ПОПЕЧИТЕЛИ ЦЕРКОВНЫХ ШКОЛ В ДОРЕВОЛЮЦИОННОЙ РОССИИ - Студенческий научный форум

IV Международная студенческая научная конференция Студенческий научный форум - 2012

ПОПЕЧИТЕЛИ ЦЕРКОВНЫХ ШКОЛ В ДОРЕВОЛЮЦИОННОЙ РОССИИ

 Комментарии
Текст работы размещён без изображений и формул.
Полная версия работы доступна во вкладке "Файлы работы" в формате PDF
Работа выполнена в рамках реализации ФЦП «Научные и научно-педагогические кадры инновационной России» на 2009-2013 годы

В развитии церковных школ  в дореволюционной России посильную помощь оказывали отдельные личности. Ими были попечители и попечительницы православного вероисповедания (в особых случаях лица инославного христианского вероисповедания), которые содействовали учреждению школы или жертвовали средства на её содержание. Лицо, учредившее школу на собственные средства, утверждалось епархиальным архиереем в звании попечителя этой школы. Те же, кто обнаруживал «особую ревность в распространении народного образования в духе православной церкви», утверждались Св. Синодом в звании почетных попечителей церковных школ одного или нескольких благочиннических округов [3]. Если школа открывалась обществом или учреждением, то они сами избирали из своей среды попечителя.

Но исполнять обязанности попечителя могли не все. Такого права по решению Св. Синода лишались содержатели питейных заведений и их служащие.  Попечители, в продолжение трех лет ничем не заявившие своей заботы о школе, считались сложившими с себя звание попечителя [5, с. 64, 67].

Попечители обладали определенными правами. В частности, могли участвовать в собраниях Училищного Совета при Святейшем Синоде, состоять членами Епархиальных Училищных Советов, присутствовать на заседаниях Уездных Отделений Епархиальных Училищных Советов. По «Правилам о церковно-приходских школах» 1884 г., они имели право ходатайствовать о нуждах вверенных им церковно-приходских школ как перед местным начальством, так и в высшем духовном управлении [2]. По «Правилам о школах грамоты» 1891 г. попечитель вместе с приходским священником должны были заботиться об устройстве школьного посещения, о начале школьного учения, об исправном посещении учениками храма,  то есть в основном  о хозяйственной части учебного заведения [1]. Но в тоже время, попечителям предоставлялось право присутствовать «при испытании учащегося и оценивать его знания», если он окончил курс в учебном заведении не ниже уездного училища. Так же он мог входить в состав экзаменационной комиссии соседней церковной школы и в совет при воскресной школе [5, с. 67].

Особые права были у попечительницы  главной в Российской империи церковно-учительской школы - Свято-Владимирской в Санкт-Петербурге. Она, в отличие от других,  «ведала»  не только хозяйственной частью, но и учебной. В частности, являясь председателем совета школы, осуществляла «непосредственный надзор за ходом преподавания и воспитания», избирала и увольняла «всех должностных лиц в школе», распоряжалась финансовыми средствами [5, с. 67].

 Вообще же деятельность попечителей в России регламентировалась «Правилами для попечителей и попечительниц церковных школ» 1898 г.

В числе попечителей встречались представители всех сословий. Во Владимирской епархии попечительская деятельность была более характерна для представителей третьего сословия. Так, в 1898г. попечителей из дворян было 18, из купцов - 70, из мещан - 19, крестьян - 60, прочие - 29 [ 6, с. 161].  Безусловно, школа, имевшая попечителя  из высшего сословия, могла рассчитывать  на значительные ассигнования.  Попечителями могли быть как лица мужского, так и женского пола. Но на практике первые превалировали над вторыми. Но попечителей имели не все церковные школы  Российской империи.

Попечители сельских школ из крестьян пользовались привилегиями, а именно: освобождались от натуральных повинностей и телесных наказаний.

Таким образом, институт попечительства в дореволюционной церковно-школьной образовательной системе играл значительную роль в содержании школ. Имея определенные права и обязаннности, они в основном решали хозяйственные вопросы. Попечители церковных школ, в отличие о земских, несли «обязанности распорядителей» и были лишь «почетными опекунами школ», на нравственной основе которых  лежали «заботы» об их «материальном процветании и развитии» [6, с. 160].

Литература

  1. Вестник владимирского губернского земства . - 1891. - № 12.- С. 476.
  2. Владимирские епархиальные ведомости. - 1886. - № 16.- С. 387.
  3. Государственный архив Костромской области. Ф. 438. Оп. 1. Д. 1181. Л. 116.
  4. Красницкая Т.А. Начальное духовное образование в провинциальной России.XIX-начало XX вв. ( на материалах Владимирской и Костромской губерний). - Шуя, 2006.
  5. Настольная книга по церковно-школьному образованию /Сост. В. Лотоцкий, Г. Сендульский. - Одесса, 1903.
  6. Сборник статистических и справочных сведений по народному образованию во Владимирской губернии. Выпуск III. Положение начального народного образования во Владимирской губ. в 1898 г. - Владимир на Клязьме, 1900.
Просмотров работы: 64