиссякаемых запасов воды. Хляби изображались волнистыми линиями. На тверди, располагающейся ниже хлябей, было показано положение солнца в трех позициях — утром, в полдень и вечером; чтобы подчеркнуть, что оно движется ниже хлябей, изображения светила помещали на деревянных «полотенцах», спускавшихся с крыши. Особенно богато украшалось узором центральное «полотенце», символизировавшее полдень, — там ярко светящее солнце изображалось несколько раз, либо знак солнца (круг, разделенный на восемь секторов) дублировался коньком крыши, означавшим Солнце-коня. На Центральном «полотенце» часто помещали и громовой знак (круг, разделенный на шесть секторов) — символ Рода или Перуна, оберегавший дом от попадания в него молнии.

Сведения об обычаях славянских племен дошли до нас из сочинений римских, византийских и арабских авторов I тыс. н.э. Так, интересные сведения о военном искусстве славян сообщает византийский трактат «Стратегикон», написанный на рубеже VI—VII вв. н.э.:«Опытны они и в переправе через реки, превосходя в этом отношении всех людей. Мужественно выдерживают они

пребыванием в воде, так что часто некоторые из числа остающихся дома, будучи застигнуты внезапным нападением, погружаются в пучину вод. При этом они держат во рту специально изготовленные выдолбленные внутри камыши, доходящие до поверхности воды, о сами, лежа навзничь на дне реки, дышат с помощью их; и это они могут проделывать в течение многих часов, так что совершенно нельзя догадаться об их присутствии».

Первые оригинальные сочинения восточных славян относятся к концу XI в. и в них строй жизни предков описывается сквозь призму христианского мировосприятия с резко негативными оценками. Вот как «Повесть временных лет» описывает законы, предания и нравы разных племен.

Поляне имеют обычай отцов своих кроткий и тихий, стыдливы перед снохами своими и сестрами, матерями и родителями; имеют и брачный обычай: не идет зять за невестой, но приводят ее накануне, а на следующий день приносят за нее — что дают. А древляне жили звериным обычаем, жили по-скотски, убивали друг друга, ели все нечистое, и браков у них не бывало, но умыкали девиц у воды. А радимичи, вятичи и северяне имели общий обычай: жили в лесу, как звери, срамословили при отцах и при снохах. И браков у них не бывало, но устраивались игрища между селами, и сходились на эти игрища, на пляски и на всякие бесовские песни и здесь умыкали себе жен по сговору с ними; имели же по две и по три жены. И если кто умирал, то устраивали по нем тризну... мертвеца сжигали, а после, собрав кости, вкладывали их в небольшой сосуд и ставили на столбах при дорогах, как делают и теперь еще вятичи. Этого же обычая держались и кривичи и прочие язычники, не знающие закона божьего,но самисебе устанавливающие законы.

Культура древних славян очень богата. Славяне – самая многочисленная ветвь народов индоевропейской языковой группы. В середине VI-VII вв., в самый разгар великого славянского расселения, впервые появляется в источниках имя народа «русь» или «рос». К этому же времени относится основание города Киева на Днепре.

Итак, в VI веке в Среднем Поднепровье складывается мощный союз славянских племен, принявший имя одного из них – народа РОС или РУС. В VI-VII вв. русский союз племен (поляне, древляне, кривичи, северяне и др.) выдержал натиск кочевых, воинственных народов. Киев, державший ключ от днепровской магистрали и укрытый от степных набегов всей шириной лесостепной полосы, стал естественным центром процесса интеграции восточнославянских племенных союзов.

В ранней русской истории отчетливо вырисовывается противостояние двух центров формирующейся русской государственности – Киева и Новгорода. Известно, что первым князем был Рюрик, которого пригласили «из-за моря» на княжение (вместе с братьями Синеусом и Трувором) ильменские славяне. На земле славян они поставили город Ладогу, где и остановился Рюрик. И лишь после смерти братьев он отправился к Ильменю и заложил Новгород [3]. Объединение северных славянских племен под властью Новгорода системой торговых путей, рек и волоков было связано с двумя направлениями. Первый из них – южный путь – «из варяг в греки», второй – восточный – через притоки Верхней Волги и по самой этой реке, к Каспийскому морю – со Средней Азией, арабским миром, и эта торговая артерия не уступала по своему значению южному пути. Таким образом, в Древней Руси существовали два вполне самостоятельных друг от друга региона с различными культурными традициями, поклонением разным политеистическим богам, языковыми диалектами, внешнеэкономическими устремлениями, денежно-весовыми системами, формирующимися формами государственности (вечевым строем на севере и аристократической формой власти на юге) В эпоху образования единого государства Русь первостепенной задачей князя Владимира Святославича становится преодоление различий между этими регионами. Сначала он предпринял неудавшуюся попытку создать пантеон, в котором были представлены божества разных земель и народов, живших в пределах Древней Руси. На втором этапе выбор сосредоточился на византийском православии.

Византийские историки оставили нам описания древних славян, которые изображались бодрыми, сильными, неутомимыми. Презирая невзгоды, свойственными северному климату, они сносили голод и всякую нужду, питались грубой сырой пищей, любили движения, деятельность, были выносливыми и терпеливыми. Славяне удивляли византийцев своей быстротой, тем, с какой легкостью восходили они на крутизну, спускались в расселины, бросались в опасные болота и глубокие реки. Полагая главным для мужчины, крепость тела, силу в руках и легкость движений, славяне мало заботились о своей наружности: в грязи и пыли, без опрятности в одежде они являлись на многолюдные собрания. Греки, осуждая эту неаккуратность, хвалили стройность славян, высокий рост и мужественную приятность лица.

Воинами славяне были отважными. Византийские историки пишут, что помимо обычной храбрости они обладали особым искусством биться в ущельях, скрываться в траве, изумлять неприятеля внезапным появлением. Греки, озлобленные этим, безжалостно терзали славян, которые попадались к ним в руки. Но те сносили всякие испытания с удивительной твердостью, без воплей и стонов, умирая в муках, но не отвечали ни слова на расспросы врагов. Славяне свирепствовали в Византийской империи, не щадя собственной крови, для приобретения вовсе ненужных им драгоценностей: вместо того, чтобы пользоваться ими, они обычно зарывали их в землю.

Славяне не знали ни лукавства, ни злости, хранили древнюю простоту нравов, неизвестную (забытую) греками; обходились с греками дружелюбно и всегда назначали срок для их рабства, отпуская их на волю или позволяя выкупать себя, чтобы они могли возвратиться домой, либо жить с ними на свободе.

Летописцы единогласно славят общее гостеприимство славян. Путешественника встречали с радостью, провожали с благословением и сдавали друг другу на руки. Хозяин отвечал за безопасность чужеземца. Он оставлял дверь своего дома открытой и готовую пищу для странника. Купцы и ремесленники охотно посещали славян, которые не угрожали им ни воровством, ни разбоем, ни рабством. Бедному человеку, не имевшему средств хорошо угостить иностранца, позволялось украсть все необходимое у богатого соседа. Долг гостеприимства оправдывал преступление.

Как и другие народы на ранней стадии развития древние славяне имели довольно жестокие обычаи. Так мать, воспитывая детей, готовила их быть воинами и непримиримыми врагами тех людей, которые оскорбили бы их ближних. Страх неумолимой мести иногда предотвращал злодеяния: в случае убийства не только сам преступник, но и весь его род, ожидал гибели от детей убитого, которые требовали крови за кровь. Когда семейство было слишком многочисленным, всякая мать имела право умертвить новорожденную дочь (но не сына). Этому обычаю не уступал и второй: право детей умерщвлять старых и больных родителей, тягостных для семейства и бесполезных для общинников.

Греческий историк Геродот в VI в. до н.э. описывал славян как «псоголовых» и «рычащих». Это было, по-видимому, связано с тем, что славяне одевались в шкуры зверей, выделывая их так, что вместо шапки на своей голове имели морду этого зверя. Говорили же славяне, не применяя в своей речи гласных звуков, и твердо произносили букву «р», как и до сегодняшнего дня это принято в русском языке.

Образованию Древнерусского государства предшествовал период военной демократии у славян. Это была последняя стадия первобытнообщинного строя. В период военной демократии (примерно V – VIII вв.) постепенно прекращали свое существование крупные производственные родовые коллективы. Повсеместно они заменялись территориальными или соседскими общинами, объединявшими в себе малые индивидуальные семьи. Малые семьи, проживавшие на определенной территории, совместно пользовались водными источниками, пастбищами, лугами, лесами. Главным занятием малых семей было земледелие. Славяне также занимались разведением скота и домашней птицы, охотой, рыболовством, бортничеством, собирательством. На общих сходках (вечах) взрослые члены общин (преимущественно мужчины) решали важнейшие вопросы. В случае нападения врагов все взрослое мужское население вооружалось, объединялось в отряд, выбирало себе предводителя и вступало под его руководством в военные действия. Славянские племена, жившие в пограничной со степью полосе, постоянно подвергались нападениям кочевников. Защита родных очагов требовала выделения из славянской среды воинов-профессионалов. Эти люди объединялись в дружины. Под руководством выбранного из своей среды князя дружинники сами совершали набеги на соседние племена и народы. Княжеская дружина представляла собой вольное военное товарищество. Дружинники-воины – свободные люди, клятвенно обязавшиеся служить своему князю на поле брани. Отношения дружинника к князю определялись свободной связью службы и верности.

В результате развития такого специфического института как дружины и их захватнических, грабительских походов в условиях строя военной демократии появляются первые ростки социального расслоения. Отдельные князья постепенно накапливают в своих руках большие богатства. Это приводит к тому, что они становятся могущественными людьми в обществе. Опираясь на свои дружины, они могут уже игнорировать в какой-то мере общественные обычаи и порядки, влиять на решения важнейших вопросов.

В процессе формирования и становления русской государственности немаловажную роль сыграла культура древних славян. Как было сказано выше, ее центральным звеном были религиозные представления, называемые язычеством. Языческие символы проявлялись в славянском фольклоре, в мотивах северно-русской вышивки, в скульптуре, в зодчестве, в узелковой письменности древних славян [4].

Когда в эпоху военной демократии из общей массы славян выделились воины-профессионалы и когда последние стали утверждать свое привилегированное положение в обществе, покровителем воинов стал считаться Перун. Тогда Перун «захватывает» верховную власть над остальными языческими богами, вытесняет Сварога на второй план. За последним остается право покровительствовать ремесленникам, занимающимся обработкой металлов. Прежде Перун считался у славян повелителем грома и молний. Славяне утверждали, что молниями Перун рассеивает тучи, оплодотворяет землю дождями, выводит солнце из облаков.

При воцарении в Киеве Владимира им была произведена в 980 г. своего рода языческая реформа. Стремясь, очевидно, поднять древние народные верования до уровня государственной религии, рядом со своими теремами, на холме, князь приказал поставить деревянные кумиры шести богов: Перуна с серебряной головой и золотыми усами, Хорса, Даждьбога, Стрибога, Семаргла и Мокоши. Владимир установил будто бы даже человеческие жертвоприношения этим богам, что должно было придать их культу трагический, но в то же время и очень торжественный характер.

Необходимо более подробно рассмотреть языческую реформу князя Владимира, которая является одним из самых значительных событий, повлиявших на все сферы общественной жизни славян. В «Повести временных лет» в 980 г. говорится, что князь Владимир Святославич, захватив Киев и начав в нем княжить, приказал «постави кумиры на холму вне двора теремного: Перуна деревяна, а главу его серебрену, а ус злат, и Хорса, и Даждьбога, и Стрибога, и Семаргла, и Мокошь». По-видимому, реформа предполагала реорганизацию самого язычества с целью придания обрядам более широкого общественно-политического звучания. По мере того как власть отделялась от общества, боги отделялись от народа непроходимой чертой величия. Интересно, что в этом пантеоне мы не встречаем ни Рода и Рожаниц, ни Сварога, ни Сварожича, ни Велеса. Скорее всего, языческий пантеон Владимира был предназначен для моления не простых людей, а для киевской знати, проживавшей на Горе, недалеко от княжеского дворца, и предпочитавшей поклоняться иным языческим богам. Не случайно Перун возвышен над всеми остальными божествами. На него опиралась дружина.

Много неясного в реформе Владимира. Почему именно шесть божеств? Есть ли какой-нибудь смысл в самой численности? Предполагалось, что это число совпадало с количеством племен, входивших в состав Руси того времени: поляне, древляне, северяне, дреговичи, кривичи, полоцкие и словене новгородские. Но в это время, похоже, чисто племенная связь с божествами уже была утрачена, и все они получали и какое-то функциональное значение.

В Детинце князя Владимира был Даждьбог, сын Сварога, олицетворявший собой солнце. Славяне верили, что Даждьбог живет далеко, где находится страна вечного лета. Каждое утро он выезжает на своей светозарной колеснице и совершает круговой объезд по небу.

Божеством, близким к Даждьбогу, был Хорс. Хорс – бог Солнца и солнечного диска. Он представлялся славянам белым конем, совершающим свой бег над землей с востока на запад. У славян конь считался священным животным. Славяне думали, что они отгоняют злых духов и связывают небо и землю, богов и людей.

Богом ветра, бури, урагана и вообще всякой непогоды у славян считался Стрибог. Возможно, что Стрибогу приписывалась и власть над звездами. Дружинная знать на Руси, постоянно принимавшая участие в военных походах, конечно, нуждалась в помощи этого бога, особенно во время морских путешествий киевских князей.

В ряду Владимировых идолов стоит Семаргл. Исследователи считают Семаргла богом незначительным, божеством низшего порядка. Это священный «крылатый пес», охраняющий семена и посевы, олицетворение «вооруженного добра». В более позднее время, уже после принятия христианства на Руси, Семаргл стал называться Переплутом, который, по некоторым данным, считался богом подземного мира.

И, наконец, упомянем о богине Мокошь. Она была покровительницей женщин и женского рукоделья, символом домашнего уюта. Мокошь – мать счастливого жребия. Она – пряха, прядет нити судьбы. Мокошь ходит по Земле в виде молодой женщины и примечает, как живут люди, как они соблюдают обычаи, запреты. В более поздние христианские времена ее стали называть Параскевой Пятницей. Наличие статуи Мокоши на горе говорило о том, что представительницы «прекрасного пола» играли заметную роль во многих делах.

Поклонение идолам сопровождалось языческими ритуалами, которые не уступали христианским обрядам в пышности, торжественности и воздействии на психику людей. Более того, у восточных славян были деревянные, рубленые языческие храмы. Святилища славянской древности не были зданиями с массивными конструкциями и замкнутым пространством. Божества в представлениях древних славян – не умозрительные абстракции. Они сохраняли связь с природой и ее явлениями. Поклонение таким божествам не требовало отрешенности от мира в замкнутых пространствах, подобных тем, какие создавались в христианских храмах. Скорее, обряды совершались в природном окружении, и храм был не вместилищем людей, а центром, отмечавшим место их сбора, где хранились предметы поклонения. Культовыми действиями руководили жрецы (волхвы).

Язычество оставалось более или менее однотипным, пока речь шла о взаимоотношениях человека и природы, а принцип социального равенства не пробуждал соперничества между племенными божествами. Но положение резко изменилось, как только язычеству пришлось перестраиваться вслед за ускорявшимся социальным расслоением. Это был болезненный и противоречивый процесс. Традиции вступали в конфликт с новшествами.

Однако часы официальной языческой религии были уже сочтены. Формирующееся в конце X века новое государственно-феодальное образование нуждалось в обновлении и реальном духовном сплочении различных княжьих земель.

Религиозный выбор был сделан тем же Владимиром, еще недавно возвысившим Перуна над всеми языческими богами. Крестив Русь православным, византийским крестом (988 г.), Владимир сделал тем самым и культурный, и исторический выбор, открыв путь к самобытности русской культуры в противостояние ее языческих традиций христианским.

Продолжительное время духовная жизнь на Руси определялась явлением, которое принято обозначать как православно-языческий синкретизм. Возникшая на Руси уже в XI веке ситуация «двоеверия» сказывалась на всех уровнях средневекового общественного сознания. Двоеверие не замыкалось в кругу верований и обрядов, оно оказывало большое воздействие и на развитие философско-мировоззренческих идей, включая нравственные нормы, эстетические представления, формы общественного устройства [5].

Мифологическое мировоззрение, казалось, было оттеснено и уничтожено, и вместе с тем оно продолжало жить под покровом новых религиозных образов и обрядов, являясь той основой, на которую накладывались краски византийской образованности. Отдельные оригинальные древнерусские памятники тяготеют то к одному, то к другому источнику «синкретического» мировоззрения, но неизменно имеют признаки их обоих [6].

В результате, несмотря на всевозрастающее влияние православия и постепенное изживание прежней мифологической системы взглядов, на Руси утверждался иной, чем в Византии, религиозно-мировоззренческий идеал, который далеко не во всех чертах повторял свой исходный прототип.

ЛИТЕРАТУРА

  1. Чернышева, Н.А. Культура древних славян / Н.А. Чернышева // История культуры России. Курс лекций для негуманитарных специальностей. – М.: О-во «Знание» Российской Федерации, 1993. – 78 с.

  2. Асов, А.И. Русские Веды / А.И. Асов. – М.: ФАИР-ПРЕСС, 2003. – 385

  3. Никитин, А. Первый Рюрик – миф или реальность? /А. Никитин // Наука и религия, 1991. – № 4. – С. 15 – 37.

  4. Барашков, А. Узелковое письмо древних славян / А. Барашков // Наука и религия, 1992. № 4. – С. 13 – 24, № 5. – С. 15 – 31.

  5. Синкретизм восточных и западных религий. – М.: ТЕРРА, 1900. – Т. 1. – 267 с. – Т.2. – 322 с. – Т.3. – 335.

  6. Нагевичене, В.Я. Мифологическая предфилософская картина древних славян / В.Я. Нагевичене. – Челябинск: Издательство ЮУрГУ, 2007. – 32 с.

Просмотров работы: 2338