ЛИЧНОСТНЫЕ И АФФЕКТИВНЫЕ ПРЕДИКТОРЫ АГРЕССИИ ДЕВУШЕК И ЖЕНЩИН - Студенческий научный форум

III Международная студенческая научная конференция Студенческий научный форум - 2011

ЛИЧНОСТНЫЕ И АФФЕКТИВНЫЕ ПРЕДИКТОРЫ АГРЕССИИ ДЕВУШЕК И ЖЕНЩИН

 Комментарии
Текст работы размещён без изображений и формул.
Полная версия работы доступна во вкладке "Файлы работы" в формате PDF

Одной из главных задач профилактики агрессивного и, в частности, аутоагрессивного поведения является выявление их личностных предикторов для локализации групп повышенного риска, их мониторинга и фокусирования превентивных программ.

С целью выявления личностных предикторов гетеро- и аутоагрессии исследованы 30 девушек и женщин 16-23 (18,9±0,2) лет.

Методы исследования: "Big five", "Temperament and Character Inventory" C.R. Cloninger (TCI-125), "Buss-Perry Aggression Questionnaire" (BPAQ), "Suicidal Behaviors Questionnaire - Revised" (SBQ-R), "Positive and Negative Suicidal Ideation (PANSI) Inventory", "Toronto Alexithymia Scale" (TAS), "Beck Depression Inventory" (BDI), "Self Rating Depression Scale" (SRDS) и "Self Rating Anxiety Scale" (SRAS) W.W.K. Zung.

Статистическая обработка проводилась с использованием программного обеспечения "Statistica 8.0" и включала использование параметрических и непараметрических критериев достоверности полученных результатов, корреляционный анализ. Рассчитывали коэффициент детерминации («квадрат коэффициента корреляции»), показывающий, в какой степени изменчивость одной переменной обусловлена (детерминирована) влиянием другой.

Результаты исследований и их обсуждение

Из факторов "Big five" статистически достоверную связь с компонентами агрессии (BPAQ)  демонстрируют факторы «нейротизм» и «сознательность». С этими факторами коррелируют когнитивный и поведенческий (но не эмоциональный) компоненты агрессии. Фактор «сознательность» отрицательно коррелирует с враждебностью (r=-0,548±0,160; t=3,4; p<0,001) и физической агрессией (r=-0,374±0,178; t=2,1; p<0,05). Фактор «нейротизм», напротив,  положительно коррелирует с враждебностью (r=0,431±0,173; t=2,4; p<0,05) и, на грани со статистической достоверностью, - с физической агрессией (r=0,359±0,179; t=1,9; p<0,1). Фактор «дружелюбие» демонстрирует лишь тенденцию к отрицательной связи с физической агрессией (r=-0,332±0,181; t=1,8; p<0,1). Расчет коэффициента детерминации показывает, что влияние факторов личности «большой пятерки» оказывает влияние на изменчивость компонентов агрессии в размере от 12,8% (влияние фактора «нейротизм» на варьирование поведенческого компонента агрессии) до 30,0% (влияние фактора «сознательность» на когнитивный компонент).

Полученные результаты расширяют спектр известных личностных предикторов различных компонентов агрессии (что отчасти может объясняться гендерными различиями исследованных выборок): так, ранее отмечалось, что низкий уровень «дружелюбия» может рассматриваться в качестве наиболее важного личностного предиктора физической агрессии [1] и делинквентного поведения (в формировании которого также отмечалось участие факторов «сознательность» и «нейротизм») [2].

Из четырех факторов темперамента TCI-125 с установленной нейробиологической и генетической детерминацией положительную связь с когнитивным компонентом агрессии («враждебность»)  демонстрируют факторы «избегание вреда» (r=0,432±0,184; t=2,3; p<0,05) и, на грани со статистической достоверностью,  - «поиск новизны» (r=0,344±0,191; t=1,7; p<0,1). При этом фактор «избегание вреда» положительно коррелирует и с интегральной шкалой агрессии (r=0,401±0,187; t=2,1; p<0,05). Представляется, что обнаруженные корреляции объясняются общностью нейромедиаторной детерминации фактора «избегание вреда» и агрессии. Фактор «избегание вреда» и «черты тревожного ряда» (нейротизм, тревожность) связаны с серотониновой нейромедиаторной системой [3]. С другой стороны, серотонинергическая система выступает в качестве наиболее значимого биохимического механизма контроля агрессивных импульсов - обнаружена отрицательная корреляция показателей активности серотониновой системы и агрессивности: низкое содержание производных серотонина в спинномозговой жидкости человека коррелирует со склонностью к агрессии и, в частности - к аутоагрессии [4].

Преимущественно социально обусловленные факторы характера противоположным образом связаны с когнитивным и поведенческим компонентами агрессии: «самонаправленность» отрицательно коррелирует с враждебностью (r=-0,436±0,183; t=2,4; p<0,05), а фактор «сотрудничество» положительно связан с физической агрессией (r=0,406±0,186; t=2,2; p<0,05).

Коэффициент детерминации демонстрирует, что влияние факторов личности TCI-125 оказывает влияние на изменчивость компонентов агрессии в размере от 16,0% (влияние фактора темперамента «избегание вреда» на варьирование интегральной шкалы агрессии) до 19,0% (влияние фактора характера «самонаправленность» на когнитивный компонент).

В качестве личностных предикторов суицидальных тенденций (PANSI) выступает нейротизм (r=0,454±0,168; t=2,7; p<0,01) и самотрансцендентность (способность к выходу за пределы собственного Я) (r=0,433±0,170; t=2,5; p<0,05). Коэффициент детерминации показывает, что влияние этих личностных факторов на суицидальные тенденции составляет 18,7-20,6%.

Обнаружены тенденции существования положительных связей эмоционального компонента агрессии (BPAQ) и суицидального поведения (SBQ-R) (r=0,277±0,181; t=1,6; p<0,1), а также физического компонента агрессии (BPAQ) и суицидальных тенденций (PANSI) (r=0,319±0,179; t=1,8; p<0,1), что может объясняться нейробиологической общностью происхождения механизмов гетеро- и аутоагрессии [5].

С позиций модели личности C.R. Cloninger, антисоциальное поведение детерминируется следующим комплексом личностных (темпераментальных) факторов: низким «избеганием вреда», высоким «поиском новизны» и низкой «зависимостью от награды» [6]. С использованием критерия ±0,67s (где s - стандартное отклонение), выделены крайние группы выраженности этих личностных факторов. Из 30 участниц исследования три девушки входят в группу риска формирования антисоциального поведения с позиций модели  C. R. Cloninger (TCI-125). Устойчивых закономерностей личностных особенностей, выраженности компонентов агрессии (BPAQ) и аутоагрессии (SBQ-R и PANSI) в этой подгруппе не выявлено. Однако у одной из участниц показатели аутоагрессии очень высоки. Использование одновыборочного t-критерия Стьюдента демонстрирует отличия от групповых средних ее значений суицидального поведения (SBQ-R) и суицидальных тенденций (PANSI)  на самом высоком уровне статистической значимости (соответственно t=13,2 и t=7,8; p<0,001). У этой же девушки достоверно выше групповых средних уровень факторов «нейротизм» и «дружелюбие», тогда как уровень фактора «открытость опыту» достоверно ниже.

Алекситимия как дефицит способности к идентификации и вербализации эмоций, демонстрирует статистически достоверные связи с отдельными факторами личности «большой пятерки» и модели C.R. Cloninger.  Из факторов «большой пятерки» алекситимия отрицательно коррелирует с фактором «сознательность» (r=-0,416±0,181; t=2,3; p<0,05) и положительно - с фактором «нейротизм» (r=0,387±0,184; t=2,1; p<0,05). В модели C.R. Cloninger с алекситимией положительно коррелируют темпераментальные факторы «избегание вреда» (r=0,482±0,175; t=2,7; p<0,05) и, на грани со статистической достоверностью, «зависимость от награды» (r=0,341±0,187; t=1,8; p<0,1).

Алекситимия на высоком уровне безошибочного суждения положительно коррелирует с уровнем депрессии по шкале Бека (r=0,508±0,172; t=2,9; p<0,01) и в еще большей степени - по шкале Цунга (r=0,632±0,155; t=4,1; p<0,001). Отмечены также корреляции алекситимии с тревогой (SRAS, r=0,407±0,182; t=2,2; p<0,05). При этом не выявлены достоверные корреляции выраженности алекситимии с компонентами агрессии (BPAQ), суицидальными тенденциями (PANSI) и суицидальным поведением (SBQR).

Уровень депрессии по шкале Бека положительно коррелирует с нейротизмом (r=0,631±0,152; t=4,1; p<0,001) и фактором TCI-125 «настойчивость» (r=0,443±0,175; t=2,5; p<0,05), отражающим склонность к преодолению препятствий, а  по шкале Цунга - с фактором TCI-125 «избегание вреда» (r=0,385±0,184; t=2,1; p<0,05). Влияние личностных особенностей на уровень депрессии варьирует от 14,8% («избегание вреда») до 39,8% (нейротизм). В самой высокой степени статистической значимости выраженность депрессии коррелирует с уровнем тревоги (SRAS, r=0,702±0,142; t=4,9; p<0,001). Расчет частного коэффициента корреляции депрессии и тревоги демонстрирует, что при исключении влияния алекситимии связь между депрессией и тревогой снижается до (r=0,628±0,147; t=4,2; p<0,001). Несмотря на то, что различия «исходного» и «частного» коэффициентов корреляции не достигают уровня статистической значимости, можно предположить, что алекситимия в некоторой степени оказывает влияние на связь между депрессией и тревогой, являясь возможным источником как депрессии, так и тревоги. Коэффициент детерминации показывает, что уровень алекситимии может влиять на выраженность депрессии в размере от 25,8% (BDI) до 39,9% (SRDS) и, в меньшей степени,  - на уровень тревоги (SRAS, 16,5%).

Отмечена высокая положительная корреляция уровня депрессии (BDI) с выраженностью суицидальных тенденций (PANSI, r=0,482±0,165; t=2,9; p<0,01) и, в еще большей степени, - суицидальным поведением (SBQR, r=0,547±0,158; t=3,4; p<0,001). Коэффициент детерминации демонстрирует, что влияние уровня депрессии на изменчивость суицидальных тенденций (PANSI) составляет 23,2%, а на суицидальное поведение (SBQR) - 29,9% от общего влияния всей суммы факторов.

Заключение

Личностными предикторами когнитивного и поведенческого компонентов агрессии девушек и женщин (предикторов эмоционального компонента агрессии не выявлено) с позиций пятифакторной модели являются низкий уровень фактора «сознательность» (который обусловливает до 30% варьирования когнитивного компонента агрессии) и высокий уровень нейротизма. С позиций модели C.R. Cloninger в качестве темпераментального предиктора когнитивного компонента агрессии и агрессии в целом выступает высокий уровень фактора «избегание вреда» (что может объясняться общностью серотонинергической детерминации этого фактора и агрессии), тогда как характерологическими предикторами когнитивного и поведенческого компонентов агрессии соответственно являются «самонаправленность» и «сотрудничество». В качестве личностных предикторов суицидальных тенденций девушек и женщин выступают высокие уровни факторов «нейротизм» и «самотрансцендентность». Алекситимия, положительно коррелируя как с депрессией, так и тревогой, не выступает в качестве предиктора агрессии и, в частности, суицидального поведения, на выраженность которого у девушек и женщин до 30% общего влияния всей суммы факторов оказывает влияние  уровень депрессии, зависящий, в свою очередь, от факторов «нейротизм», «настойчивость» и «избегание вреда».

Список литературы

1. Egan, V. Sensational interests, sustaining fantasies and personality predict physical aggression / V. Egan, V. Campbell // Personality and Individual Differences. - 2009. - Vol. 47. - N. 5. - P. 464-469.

2. Heaven, P. Personality and self-reported delinquency: Analysis of the "Big Five" personality dimensions / P. Heaven  // Personality and Individual Differences. - 1996. - Vol. 20. - N. 1. - P. 47-54.

3. Cloninger, C.R. Anxiety proneness linked to epistatic loci in genome scan of human personality traits / C.R. Cloninger // Am. J. Med. Genet. - 1998. - V. 81. - N. 4. - P. 313-317.

4. Тиходеев, О.Н. Генетический контроль предрасположенности к самоубийству / О.Н. Тиходеев // Экологическая генетика. - 2007. - Т.5. -  №4. - С. 22-43.

5. Розанов, В.А. Нейробиологические основы суицидального поведения / В.А. Розанов // Вестник биологической психиатрии. -  2004. - № 6. - Электронный бюллетень РОБП и УОБПС - http://www.scorcher.ru/neuro/science/data/mem102.htm

6. Cloninger, C.R. Integrative psychobiological approach to psychiatric assessment and treatment / C.R. Cloninger, D.M. Svrakic // Psychiatry. - 1997. - V. 60. - N.2. - P. 120-141.
Просмотров работы: 8